Киноманьяк 4 (СИ), стр. 28

Я не выдержал и рассмеялся. Напряжение окончательно спало. Мартин подтянул к себе сценарий.

— А теперь обсудим более предметно, — сказал он. — Вставляйте свои замечания, это рабочая версия, если понадобится что-то поменять, то будем.

Следующие несколько часов мы провели уже за конструктивным обсуждением. Я вставлял возражения периодически — мне все-таки не хотелось, чтобы мой герой в начале был совсем тюфяком, но меня убеждали, что он и не тюфяк, а просто гражданский человек, который оказался в критической ситуации. И он при этом достаточно умен, просто никогда не пытался прикладывать свои знания к практике.

Официантка таскала нам кофе целыми кофейниками, мы вливали его в себя в огромных количествах. Потом всем захотелось есть, и мы заказали для себя целый пирог, который по-братски разделили на всех.

Зато мне удалось продавить смену характера жены. Она должна была стать верной спутницей героя, чтобы не вызывать у зрителя негативных эмоций. В первоначальной версии она много истерила, и только потом прошла стадию принятия и стала помогать. Но я помнил о том, как зрители ненавидели Скайлер из «Во все тяжкие», и желали ей смерти, хотя она как раз была адекватным персонажем, а Уолтер Вайт торговал наркотиками и убивал людей.

Наконец разговор закончился, все предварительные нюансы были утрясены, и Мартин, который сделал несколько пометок на полях второго экземпляра сценария, пообещал, что закончит с ним в ближайшее время.

— Я оплачу счет, а с вас, парни, чаевые, — проговорил Крис, доставая из кармана бумажник и вкладывая несколько купюр в папочку, в которой принесли счет. — По баксу с носа.

Я не выдержал и расхохотался. Он буквально повторил фразу из одного из моих любимых фильмов в будущем. Тоже снятого за не очень большие деньги, но ставшего культовом, и в конечном итоге превратившем Квентина Тарантино в одного из самых известных режиссеров Голливуда. Который при этом так и остался визионером.

А сколько премий он собрал…

Мне не хотелось оказаться в роли жадного Стива Бушеми, который отказывался давать чаевые, и при этом еще и начинал рассуждать о том, что если у человека низкая зарплата, то ему нужно увольняться и искать работу получше. Поэтому я достал из кармана бумажник. Купюр в доллар у меня не оказалось, так что я достал пятерку и протянул ему.

— Пусть будет пять, — сказал я.

Остальные скинулись, и Крис вложил чаевые во всю ту же папочку. После чего мы с парнями пожали друг другу руку и разошлись. Я забрал обе версии сценария — свой и черновик Мартина.

Свой мне захотелось выбросить в мусорную урну — настолько я в нем разочаровался. Но я не стал. А то мало ли, найдет какой-нибудь журналист и сольет — интернета пока нет, но есть газеты.

А утечек допускать было нельзя.

В итоге я доехал до берега океана и выбросил его с пирса.

Глава 10

Разбитое зеркало

К третьему января Мартин закончил сценарий, внеся последние правки после той встречи в кафе. Папка ушла боссам «Каролко», те почитали и дали добро, вмешиваться в сценарий не стали — их всё устроило.

Марио Кассар и Эндрю Вайна пока что показывали себя с очень выгодной стороны: позвали в проект, выделили деньги, наделили определенной творческой свободой и не навязывали свое мнение. Но и в аттракцион невиданной щедрости производство превращать не хотели. Они выставили нам очень четкие временные рамки: снять кино до осени и смонтировать до конца декабря. Весной 1984 года они уже хотели пустить «Испытание» в кинотеатрах. Продюсеры планировали начать резервировать прокатные слоты заранее и не хотели терять на этом деньги.

Одиннадцать месяцев — срок немаленький, но и фильм у нас, судя по сценарию, будет грандиозный. Мартин переживал, что даже за это время мы не уложимся, сделать предстояло слишком много, а монтаж потенциально мог стать настоящей головной болью, учитывая хронометраж и обилие сцен.

Но думать уже было поздно — контракт подписан, решение принято. Надо работать и поспевать в срок.

