Мой лифт - Моя крепость 2 (СИ), стр. 46

— Ваши прежние занятия мне неинтересны. Система посчитала их вашей сутью — прекрасно. Паукам тоже будет без разницы, кто держит перед ними щит: рыбак, маникюрщик или профессиональный бездельник. Сейчас у вас одна общая задача — не разбежаться после первого удара.

Она распределила позиции. Бориса поставила на левый край, меня — рядом с ним. В центре оказался Геннадий, дальше Илья, правый край занял Сева. После этого Наталья показала, как продевать руку в ремни щита, и велела взять копья.

— Копья вперёд! — скомандовала Наталья.

Пять наконечников выдвинулись над щитами. Мой почти сразу столкнулся с копьём Бориса, древко Ильи задралось к потолку, а Сева так широко расставил ноги, что занял половину соседней позиции.

— Великолепно, — оценила инструктор. — Если пауки будут дохнуть от жалости, вы уже победили.

Начали с одиночных движений. Удар, вернуть копьё, закрыться. Шаг, удар, назад. Не тянуться всем корпусом и не оставлять оружие снаружи, где его можно отвести или зацепить.

Навык работал. Стоило Наталье назвать нужное движение, как в голове тут же появлялось понимание, как и что делать. И вот я уже правой рукой сильнее сжал древко, перенес вес на другую ногу и ударил в пустоту перед собой.

Но непривычное к такой акробатике тело не всегда поспевало за разумом. Нога запаздывала, плечо поднималось выше нужного, ладонь потела внутри перчатки. Я двигался лучше человека, впервые взявшего копьё, но значительно хуже того кто тренировался хотя бы неделю.

Борис же, несмотря на перевязанную кисть, обращался со снаряжением удивительно аккуратно. Он подогнал ремни своего щита, затем молча помог Геннадию.

— Привычка, — ответил он на мой взгляд. — Если долго работаешь руками, то быстро понимаешь, что мелочей вообще не бывает.

Геннадий не отличался быстротой движений, зато врастал в пол так, словно находился на качающейся палубе. Когда Наталья била в его щит, рыбак стоял как дуб, продолжая прикрывать товарища по строю. Илья двигался быстрее всех, но при каждом ударе пытался уклониться и открывал соседа. Для фокусника вполне привычная сноровка, но для бойца в единой линии — смертельно опасно.

— Ещё раз нарушишь построение, я привяжу тебя к Геннадию, — предупредила фокусника Наталья.

— Верёвкой? — переспросил наш рядовой шутник.

— Паутиной. Для наглядности и академического эффекта.

Сева быстрее остальных понял, как должна двигаться пятёрка, и начал подсказывать соседям.

— Ген, полшага назад. Илья, щит левее. Борис, не выдвигайся, у нас фронт ломается.

Наталья с размаху стукнула его палкой по каске.

— Ай! За что?

— За самовольное командование.

— Но я же правильно подсказал.

— Правильно. Поэтому в следующий раз повторишь после моей команды, а не вместо неё. В настоящем бою два голоса развалят строй быстрее одного паука.

Сева обиженно поправил каску, но спорить не стал.

Через полчаса такой интенсивной муштры куртка основательно прилипла к спине. Щит отяжелел, древко копья выскальзывало из ладони, мышцы горели. Повышенная выносливость не превращала жир в мускулы, но позволяла продолжать двигаться, когда другие уже валились с ног.

Но Наталья была непреклонна.

— А пауки тоже подождут, пока вы отдышитесь? Копья выше, салобоны. Ещё раз.

Мы подняли щиты.

— Шаг!

Пятёрка двинулась вперёд. Илья немного запоздал, Сева наступил ему на пятку, я зацепился древком за Бориса, но линия не развалилась.

— Удар!

Копья выдвинулись почти одновременно. Мой наконечник вошёл в нарисованный на подвешенном мешке круг, древко толкнуло ладони, и я сразу вернул оружие за щит.

Перед глазами вспыхнуло сообщение.

~Зафиксировано успешное применение навыка «Владение оружием — короткое копьё».

