Мой лифт - Моя крепость 2 (СИ), стр. 33

Я сидел на своей койке и думал.

— Сев, — позвал я товарища по несчастью.

— М? — тут же отозвался он.

— На лифтовом посту всегда одни и те же сидят?

Он медленно отпил.

— А вот теперь ты точно не из любопытства спрашиваешь.

— Просто интересуюсь организацией охраны труда.

— Угу.

— Так что?

— Меняются.

— Когда?

— Утром и вечером точно. Иногда ещё днём. Зависит от конктретных людей.

— А ночью?

Сева поставил кружку на пол.

— Андрей.

— Что?

— Ты же понимаешь, что если тебя поймают, вчерашняя экзекуция покажется массажем?

— Понимаю.

— И всё равно собираешься что то мутить.

Я посмотрел на карточку.

Потом на дверь казармы.

Потом снова на него.

— Я домой хочу.

Сева не стал шутить.

Это было неожиданно.

Несколько секунд он просто смотрел на меня.

Наверное, впервые за всё время нашего знакомства совершенно серьёзно.

— Домой — это куда?

— Домой — это домой.

— Очень конкретно.

— Конкретнее пока не будет.

— И там у тебя этот способ пережить печать?

Я ничего не ответил.

Сева кивнул сам себе.

— Ладно.

— Что ладно?

— Давай думать.

Я поднял взгляд на… товарища.

— Ты сейчас серьёзно?

— Нет. Я просто решил помочь человеку с неизвестным планом, неизвестной целью и неизвестным способом не сдохнуть.

— Когда ты так говоришь, звучит, ну знаешь, неприглядно как-то.

— Потому что это так и есть.

Он снова взял кружку.

— Но если ты реально знаешь место, где можешь пережить печать… тогда хотя бы есть о чём думать.

— Есть.

— И первое, что тебе нужно?

Я посмотрел в сторону стены.

За ней, дальше по коридору, находились пассажирские лифты.

— Подойти к одной кнопке.

Сева медленно повернул голову.

— Чего?

— Потом объясню.

— Да ты заебал.

— Зато честно.

Он лишь вздохнул.

— Если нас поймают, вторым Валерой станешь ты, а я третьим.

— А что плохого?

— Его Бегунком называли.

— Ну и? — не понял я, к чему тот клонит.

Сева посмотрел на мой живот.

Потом осмотрел меня целиком.

Несколько секунд держался.

Не выдержал.

— Ты на Бегунка не очень похож. А вот на колобка…

Я показал ему средний палец.

Сева заржал, стараясь не расплескать драгоценный кофе.

Я тоже усмехнулся.

Но мысль о побеге никуда не делась.

Глава 11

После разговора с Севой я ожидал, что утром мы начнём разрабатывать грандиозный план побега.

Ну, знаете: тайные совещания, карты, расписания караулов, подкуп охраны, возможно, даже какое-нибудь кодовое слово придумаем. В крайнем случае можно было найти старую вентиляцию и ползти по ней, как положено уважающим себя беглецам.

Вместо этого мне выдали лом.

— Изотов, третий сектор. Сегодня наверху. — гаркнул незнакомый надзиратель.

— И тебе доброе утро, — тихо пробурчал я.

Мужик с повязкой даже не посмотрел в мою сторону, поставил галочку напротив фамилии и продолжил раздавать инструмент.

Я взвесил лом в руке и отправился вслед за остальными.

После вчерашнего разговора изменилось не само поселение, а то, как я на него смотрел. До этого стрелки на стенах были просто стрелками, охрана — охраной, а открытые и закрытые двери интересовали меня исключительно с точки зрения того, не выскочит ли оттуда очередной желающий сделать мне больно.

Теперь каждая мелочь автоматически проходила проверку на полезность.

Куда ведёт этот коридор? Кто там ходит? В какое время меняется охрана? Какие помещения закрывают? Где можно задержаться, не привлекая внимания?

И, самое главное, как подобраться к пассажирским лифтам.

Пока ответ оставался прежним: никак.

— Ты так дыру скоро прожжёшь. — раздался сбоку голос, что вывел меня из задумчивости.

Я отвёл взгляд от охранника у дальнего коридора и посмотрел на Севу.

