"Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 (СИ), стр. 973

— Слабым импульсом.

— Слабым.

— Без тебя внутри поля.

— Да.

— И Кор-Дум решает, безопасно ли брать его дальше.

Лекс вздохнул.

— Вы сговорились.

— Это называется разумная организация труда.

— Звучит подозрительно по-дворфски.

— Учусь у лучших.

Айрин убрала тарелки.

За стеной снова загорланили про рухнувший мост.

На этот раз Лекс слушал до конца.

Глава 25. Сталь и эфир

1 Боруна, 2000 год Эры Синода / 800 год Торговой Эры

Три дня между ночным нападением и боем не стали передышкой — они превратились в работу, в которой никто не мог позволить себе роскошь делать вид, будто усталость исчезла только потому, что времени мало. Лекс по-прежнему чувствовал ушибленные рёбра при каждом слишком глубоком вдохе, ожог на руке Айрин ещё требовал повязки, а Шило после ранения в правое плечо и неудачного падения в ущелье ходил заметно осторожнее, чем хотел показывать. Кор-Дум дважды поймал его на попытке поднять тяжёлый ящик правой рукой и на второй раз отобрал ящик молча, что подействовало лучше любой ругани. Первое утро началось с защитного диска.

Кор-Дум положил его на верстак, снял обгоревшую крышку и долго рассматривал потемневший проводник, прежде чем позволил Лексу подойти ближе. Зураб сидел сбоку на низкой скамье, вытянув пострадавшую ногу, и держал в пальцах узкую металлическую полоску, подобранную из запасов старых деталей. Материал он проверил ещё вечером — надрезал, нагрел, остудил, сравнил цвет окалины с уцелевшими контактами диска.

— Похож, — сказал Зураб. — Не тот же. Но для слабого тока выдержит.

— Для сильного? — спросил Лекс.

— Для сильного я бы сначала завещание написал, — отозвался Кор-Дум. — А потом не включал.

Айрин, стоявшая у двери с кружкой настоя, посмотрела на Лекса так, что он даже не стал шутить.

— Значит, слабый тест, — сказал он.

— Снаружи поля, — напомнила она.

— Снаружи.

Кор-Дум заменил выгоревший участок, посадил контакт на два механических зажима вместо прежней тонкой пайки и заставил Лекса трижды повторить порядок отключения. Только после этого диск поставили на каменный стол посреди пустой комнаты. Зарядный кристалл взяли самый слабый из тех, что оставались у мастерской, а испытательный импульс дал старый ремонтный прибор Клыка — такой использовали, чтобы находить пробой в защитных амулетах. Поле вспыхнуло бледной дугой, продержалось меньше двух ударов сердца и погасло. Кор-Дум первым снял крышку. Проводник не расплавился, но потемнел.

— Один раз, — сказал дворф. — Может быть, два слабых. Сильный — один, и то если повезёт. После этого выкидываем или строим заново.

— Записываю как один, — ответил Лекс.

— Вот и умнеешь.

Зураб хмыкнул.

— Не спеши хвалить. До вечера ещё далеко.

На второй день Клык принёс подтверждение того, чего они ждали с момента «Демонстрации силы». Основной отряд Вэл’Шана действительно шёл к Механосу. Теперь это были не слухи торговцев и не следы на дороге: трое разведчиков видели колонну с двух разных высот, а четвёртый нашёл ночную стоянку и считал костры. Клык разложил на столе карту, прижав углы кружками.

— Сто семьдесят — нижняя граница, — сказал он. — Может быть, ближе к двум сотням. Конные впереди, пешие сзади. Магов не меньше шести. И две платформы под тяжёлым брезентом.

— Размер? — спросил Лекс.

— Шесть шагов в длину. Четыре ящера в каждой упряжке. Охраны вокруг больше, чем у магов.

Эрвин, сидевший у стены, подтянул к себе одну из копий старых ингрийских записей.

— Здесь есть упоминание о машинах, которые Магистериум вытаскивал из руин к востоку от Шпиля. Название переписано поздней рукой — «Цербер». Но описание неполное.

Лекс прочёл строки дважды. Никаких удобных чертежей там не было. Старый писец перечислял то, что видел издали: высокий боевой механизм, два плечевых излучателя, режущие манипуляторы, тяжёлая броня, отдельный обслуживающий люк в нижней части корпуса. Последняя строка была хуже всего: «После пробуждения остановлен только разрушением питающего узла».

— Где этот узел? — спросил Клык.

— Не сказано.

— Прекрасно.

— Зато сказано про обслуживающий люк, — заметил Кор-Дум. — Это уже больше, чем ничего.

Лекс достал повреждённый сервисный щуп. После Зала Памяти один контакт снова обгорел, и Кор-Дум уже успел заменить его полоской из второй найденной панели. Щуп работал на простейшем тестовом разъёме, но никто не мог доказать, что он подойдёт к «Церберу».

— Это не ключ, — сказал Лекс, опережая вопрос Малого. — И не отмычка на всё древнее. Два раза совпал тип разъёма. Два раза после этого пришлось чинить. Если в машине другой стандарт, эта железка бесполезна.

Малой кивнул с неожиданно серьёзным видом.

— А если такой же?

— Тогда у нас появится ещё одна гипотеза.

Шило фыркнул.

— Ты когда-нибудь отвечаешь «да»?

— Когда уверен.

— Значит, редко.

— Именно.

Клык не улыбнулся и отметил на карте восточную дорогу.

— Они идут восточной дорогой. До города два прохода. Северный широкий, но там караваны и деревни. Южный уже, каменные полки сверху, два выхода. Если драться — то там.

Совет Десяти официально не отдавал Лексу городскую стражу. Это было бы слишком похоже на признание чужака полевым командиром, а Рагнар не делал жестов, которые могли стать обязательствами. Зато Совет не мешал людям Клыка вербовать добровольцев, разрешил забрать со складов старые носилки, две бочки воды и двадцать мотков верёвки, а Мать Иллария через своих людей передала перевязочную ткань и сушёные травы. Остальное собирали сами.

К утру последнего дня у Клыка в списке стояло около полутора сотен тех, кто согласился выйти за стены: сталкеры, ингрийцы Эрвина, свободные охотники, несколько мастеровых из квартала, переживших прошлое нападение. Ещё несколько десятков оставались в Механосе на воротах и в мастерской — не потому, что были менее храбры, а потому, что город нельзя было оставить пустым.

— Никаких «вооружили всех, кто умеет держать нож», — сказал Клык, перечёркивая две фамилии. — Кто не ходил в горы и не держал строй, остаётся. Паники от него будет больше, чем пользы.

Малой, сидевший напротив, демонстративно не спрашивал, куда поставят его. Клык всё равно поднял глаза.

— Ты остаёшься в тыловой точке.

— Я даже не…

— Вот и продолжай.

— Где точка?

— За вторым поворотом ущелья. Вода, бинты, запасные болты, два взрослых носильщика. Увидишь бой только если всё пойдёт очень плохо.

— То есть всё-таки иду.

— Не испытывай удачу.

Подготовку ловушек Кор-Дум взял на себя и никому не позволил называть заряды «изобретением Лекса». Взрывчатку купили у старых рудокопов ещё до последнего нападения; кристаллические детонаторы собрали из трофейных корпусов, а провод и механические спусковые пластины сделали в мастерской. Лекс помог только расчётом задержки между двумя обвалами и несколько раз ошибся, пока Кор-Дум не показал, что трещины в местном камне идут не так, как Лекс ожидал по земному граниту.

— У вас камень тоже по учебнику не ломается? — спросил Лекс.

— Он ломается правильно, — ответил дворф. — Это твой учебник сюда не ходил.

Зураб, проверявший крепление второго заряда, тихо рассмеялся. План получился проще исходного рисунка Лекса. Первый обвал должен был отсечь голову колонны и ударить по ближайшей платформе. Второй — закрыть часть тыла и не дать сразу развернуть конницу. Между ними оставался участок, куда попадали маги и основная охрана. Лучники Айрин занимали правую каменную полку. Клык с лучшими стрелками — левую. Кор-Дум и Зураб спускались ниже, к месту, где после взрыва можно было перекрыть узкий проход. Резерв прятался за вторым изгибом. Лекс не назначал себя центром схемы. Его задачей были шесть оставшихся патронов и наблюдение за магами и машинами.