Подготовительные работы мы начали в тот же же день, как только боссы одобрили сценарий. Теперь, когда у нашей небольшой конторы на руках имелся полный сюжет, мы смогли разложить кино на эпизоды и локации.

Сразу стало ясно, что нам нужны город-призрак в заснеженной местности, домик в лесу, провинциальный городок, жилой дом где-то в Калифорнии, ранчо в любой части Америки, а еще — павильон для одного сложного эпизода. У «Каролко» своих павильонных площадей не было, а значит, нам предстояло арендовать их у других компаний.

Весь день думали, как поступить с домом героя. Мартин хотел построить фасад на улице, а интерьер — в павильоне, чтобы проще было катать камеру и контролировать игру света и тени. Однако Крис прикинул траты, и выходило очень уж дорого. Да, деньги у нас были, но Мартин извлек опыт из своих ошибок на «Воскресшем». Ему казалось тогда, что денег еще очень много и их можно тратить без задней мысли, а под конец мы внезапно поняли, что оказались в шаге от банкротства.

Так что сорить миллионами Мартин не спешил. Стресс, пережитый им в конце предыдущего съемочного процесса, стал хорошим уроком.

Поэтому мы решили пойти по пути, уже проторенному в нашей предыдущей работе.

— Купим особняк, отснимем все нужные нам сцены и взорвем его к чертовой матери, — подытожил Мартин.

На поиск локаций мы назначили Кристофера, дали ему денег на услуги консультантов и юристов, Мартин доверил ему вопросы согласований и поиска недвижимости. Задача у Криса стояла непростая: найти два дома, ранчо и подходящий нам город-призрак в Британской Колумбии. Заброшенных поселений там было больше полусотни, никто, похоже, не хотел жить в этой ледяной глуши.

Крис даже отпуск на работе взял, чтобы сосредоточиться на этих вопросах. Пока он рылся в картотеках, мы проводили кастинг.

Проект планировался сложный, и я уже понял, что десять миллионов — не так уж и много. Практические эффекты, вертолет и все остальное стоили очень дорого, а значит, нам придется экономить на актерах, в том числе и на мне.

Подбором занимались Мартин, наш писатель Моррелл и я собственной персоной. И это было даже забавно — еще год назад я ходил на кастинги исключительно как претендент, а теперь наоборот, был человеком, который раздает роли.

К счастью, у Вайны и Кассара уже были связи, и они сами связались с несколькими актерами, которые могли поучаствовать в съемках, а некоторым даже оплатили билеты в Калифорнию.

Первым делом мы начали отсматривать кандидатов на роль детектива Вебстера — предвзятого полицейского, который должен был подозревать Рубена Борна, моего героя, в отравлении собственного сына. Приехало несколько человек: пара совсем мелких актеров средних лет, еще нескольких прислала гильдия. Но всем им пришлось встать в очередь, потому что самым первым кандидатом стал Джон Вернон, актер, который в первую очередь отметился ролью мэра Сан-Франциско в «Грязном Гарри». Его в проект позвал лично Марио Кассар.

Джон Вернон был крепким суровым мужчиной, лицо которого казалось высеченным из камня. Несмотря на то, что он был канадцем, Вернон умел говорить со среднеатлантическим акцентом. И в сцене допроса он прозвучал очень убедительно, интонация была просто ледяной — как у детектива, который подозревает вообще всех вокруг.

— Слишком тяжеловесно, мистер Вернон, — сказал Мартин. — Наш Вебстер должен быть предвзятым, но не карикатурным злодеем. Но ты нам подходишь на другую роль. Твоя фактура и твой акцент прямо просятся на Кэсса. Попробуешь?

— Напомните. Это же, кажется, главный злодей? — Джон поднял бровь.

— Все верно, — кивнул Мартин. — С ним мало сцен. Но это будут сцены, которые запомнят все. Я почти уверен, что у тебя получится идеально.

— Согласен, — вставил свои два цента Моррелл, про которого Мартин, похоже, забыл.

— Попробуешь прочитать? — спросил Мартин и протянул актеру страницы со сценарием.

Джон посмотрел на него, подошел и принял бумаги. Бегло прочитал, сделал шаг назад, откашлялся и заговорил: