Снимая маску с моего Тёмного рыцаря (ЛП), стр. 7
— Разумеется, когда ты ещё не спала с моим родным братом. Теперь эта тема под строжайшим табу. Представь, если бы я начала выспрашивать интимные подробности сексуальной жизни твоей старшей сестры или брата.
— Фу, гадость! Убедила, твоя взяла, — поморщилась она.
Она вернула кольца в ложемент; я захлопнула коробочку и спрятала её в сумочку.
— А почему Густав не сделал тебе предложение фамильным помолвочным кольцом Мами? — поинтересовалась я.
Таллула закатила глаза с такой силой, что я всерьёз испугалась, как бы они не вывалились из орбит:
— Сразу говорю, это вздох не в твой адрес, — выдохнула она. — Поскольку я — это всего лишь я, а не какая-нибудь настоящая дубайская принцесса с океаном связей за плечами, то кольцо приберегли исключительно для тебя.
Я безумно любила Тал, но с какой стати моему брату брать в жёны девушку не из нашего круга деловых партнёров? Мами и Папи предельно ясно дали нам понять, каких партий от нас ждут. Мами наотрез отказалась признавать их отношения в ту же секунду, как они объявили о помолвке. Она наивно полагала, будто их интрижка — лишь временный бунтарский бзик, но оказалось… вовсе нет. Дошло до того, что она перекрыла Густаву доступ к трастовым фондам. Единственной причиной, почему они оплатили эту показушную свадьбу, было желание пустить пыль в глаза общественности — ну и, разумеется, перед скорым визитом Антонио мы были обязаны продемонстрировать абсолютную элегантность и статус фамилии.
— Понятно… Обещаю, я сберегу их как зеницу ока. — Я одарила Таллулу своей самой безупречной голливудской улыбкой.
— Я знаю, что сбережёшь; именно поэтому ты и стала моей свидетельницей, — улыбнулась подруга и легонько щёлкнула меня пальцем по кончику носа, совсем как в беззаботном детстве.
В этот момент в фойе влетел запыхавшийся Густав:
— Планы меняются! Вся компания ждёт нас в парке ужасов через пару кварталов отсюда. Нам нужно выдвигаться прямо сию секунду, если хотим успеть обойти все дома с привидениями!
Все присутствовавшие гости тут же оживились и обступили жениха, вникая в обновлённый маршрут.
— Да ладно! Обалдеть, как круто! Яблоки тогда как-нибудь в другой раз соберём, — выдохнула Таллула с явным облегчением.
Вот только мне было не до облегчения. Комнаты страха? Ужасы? Парк развлечений? Это же мой персональный, буквальный ад наяву! От услышанного у меня мгновенно перехватило дыхание, а желудок предательски ухнул в пятки.
Глава 4
Айви Джейд
Глубокий вдох, Айви Джейд. Глубо-о-окий вдох.
В моём понимании весельем считались гламурные фотосессии, чтобы скрупулёзно каталогизировать каждую дизайнерскую вещь в гардеробе, или спонтанные полёты с подругами в Париж на джете Папи. Но вот это… это было форменным издевательством! Кто вообще в здравом уме добровольно соглашается на то, чтобы из него вытрясли душу от ужаса?
— Ай! Давай живее, Айви! Хватит плестись! Мы едва переступили порог входа.
— Таллула! Ты же знаешь, я иду на это только ради тебя, но я не могу просто взять и выключить свой страх! — выпалила я, вцепляясь ногтями в её локоть так, будто от этого зависела моя жизнь.
Где-то вдалеке истошно, нечеловеческим голосом орала жертва, прямо над ухом взревела бензопила, а навстречу нам с омерзительными ухмылками уже вышагивали жуткие невесты-психопатки с гнилыми зубами. Я визжала во все связки! Как мне прикажете пережить здесь целую ночь? Сердце колотилось с тройной скоростью, и клянусь: застучи оно ещё хоть чуточку быстрее, я бы растянулась на асфальте рядом с ползущими прямо на нас уродливыми младенцами-монстрами.
Я толкнула подругу вперёд:
— Тал! Ну пожалуйста?! Неужели мне обязательно здесь находиться, разве я не могу заняться чем-нибудь другим?
— Нет уж, пошли! Сделай это ради меня, умоляю, — взмолилась Тал. — Можешь держаться за меня. Только не так свирепо. Твои длиннющие ногти-стилеты не уступают по жестокости твоим шпилькам. Почему ты вообще не надела кеды?