Получен уровень временного суб-класса: 2.~

Я едва не остановился, пытаясь прочитать продолжение, но Наталья уже орала новую команду. Пришлось отмахнуться от сообщения и отступить вместе со всеми. Уровень повысился не основному классу. Комната никак не становилась лучше от того, что хозяин научился тыкать в мешок копьём. Зато «Ополченец» упражнение оценил. Во время короткой паузы я всё-таки открыл состояние персонажа. Главная шкала осталась там же, где была после убийства крылатой твари.

~Основной класс: Хикикомори.

Уровень: 5.

Опыт: 1182 / 1200.

Временный суб-класс: Ополченец.

Уровень: 2.

Опыт: 1 / 100.~

За всё время в анклаве основная шкала опыта не сдвинулась. Ломать стены и таскать тележки мог любой человек, поэтому Хикикомори это не впечатляло. До шестого уровня оставалось восемнадцать единиц, но добыть их без Комнаты оказалось негде. Впрочем, теперь нас собирались вывести туда, где недостатка в возможностях получить опыт точно не предвиделось. Главной проблемой становилось не умереть раньше, чем Система решит выдать награду за тяжкие труды.

— Андрей! — раздраженным голосом окликнула меня Наталья. — Ты там уснул?

— Проверял развитие суб-класса. — хрипя от усталости, отозвался я, смахивая окно характеристик.

— После проверишь. Быстро в строй.

К концу тренировки бойцы Первого отряда взяли мешки, набитые тряпками, и по команде навалились на щиты, изображая бросок пауков. Даже мягкий мешок в руках здорового мужика бил так, что зубы клацали. Первая попытка закончилась мгновенно. Илья ушёл с линии, Бориса развернуло, а Сева одновременно держал щит и командовал. Условные пауки прошли к воображаемым огнемётчикам.

— Будь вы в реальном бою, то были бы уже мертвы, — сообщила нам Наталья. — А вместе с вами стрелки, техник и командир. Ещё раз.

Потом упал Геннадий. В следующей попытке мешок ударил по моему древку и едва не вывернул плечо. Затем Сева отступил раньше команды и наступил Илье на ногу. На пятой мы наконец удержались. Мешки ударили в щиты. Доски затрещали, ремни впились в руки, но линия прогнулась, но не разорвалась. Илья впервые не попытался выскользнуть, а Сева молчал и ждал команды.

— Копья!

Пять наконечников ударили в белые круги.

— Назад!

Мы отступили на один шаг. Не два, не полтора и не в разные стороны. Снова сомкнули щиты и выставили копья. В этот раз условные пауки до заднего ряда не добрались. Несколько удачных тренировочных стычек не превращали нас в войнов, а лишь увеличивали вероятность того, что при виде настоящих жвал, клацающих перед лицом, мы с испугу не заколем друг друга.

— На сегодня хватит, — наконец сказала Наталья. — Завтра узнаем, чему вы действительно научились.

Но никто не обрадовался.

Рейд перестал быть чем-то отдалённым. Теперь он получил вес щита и длину копья.

В отдельное помещение нас вернули вечером. Вместо жидкой каши принесли похлёбку с мясом, хлеб и сладкий чай. Видимо, потенциальные покойники заслужили праздничный ужин. Борис ел молча, Геннадий разминал пальцы, Илья попытался развлечь всех фокусами. После исчезновения с раздачи куска хлеба Наталья пригрозила вернуть его на тренировку, и представление закончилось. Охранник сидел возле двери, второй заглядывал внутрь. Обсуждать побег при них было всё равно что написать план на стене и попросить Аристарха оценить его на успешность.

Сева устроился на соседнем матрасе. Несколько раз наши взгляды пересеклись, но дальше этого дело не пошло.

После приема пищи я лёг, положив руки под голову. Стоило закрыть глаза, как перед внутренним взором появлялось короткое копьё. Ладони сами вспоминали положение на древке, ноги требовали расставить их шире, а воображаемая Наталья орала, чтобы я не бросал соседа.

Системное знание уже стало частью меня, но тело пока только училось им пользоваться. Пять минут после разрыва привязки. Неизвестное расстояние до подходящей шахты. Если всё сложится удачно, операция даст нам шанс выбраться. Если не сложится, копьё окажется последней вещью, которую я держал в руках в этой жизни. С такими мыслями я всё-таки уснул.