Пустой (ЛП), стр. 28

И все же… Все же… Все же, я ужасно этого не хотел.

Глава 13. Фэррис.

Я резко проснулась, будто меня толкнула призрачная рука. Усевшись на огромной кровати, я огляделась по сторонам. Шикарная спальня так и молила остаться в ней, и я тяжело застонала. Никогда за всю жизнь я не спала так крепко и с таким комфортом. Несмотря на то, что кругом было полно опасностей, простыни так ласкали мое тело всю ночь, что это казалось практически греховным.

Если бы был способ забрать кровать с собой, я бы с радостью так и поступила.

В комнате было темно. Единственный тусклый свет исходил от углей в камине. Но что-то подсказало мне, что рассвет уже близко. Мой сон был прерван далеким пением, и я нахмурилась, вспомнив об этом. Я не могла понять, было оно настоящим или лишь частью моих тревожных сновидений.

Я достала вторую, наиболее ценную их двух книг, что принесла к Деревьям-Жнецам: детский дневник Риссы. От того, сколько раз я перечитывала перед сном написанные ею слова, представляя себе, что слышу ее голос, что так она становится чуть ближе, его страницы посерели и истрепались. Для всех остальных дневник не представлял никакой ценности, но для меня он был самой дорогой в мире вещью.

Встав, я слегка вздрогнула от прикосновения холодных досок пола к босым ногам. Я оглянулась на дверь и облегченно выдохнула, увидев, что стул, которым я подперла дверь, все еще на месте.

Хотя ночью Хендрикс и держался подальше, я была уверена, что у него был какой-то план на меня, и собиралась быть как можно дальше от этого места, когда он приведет его в исполнение.

Прошлой ночью я убежала от него, как жалкий человек, которым он и считал меня. Тем самым я показала, что боюсь его, хотя и так отчаянно пыталась это скрыть. Когда я поняла, что он не собирается меня преследовать и решила воспользоваться возможностью как следует выспаться, мое сердце все еще отчаянно колотилось.

Сглотнув, я вспомнила об ужине, проведенном с жестоким фэйцем. Я коснулась пальцами того места, где он вцепился зубами в нежную кожу, будто какой-то зверь.

От воспоминаний о том, как его щетина касалась моего горла, пальцы сдавливали шею, а губы задержались на какую-то секунду после того, как разомкнулись зубы, меня обдало жаром.

Он был самым смертоносным из чудовищ, и я должна была сбежать от него, пока вновь не стала жертвой его безумия.

На цыпочках подкравшись к окну, я распахнула шторы и увидела позади них ставни. Сквозь небольшой зазор между ними струились лучики серебристого утреннего света, и я обрадовалась тому, что инстинкты разбудили меня вовремя.

Я не планировала спать всю ночь. Я хотела лишь подремать часок-другой, чтобы не пропустить рассвет. Но несмотря на мои желания, измученное усталостью тело требовало своего. Так или иначе, я проспала около десяти часов. Мне было не совсем понятно, каким образом я умудрилась проснуться как раз вовремя, но меня очень это порадовало.

Торопливо пройдя в другой конец комнаты, я принялась переодеваться в фэйскую одежду, которая бы наилучшим образом подошла для путешествия по лесу. Ткани были легкими, как перышко, черные брюки подошли как нельзя лучше. Несмотря на тонкость материала, они оказались невероятно теплыми. Помимо них я надела белую рубашку с широкими рукавами. Они были так сшиты скорее для красоты, чем для удобства, но вещь была удобной, и двигаться в ней было легко. Сапоги подошли мне на удивление хорошо. Зашнуровывая их покрепче, я думала о том: не помогал ли мне сам лес, раз я нашла все то, в чем так отчаянно нуждалась?

В последнюю очередь я накинула на плечи темно-зеленый плащ из роскошной ткани. Его цвет обещал надежно скрыть меня в лесу. Мне было нужно лишь как можно скорее оставить позади Хендрикса и его жуткое пристанище и скрыться среди деревьев.

