Мой лифт - Моя крепость 2 (СИ), стр. 44

— Ты уверен? — тихо спросил он.

— Нет, но а хули делать. — одними губами произнес я.

Он кивнул, посмотрел на Аристарха, затем на бойцов Первого отряда.

— Согласен, сидеть в этом гадюшнике тоже как-то не хочется. Да и интересно, что там дальше.

— Пауки там дальше.

— Ну вот. Уже не зря вышел, я-то кроме гоблинов и не видел больше тварей.

Невольно усмехнулся, прекрасно понимая, что Сева боялся не меньше моего, а, возможно, и сильнее. Ведь пусть и оставался шанс, что Закладчик ничего толком не услышал, но его неработающая печать могла раскрыться из-за любого случайного наказания. Он жил внутри лагеря с гранатой на шее, у которой каким-то чудом вынули заряд, и постоянно ждал, когда кто-нибудь решит проверить наличие взрывателя.

После того как мы вышли, снова наступила тишина. Потом из второго ряда вышел широкоплечий мужчина с перебинтованной кистью. Я несколько раз работал рядом с ним на разборе перегородок; он почти не участвовал в разговорах и обычно молча выполнял свою норму.

Четвёртым стал худой лысеющий мужик с дальней койки. Перед шагом он долго смотрел на свои ладони, потом глубоко вдохнул и встал рядом с Севой. Пятым оказался невысокий парень лет тридцати, которого я помнил по очереди к торговцу: он тогда десять минут выбирал между дополнительной порцией еды и рабочими перчатками, а в итоге ушёл с тремя парами новых носков.

Больше никто не двинулся.

Аристарх медленно осмотрел нашу пятёрку. Ни удовлетворения, ни разочарования на его лице так и не появилось. Для него мы уже превращались из людей в заполненные позиции рабочего плана: первый щит, второй щит, третье копьё и две потенциальные потери, которые следовало учесть заранее.

— Достаточно, — сказал он.

По строю прокатился облегчённый выдох. Многие боялись, что желающих окажется мало и тогда начнут выбирать принудительно.

— Остальные возвращаются в казармы досыпать. Отобранные остаются, — отдал Аристарх команду.

Люди начали расходиться. Кто-то избегал смотреть на нас, кто-то, наоборот, разглядывал слишком уж внимательно. Крупный мужик, первым споривший с Аристархом, задержался на секунду и коротко кивнул мне, будто извинялся за то, что сам не вышел. Я ответил таким же кивком.

Когда помещение опустело, бойцы Первого отряда подошли ближе. Теперь они смотрели на нас без прежнего равнодушия. Женщина с копьём оценила мою комплекцию, задержала взгляд на животе и едва заметно покачала головой. Очень профессиональная и, главное, совершенно справедливая реакция с ее стороны нисколько меня не обидела.

— Подготовка начнётся в шесть утра, — сообщил их старший, которого звали Семён. — До этого вас переведут в отдельное помещение. Отдыхаете, утром к коменданту на получение временного суб-класса.

— Вы пойдёте в передовой линии, — продолжил Семен. — Щиты и копья получите утром. Приданная пятёрка встретит вас перед выходом: командир, двое огнемётчиков и двое стрелков. Командир станет подвижной точкой привязки ваших печатей на время операции. Пока держитесь в установленном радиусе, ограничение периметра не активируется.

Вот оно.

Если оторваться от отряда, начнётся отсчёт. Значит, сбежать можно, но после этого у меня останется ограниченное время, чтобы найти совместимую шахту и вызвать Комнату. Впрочем, до сегодняшнего вечера у нас не было даже возможности уйти со своего этажа без разрешения.

— А если командир погибнет? — спросил лысеющий мужик.

— Привязка перейдёт к его заместителю. Ну а если и он тоже погибнет, то у вас будет минут пять, чтобы добежать до территории анклава, иначе смерть.

— Очень успокаивающе, — пробормотал широкоплечий.

— Моя задача не успокаивать, а подготовить вас так, чтобы максимально увеличить шансы успеха предстоящей миссии.

Аристарх, что к этому времени закончил обсуждать какие-то детали с женщиной-копейщицей, повернулся к нам.

— Сегодня вы сделали первый выбор самостоятельно, — сказал он. — Завтра получите возможность доказать, что способны на большее, чем высшие силы определили вам изначально. Не тратьте оставшееся время впустую.

Красиво говорил, зараза. На секунду можно было даже забыть о печати на шее и о том, что для него потерять пятерых Отбросов выгоднее, чем двух автоматчиков. Возможно, Первый отряд действительно получил свой шанс таким же образом. Это делало систему Аристарха на первый взгляд эффективной, но нифига не дружелюбной.

Нас повели к выходу. Сева оказался рядом и будто случайно задел меня локтем. Я посмотрел на него, он — на меня, после чего едва заметно скосил глаза в сторону схемы торгового центра.

Несколько направлений движения. Десятки людей из разных анклавов. Паутина, стрельба, связь по рациям и командиры, которые не знают половину участников в лицо. Где-то среди всего этого находились технические коридоры, чужие этажи и, что еще более важно, лифтовые шахты.

Аристарх называл это шансом стать первыми в рядах нового общества. Возможно, остальные добровольцы именно так его и восприняли. Мы же с Севой собирались получить оружие, дождаться общей неразберихи и исчезнуть. Оставалось только пережить всё, что находилось между нами и свободой.

Глава 15

Щит дёрнулся и с размаху врезал мне своим краем под рёбра. Воздух вышибло из лёгких. Я качнулся назад, едва не наступил на ногу стоящему за мной Севе и только каким-то чудом не выронил короткое копьё из ослабших рук. В глазах на мгновение потемнело, однако руки уже сами собой доворачивали щит, а правая нога отступала на полшага, возвращая стойке устойчивость.

— Ноги шире! — рявкнула женщина из Первого отряда и снова ударила обмотанной тряпьём палкой по центру щита. — Ты же не флюгер на кукане. Упрись в пол и держи баланс!

На этот раз я оказался готов. Левая нога подалась назад, корпус немного развернулся, и толчок ушёл куда-то в землю. Одновременно копьё скользнуло поверх щита, его наконечник остановился в нескольких сантиметрах от нарисованного на куртке женщины белого круга. Я замер, сам не до конца понимая, как это сделал.

Для настоящего боевого копья выданное оружие было уж слишком коротким. Древко едва доставало мне до плеча, а узкий стальной наконечник больше напоминал штык. Если не обращать внимания на отсутствие приклада, затвора и всего остального, получалась винтовка, с которой кто-то содрал все полезные детали и оставил только возможность тыкать врага острым концом.

Ещё вчера я не знал, как правильно держать эту хрень. Сегодня тело само подсказывало, куда переставить ногу, под каким углом повернуть кисть и когда отдёрнуть оружие, чтобы его не вырвали из рук. Правда, знание приходило немного раньше, чем я успевал ему подчиниться, поэтому со стороны всё равно выглядело так, будто толстого офисного работника впервые выпустили на урок физкультуры.

— Не любуйся собой! — Женщина ударила по моему наконечнику и отвела его в сторону. — Вернул оружие. Закрылся. Соседа не бросил.

Я послушно отдёрнул копьё и снова спрятался за щитом. Всего час назад ни копья, ни щита, ни внезапно поселившегося в голове знания у меня не было.

Утром нас подняли ни свет ни заря и под охраной повели в сторону местного штаба. После трёх часов сна я передвигался на чистом упрямстве и мечтал только о кофе. Судя по лицу Севы, он был готов присягнуть любому диктатору, способному обеспечить горячий напиток и ещё час отдыха.

Нас уже встречали. Аристарх Вениаминович, его бессменный адъютант и та самая женщина с коротким копьём. На полу перед ними белой краской нарисовали линию, за которую охранник и велел нам встать.

За ночь пятёрка добровольцев привлекательнее не стала. Широкоплечий мужик мрачно разглядывал пол, лысеющий облизывал пересохшие губы, невысокий пытался незаметно зевать. Сева щурился на местного начальника с таким видом, словно тот собирался не суб-класс ему выдать, а заставить без парашюта прыгнуть. Последнее, возможно, было недалеко от истины.