Я возмущённо захлопала ресницами:
— Кеды? Уф. С ума сошла! Ты же видела мою гардеробную. У меня в помине нет ни одной пары кед! К тому же Густав так гнал нас из замка! У меня просто не оставалось выбора.
— У тебя было вагон времени, чтобы переодеться. — Таллула рассмеялась — натурально рассмеялась надо мной в лицо! — В любом случае, сейчас начнётся самое крутое.
— Что начнётся?! — заголосила я.
— Сейчас распахнутся главные ворота.
— А что за ними? — рискнула уточнить я. В моём голосе не осталось ни капли хладнокровия — лишь могильный холод в жилах.
Я посмотрела на неё: улыбка подруги растянулась до дьявольских размеров, словно сам чёрт спустился на землю, чтобы отравить мне сегодняшний вечер. Моему взору предстали ворота: массивная четырёхметровая громадина из дерева и костей, венчавшая булыжную тропу. Гирлянды фонарей и рваные штандарты колыхались на ветру, пока навстречу с хохотом неслись перепуганные дети. Это и правда оказались грандиозные ворота — чудовищный портал, из недр которого доносились отголоски неоновых огней американских горок и жуткий волчий вой. У меня буквально отвисла челюсть.
— Перестань, психопатка! Тал, что за ними?! Выкладывай сию секунду! У меня начинается паническая атака, а я терпеть не могу, когда это происходит! — выпалила я, рискуя оторвать ей руку мёртвой хваткой.
— Сама увидишь, — загробным шёпотом протянула она.
С оглушительным скрежетом массивные створки распахнулись всего в метре от нас, по земле поползли густые клубы театрального тумана, и наружу хлынули сотни инфернальных монстров, устремившихся прямиком на меня!
Чуть впереди на меня в упор уставился высоченный детина. В руке зажат тесак, капюшон надвинут на омерзительно-жуткую маску. Матча-латте мгновенно подступил к самому горлу, и меня едва не вывернуло прямо на чёрные кудри Таллулы. Воздух застрял в лёгких; я не могла оторвать от него взгляда до тех пор, пока он не зашагал тяжёлой поступью прямо в мою сторону.
— Тал! Я не выдержу! — Я разжала пальцы на её локте, намереваясь дать дёру, но подруга намертво вцепилась в меня. — Этот псих нас прикончит!
— Не драматизируй! Мы просто свернём вот в этот дом с привидениями.
Я яростно замотала головой, отчаянно пытаясь вырваться:
— Я не пойду, я не могу…
— Если ты пройдёшь этот дом страха, то будешь свободна от всех остальных ночных активностей. Клянусь! — Таллула силой заставила меня повернуться к себе лицом, остановив нас прямо посреди аллеи. — Просто смотри только на меня, Айви Джейд. Они не станут к тебе лезть, если увидят, что ты не боишься.
— Да прямо за моей спиной буквально маньяк с бензопилой стоит!
— Всё это ненастоящее. Это просто дурацкий аттракцион. Оглянись вокруг: даже дети смеются и ловят кайф!
Мимо нас, нелепо ломая конечности, проковыляли горластые зомби с чёрными распахнутыми пастями. Я зажмурилась с такой силой, что перед глазами поплыли белые искры, вспыхивающие во мраке.
— Ладно, — процедила я, выставив мизинец и втайне надеясь чудом телепортироваться обратно в свою спальню в замке. — Никаких больше ночных ужастиков до конца поездки, если я пройду эту халупу… — выдавила я без малейшего энтузиазма.
— По рукам! — закрепила она обещание своим мизинцем и крепко взяла меня за руку, увлекая к дому с привидениями, где уже толкалась остальная часть компании.
Отовсюду гремела цирковая музыка; автомобильные гудки взвывали так, будто это дико смешно — хотя смешного не было ни капли.
Пока мы томились в очереди, циклопическая, до дрожи пугающая голова клоуна над порталом входа буравила взглядом саму мою душу, содрогаясь в бесконечном хохоте. Его раззявленная пасть служила дверью, в которую нам предстояло шагнуть?! Кошмар наяву!
Несмолкающий оглушительный грохот держал меня в постоянном напряжении, и единственным способом не сойти с ума оставалось ежесекундно вертеть головой во все стороны, сканируя пространство. Как же я всё это ненавидела, но приходилось держать лицо. Именно так напутствовала меня Мами перед отъездом. Разумеется, утешать других всегда легко и просто, когда самой не приходится лезть в логово чудовищ, куда засунули меня.