"Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 (СИ), стр. 881

— Стой, — тихо сказал Кор-Дум.

Высокая фигура не двигалась. В волосах незнакомца переплетались тонкие побеги; некоторые спускались на плечи вместе с полосами одежды. Лекс не мог разобрать, где кончалась ткань и начинались листья. В руке оружия не было. Он всё равно не выпустил нож.

— Сильван, — сказала Айрин одними губами.

— Что?

— Лесной. Я рисунки видела. Бабушка рассказывала.

Зураб услышал, посмотрел на Айрин и снова на склон. Топор опустился чуть ниже.

Незнакомец спустился к ручью. Лекс ждал всплеска, но тот перешёл ручей по двум почти скрытым камням и остановился за кругом света.

Сильван сначала посмотрел на кострище, потом на топор у Зураба.

Кор-Дум медленно снял молот с колена и положил на землю, но руку оставил рядом с оружием.

— Мы только переночуем, — сказал он.

Сильван посмотрел на него. Лекс не заметил ни кивка, ни другого ответа. Зато увидел, как у края кострища тлеет обломок ветки. Его конец лежал на сухой хвое, которую Зураб выгреб из ямки.

Лекс протянул к нему нож, подцепил и столкнул обратно к углям. Дотягиваться пришлось далеко; плечо прострелило, он невольно зашипел сквозь зубы. Айрин отодвинула хвою носком сапога и взяла флягу.

Когда Айрин смочила край кострища, сильван повернулся к Лексу. От повязки пахло чистой тканью и мазью, но Лексу опять почудился слабый запах гари из мастерской.

Сильван поднял ладонь.

Воздух над углями потемнел. Лекс положил нож на землю. На мгновение ему показалось, что он сейчас упадёт, и он вцепился левой рукой в край плаща. Рядом Айрин резко вдохнула, а Грым прошептал ругательство.

В тёмном воздухе проступили стволы.

Они были совсем близко — мокрая кора, крупные листья, корни под ногами. Между деревьями прошли люди с факелами. Один обернулся: тонкое лицо, длинное ухо, отблеск огня на щеке. Эльф ткнул факелом под низкие ветви.

Лекс почувствовал, как Айрин сжала его локоть.

Огонь побежал по сухим веткам, поднялся выше. В кустах забилось что-то маленькое. Лекс хотел отвернуться, но лес вдруг изменился: стволы стали чёрными, а между ними проступили другие фигуры — знакомый широкий молот, человеческие плечи, полосы ткани на обожжённой кисти.

Человек с перевязанными пальцами поднял факел, и Лекс узнал в нём себя раньше, чем успел разглядеть лицо.

За его спиной стояло много людей. Кто-то крикнул, указывая вперёд, и пламя качнулось над головами. Под ногами лежали те же корни, среди ветвей металась та же маленькая тень. Лес горел так же, как прежде.

— Хватит, — выдохнул Лекс.

Картинка распалась. Перед ним снова были камни, край плаща, низкое пламя. Лекс сидел, вжимая локоть в землю, и никак не мог набрать полную грудь воздуха.

Сильван стоял на прежнем месте.

Зураб держал топор обеими руками. На рубахе у его плеча проступило тёмное пятно. Он посмотрел на Лекса, потом на оружие и медленно разжал левую кисть.

— Этого ещё не было, — сказал Лекс. Он и сам не понимал, вопрос это или утверждение.

Сильван склонил голову. Его лицо не изменилось. Он показал на угли, затем на лес над ними.

— Не несите туда огонь.

Голос был негромким, с непривычно долгими гласными. Смысл каждого слова доходил отчётливо, но незнакомец ничего не сказал о том, обязательно ли случится увиденное.

Грым подался вперёд.

— А если за нами…

Кор-Дум придержал его за руку. Сильван повернулся к Лексу и протянул раскрытую ладонь.

На ладони лежал мох.

Пучок был маленьким — целиком умещался на ладони. Тонкие стебельки светились изнутри ровным зеленоватым светом. Лекс не пошевелился: после видения ему меньше всего хотелось касаться ещё одной вещи, способной забраться в голову.

Сильван ждал.

— Это тебе, — прошептала Айрин.

Лекс разжал пальцы на плаще и протянул левую руку. Мох лёг на ладонь легко, почти невесомо; он был влажным и прохладным. Зеленоватый свет лёг на повязку правой руки, и жжение немного стихло.

Он поднял голову. Сильван уже отступил к воде.

— Подожди.

Незнакомец остановился.

Лекс хотел спросить, что именно сильван увидел, почему в видении оказался сам Лекс и зачем после этого незнакомец дал ему мох. Вопросы теснились, и он не успел выбрать ни одного, прежде чем сильван перешёл ручей и скрылся среди стволов.

Кор-Дум поднялся. Несколько мгновений он стоял, прислушиваясь, затем посмотрел на всех по очереди.

— Никому за ним не ходить.

Грым положил молот на колени.

— Я и не собирался.

Голос у него был совсем тихим.

* * *

Айрин разглядывала мох, не касаясь его. Зураб сел рядом с Кор-Думом и позволил тому поправить повязку на плече. Боль в обожжённых пальцах возвращалась, но была слабее, чем прежде; ткань по-прежнему мешала согнуть пальцы.

— Мох Кроны, — сказала Айрин. — У бабушки в книге похожий был. Она говорила, что сильваны дают его тем, кому позволяют остаться в лесу.

— Он нам ничего не позволял, — заметил Кор-Дум.

— Знаю. Я про книгу.

— А про руки там что-нибудь было? — спросил Лекс.

Она посмотрела на его повязку.

— Бабушка писала, что с ним раны быстрее заживают. Ты что-нибудь чувствуешь?

— Холодит. И боль вроде отпустила.

Айрин взяла чистый лоскут из оставшейся ткани.

— Тогда завернём. Повязку снимать не будем.

Лекс положил мох на ткань. Сквозь первый слой пробивалось зелёное свечение; после второго оно почти пропало. Айрин смочила край ткани и вернула ему свёрток. Лекс убрал его в нагрудный карман, затем поднял с земли нож и вернул в ножны.

— Он показал то, что будет? — спросил Грым.

Лекс посмотрел на кострище. В углях виднелась та самая ветка, которую он только что подцепил ножом и столкнул обратно к углям.

— Не знаю. Я видел нас. Но почему это должно случиться?

— Значит, может и не случиться?

— Может.

Кор-Дум закончил перевязку. Зураб осторожно опустил руку, подождал и поднял к свету свой топор. Лекс напрягся, пока кузнец не взял кожаный чехол и не натянул его на лезвие.

— Лес нам ничего не сделал, — сказал Зураб.

Больше Зураб о видении не говорил. Он убрал топор так, чтобы до него можно было дотянуться, и лёг на мешок. Лекс смотрел на его неподвижную спину. Злость никуда не делась: она слышалась даже в этих нескольких словах. Но чехол на лезвии был застёгнут.

Кор-Дум поднял флягу.

— Всем хватает тепла? Гасим.

Грым придвинул плащ к боку, Айрин проверила, все ли убрали вещи от огня. Лекс помог оттянуть подстилку подальше от кострища. Вода зашипела на углях, и от этого звука у него свело живот. Он заставил себя смотреть, как Кор-Дум заливает кострище, раздвигает обгоревшие ветки и поливает ещё раз.

Когда угли погасли, темнота сгустилась сразу. Некоторое время Лекс различал только светлое пятно лица Айрин. Потом проступили сосновые корни, край известняка, очертания мешков.

— До моста идём вместе, — тихо сказал Зураб со своего места. — Наверх не лезьте, если тропу потеряете. Позовите.

— Позовём, — ответил Грым.

Кор-Дум устроился у края каменного выступа. Айрин легла рядом с Лексом, подоткнула плащ ему под локоть. Сумку он положил так, чтобы не придавить приборы; маленький свёрток с мхом остался у груди.

Перед тем как закрыть глаза, Лекс ещё раз посмотрел на отца и сына. Грым уже лежал, но всё ещё придерживал рукой бумаги под плащом. Кор-Дум сидел спиной к ним и слушал овраг.

Утром нужно будет подняться и дойти до моста. До рассвета Лекс не хотел думать о том, что будет дальше.

Из темноты донёсся голос Зураба:

— Разбуди меня, мастер. Не сиди за двоих.

— Разбужу.

Лекс закрыл глаза. Когда Айрин нащупала его руку, он сжал её пальцы и на этот раз не потянулся проверять, на месте ли нож.

Интерлюдия I. Оставшиеся

Месяц Менельмос, 2000 год Эры Синода / 800 год Торговой Эры