Набитая запасами сумка оказалась тяжелой, но я не стала пересматривать ее содержимое заново и поглубже затолкала внутрь дневник Риссы. Убедившись, что схвативший меня фэец не пытается найти меня в коридорах, я прокралась в кладовую и набила карманы платья едой с кухни. Кроме того, я прихватила парочку острых ножей на случай, если он решит на меня напасть. Теперь они пригодятся мне для побега.

Кроме того, у меня были и остатки моих вещей и книги, к которым теперь прибавилась запасная одежда и одеяло. Я сомневалась, что и этой ночью смогу укрыться в роскошном замке, но хотя я точно буду скучать по комфорту, ни кровать, ни еда не могли заставить меня находиться рядом с отвратительным Хендриксом.

Ставни застонали, когда я открыла и распахнула их. От их тихого скрипа мое сердце отчаянно забилось, и я оглянулась на дверь, все еще надежно подпертую стулом. Ниоткуда в замке не доносилось ни звука, и я так и представила себе, как огромный Хендрикс спит, положив голову на бархатную подушку. Без сомнения, ему стоило огромных усилий поддерживать такое несуразно-огромное эго. А за ужином он так устал выебываться, что теперь должен был проспать еще несколько часов.

— Не захлебнись слюнями, — пожелала я мерзкому фэйцу вместо прощания и потянулась к защелке на окне.

Коснувшись пальцами холодного металла, я замерла и посмотрела наружу сквозь стекло. После нескольких десятилетий в лесу створки покрылись зеленоватым налетом. Мне пришлось сощуриться, чтобы рассмотреть сквозь него стены и бесформенные кусты роз, что когда-то были садом, а теперь оказались давно заброшенными.

Непроглядная тьма отступила всего мгновение назад, и бледные лучи света слишком медленно просачивались сквозь листву.

Успели ли чудовища, что прятались во тьме, отступить?

Можно ли было считать дразнящий шепот рассвета за наступление дня?

Сглотнув комок страха в горле, я медленно досчитала от десяти до одного и нарисовала «Х» пальцем на стекле.

— Молю вас, духи, дайте мне пройти, — тихо прошептала я, повернула защелку и широко распахнула окно.

Я застыла. Мышцы мои напряглись, лицо сморщилось в ожидании нападения, будто какой-то невидимый монстр выпрыгнет из-за деревьев и сожрет меня за то, что я посмела выйти в темноту.

Но ничего не произошло.

По лицу скользнул похожий на удивленное приветствие порыв прохладного воздуха, напоенный ароматом роз, что заполонили заброшенный сад у меня под окном, и я позволила себе немного расслабиться.

Все будет хорошо. Рассвет уже занимался. Мне было пора двигаться дальше.

Высунувшись из окна, я посмотрела вниз. Спускаться было нужно куда больше, чем я думала. Если бы я упала, то гарантированно сломала бы шею, но отступить сейчас я уже не могла.

Закрыв глаза, я попыталась собраться с силами. Раньше я часто вылезала из окна спальни и пробиралась через небольшую пристройку возле дома, чтобы пойти пострелять из рогатки и пробежать несколько кругов около деревни, пока все спали и меня никто не видел.

Я привыкла двигаться в это время суток и знала, каково это, бояться разгневать ночь, хотя даже с учетом Пустых и приближающейся кромки леса, в моей деревне было гораздо меньше опасностей, чем здесь.

Стараясь выровнять дыхание, я поискала взглядом опоры для ног и попыталась спланировать спуск вниз. Примерно в шести футах справа от меня располагалась железная сточная труба, что вела в сад внизу. Нас разделял только осыпающийся камень и несколько наглых лиан, но я собиралась справиться.

Я забралась на подоконник и развернулась, чтобы держаться за него, когда начну спускаться вниз.

Я заскользила носками сапог по кирпичной кладке, пытаясь нащупать увиденный ранее выступ. Стараясь встать на него, я опустилась чуть ниже, шепча ругательства и размахивая ногами. Руки у меня дрожали, все мышцы сводило от напряжения.

Хотя я обещала себе не смотреть вниз, я все же нарушила эту клятву и чуть на заорала от страха. Ноги по-прежнему скребли по гладкой стене, пальцы соскальзывали, грозя разжаться под моим весом, падение казалось неизбежным…