— Я на тебя вообще не смотрел.

— А я и не про себя.

Он кивнул туда, куда я пялился последние секунд двадцать.

— Серёга скоро почувствует.

— Что почувствует? — удивлялся я.

— Твою любовь, — бросил этот шутник и намекающе поиграл бровями.

— Ой, иди нахуй. — отмахнулся от него.

— Сам иди. Это ты вчера заявил, что тебе надо к одной кнопке подобраться.

Я быстро оглянулся.

Вокруг шли люди, кто-то тащил инструменты, кто-то переговаривался, но никто вроде бы не прислушивался.

— Тише ты.

— А я чего? — Сева пожал плечами. — Я даже не знаю, зачем она тебе нужна.

— И пока не узнаешь.

— Вот именно. Поэтому, если нас потом будут пытать, я совершенно честно скажу, что помогал долбоёбу неизвестно с чем.

— Надёжный ты товарищ. — наигранно пафосно сказал я.

— Зато честный.

На этом разговор пришлось прекратить. Нашу пятёрку вместе ещё с несколькими рабочими повели вверх.

Чем дальше мы уходили от перестраиваемых этажей, тем сильнее менялось окружение. Всё тот же дорогой жилой дом, всё те же квартиры, широкие коридоры и остатки когда-то красивой отделки, но здесь прошлое не пытались уничтожить ломами и кувалдами. Его просто приспособили под новое настоящее.

На дверях висели таблички с номерами и фамилиями. По стенам тянулись провода. Где-то стояли самодельные стеллажи, возле нескольких квартир сушилась одежда. Из одной открытой двери пахло чем-то жареным.

И здесь было заметно чище.

Настолько, что я обратил на это внимание почти сразу.

Ответ нашёлся возле входа в следующий коридор.

Перед проходом лежал коврик.

Самый обычный придверный коврик: прямоугольный, серый, с коротким жёстким ворсом. Над ним на стене висел кусок картона с требованием написанным маркером:

ВЫТИРАЙТЕ НОГИ!

Я остановился, застыв от шока.

Сюрреализм продолжался. Передо мной рабочий послушно потёр одну подошву, вторую и прошёл дальше. Следующий сделал то же самое.

Сева следом за ними тоже послушно встал на коврик.

— Давай. — пройдя дальше, он обернулся и призывно махнул мне рукой.

— Чего? — непонимающе посмотрел на него.

— Ноги вытирай. — будто умственно отсталому, медленно проговорил он.

Я посмотрел на него.

Потом на коврик.

Потом снова на него.

— Серьёзно? — не двигаясь ни на шаг, спросил я.

— Абсолютно, — серьезно ответил он.

— Мы только что полдня долбили стены. Через два часа опять будем долбить стены, — стал я нащупывать логику в происходящем.

— И?

— И там пыль.

— А ты наблюдательный.

— Сева, наверху пауки людей в коконы заворачивают, внизу гоблины бегают, а здесь главная проблема — грязная обувь?

— Ты это не мне рассказывай.

Он кивнул куда-то мне за спину.

— Ей расскажи.

Я обернулся.

В дверях ближайшей квартиры стояла женщина лет пятидесяти с короткими светлыми волосами и шваброй в руках. Не знаю почему, но одного взгляда хватило, чтобы желание спорить хоть о чем-то тут же испарилось.

— Молодой человек. — проговорила женщина

— Да? — тут же ответил я и, словно придурок, зачем то еще и кивнул.

— Коврик видите?

— Вижу.

— Ну так сделайте милость и воспользуйтесь им.

— Ага.

Я поставил ногу на коврик и пару раз провёл подошвой по ворсу.

А потом нахмурился.

Что-то было не так.

Поднял ботинок.

Ещё несколько секунд назад протектор подошвы был забит серой строительной пылью. Теперь он выглядел так, словно я как минимум нормально прошёлся по нему щёткой.

— Чего?

Я снова наступил на коврик.

На этот раз специально посмотрел вниз.

Провёл ногой.

Мелкая пыль с ботинка словно сама ушла в ворс. Более того, сероватый налёт на нижней части штанины дрогнул, осыпался вниз и тоже исчез где-то среди коротких волокон.