"Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 (СИ), стр. 646

Что ж, и это хорошо. Если Валентина приведут сюда, у меня появится шанс его попросту отбить. Благо телохранителей у меня стараниями Харвюальда почти войско. В крайнем случае возьму в заложники Его Святейшество. Вряд ли он настолько отринул земные блага, что готов  со смирением отдать свою жизнь, подавая пастве пример непротивления злу.

ГЛАВА 38

Сильвана

Дандрет пригласил меня в соседние покои, где был оборудован ни больше, ни меньше портал! Портал у противника магии?

- Я вижу, Ваше Святейшество, несмотря на свои доводы против магов, не прочь использовать созданные ими блага?

- Именно, дитя мое. Я ставлю на службу Единому все и всех, кого встречаю на своем пути, именно потому наших единоверцев так много.

Через мгновение из портала показался Валентин. Некромант был бледнее обычного и громыхал ржавыми цепями, сковывающими его по рукам и ногам. Далее последовала немая сцена. Его Святейшество и некромант смотрели друг на друга и явно узнали. И много бы я дала, чтобы понять, о чем эти двое сейчас вспоминали. О непримиримой вражде или о минувшей дружбе.

- Конрад Даймбер? – изумленно произнес служитель Единого – Я думал, ты погиб!

- Арисий, старый мерзавец... –  улыбнулся некромант и протянул руки, чтобы обнять Святейшество, но громыхнувшие цепи испортили сей трогательный момент и хорошо, не то я бы от удивления так и не догадалась закрыть рот.

Через две минуты цепи были сняты, впрочем, как и хламида служителя Единого, под которой оказались вполне обычные рубашка и брюки, в каких ходила половина придворных. А еще через пять минут я покинула общество друзей, вспоминающих былое, чувствуя себя полной дурой.

Помнится, однажды Валентин обмолвился, что сам может справиться с Его Святейшеством.  Я тогда не придала значения его словам и оказалось зря.

Пусть Эдуард и прикормил Дандрета пожертвованиями, но с Валентином Святейшество был знаком с тех времен, когда у него был только один дар – давать смертным по воле Богини взаимную любовь. В свое время он помог и Его Святейшеству Дандрету II, в миру Арисию Сареди.

Арисий когда-то был безответно влюбленным магом-стихийником, а Валентину удалось умилостивить богиню Любовь и вымолить для друга благосклонность возлюбленной. Но через десять лет его жену Глэдриан поразила неизлечимая болезнь, и маг пошел на сделку с демоном. Заплатил магическим даром за жизнь любимой. Правда, заключая договор, упустил одно "но": Глэдриан должна его забыть.

Оставшись без дара и без возлюбленной, Арисий, чтобы не сойти с ума, решил податься в религию, где и сделал карьеру.

Однажды Валентин и Арисий, будучи пьяны, заключила пари с другими магами, что вдвоем устроят попойку на неспокойном кладбище. Разумеется, при появлении нежити оба храбреца позорно бежали, с одной лишь разницей: Арисий успел скрыться, а Валентина задрал упырь.

Вот тут и вступила в игру богиня Смерть. Она предложила духу некроманта возвращение к жизни и дар укрощения нежити, в обмен на два условия. Первое – служение ей, второе – Валентин должен был уйти уйдет из родных мест, ни с кем не увидевшись и не попрощавшись.

Ронсарду умирать не хотелось, и он согласился. Некромант очнулся на земле у собственной могилы, будучи служителем сразу двух богинь. Для пробы поднял кладбище, упокоил обратно,  и пешком, чтобы не встретить никого из знакомых, и не нарушить условие своего воскрешения, отправился в соседний город.

Валентин уже видел друга в образе служителя Единого и знал, что тот его не казнит. Но нарочно не спешил заявлять о себе, чтобы после стольких лет, была более впечатляющей.

Любителя впечатлений и драматических эффектов мы с Его Святейшеством ругали вдвоем. Я, за то что заставил волноваться, а Драндет твердил, что приказал бы казнить некроманта, даже не поглядев даже на лицо. На что виновник всеобщего переполоха ответил:

-  Тогда сцена встречи была бы еще интереснее! Представь себе: я стою на эшафоте и в качестве последнего желания прошу пригласить Его Святейшество, чтобы перед смертью увидеть его одухотворенный лик!

Вот после этого я и покинула кабинет Дандрета, справедливо полагая, что задолжала кое-кому хорошую взбучку.

ГЛАВА 39

Сильвна

Когда вернулась во дворец, испытывала одновременно тихое бешенство и облегчение. Чтобы занять себя чем-то решила засесть за переписку в кабинете, а там как раз сортировал мои письма Ферэйн, который при виде меня поднялся с места, чтобы отвесить положенный поклон:

- Миледи... Как все прошло?

- Зачем спрашиваешь, если и так уже знаешь?

- Я не читаю ваши мысли постоянно, это было бы утомительно.

- Эти двое знакомы. Старые, орки их забери, друзья!

Похоже, эльф все же не сдержал любопытства и прочел мои воспоминания, потому что фыркнул и произнес:

- Было бы забавно, если бы Ронсарда и правда сожгли, не спросив кто такой.

- У меня было бы на одну головную боль меньше – отозвалась я.

- Вы уже слышали новость?

- Какую? – насторожилась я, не ожидая ничего хорошего.

- Его Величество через неделю устраивает охоту. Будет весь двор. Вы должны присутствовать.

- Погоди, охота на кого?

- Лоси, волки, зайцы, может быть кабан... – развел руками эльф и ответил на мой невысказанный вопрос – Коней зачаровывают особым образом, так что можно легко скакать по снегу, словно на кэлпи.

- Что ж, думаю, это будет интересно. Надеюсь, меня не попытаются снова убить?

Раздался стук в дверь. Я мысленно спросила Ферэйна:

- "Кто это?"

- "Не скажу, но обещаю, что представление вам понравится!" – мысленно ответил эльф и тихо рассмеялся.

- Войдите!

Мне и правда понравилось. На пороге с видом победителя стоял Эдуард:

- Дорогая кузина, вы сегодня прекрасны как никогда! – мужчина склонился передо мной в безупречном поклоне и окинул страстным взглядом. А посмотреть и правда было на что, поскольку после визита к Его Святейшеству я не переодевалась и все еще дефилировала в красном платье.

Но взгляд Эдуарда задержался отнюдь не на декольте или шее, он смотрел на кинжал, что висел на моем поясе и даже начал облизывать губы, но вовремя себя одернул. Любитель боли и извращений?

- "Еще какой любитель!" – мысленно отозвался Ферэйн. Он смотрит на этот кинжал, на сочетание вашей бледной кожи и красного платья и вспоминает, как до смерти замучил женщину пару месяцев назад. Я не вижу, кто она и где он все это делал. Мне удалось ухватить лишь пару образов. Где-то у него есть логово с пыточными инструментами".

Тем временем племянник короля продолжал:

– Я пришел просить вас уделить мне пару минут наедине! Есть вопрос, который нам следует обсудить незамедлительно, пока никто не пострадал... Вы же понимаете, о чем я говорю?

- Валентин Ронсард?

- Да, дорогая кузина, именно о нем я хотел потолковать!

- Ферэйн, оставь нас!

- "Вы уверены, миледи? Не помните, как сбегали от него в разорванном платье?"

- "Сегодня он не рискнет это повторить, потому что пришел шантажировать меня, заключать сделку. Выйди. Я позову тебя, если что-то пойдет не так. Не лишай меня удовольствия натыкать этого щенка мордой в его собственную лужу".

- "Да, миледи. Но если что, помните: я буду поблизости"

- "Хорошо".

Эдуард по-своему расценил наши с эльфом гляделки и как только дверь закрылась, спросил:

- Ну и как? Хорош остроухий в постели?

- Вы пришли сюда, обсудить мои любовные похождения или дать советы о подходящих позах?

- Почему бы и нет? Как раз ваша постель меня и интересует! Уверен, в Дуате вас не научили тому, что мог бы показать я... – Эдуард медленно приблизился и беззастенчиво заглянул мне в декольте.

- Между любовной игрой и искусной пыткой много общего. А поскольку лучший палач Юга здесь я, то такому тепличному цветочку, как вы, учить меня попросту нечему. Так что за вопрос, дорогой кузен?