"Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 (СИ), стр. 645

А потом принялась за макияж. Я не знала свою приемную мать – Цернунн умерла в родах, но видела портрет и сейчас, пыталась воссоздать резкий, хищный макияж правительницы Дуата, которую боялись и друзья, и враги.

За этим занятием меня застал вернувшийся Ферэйн:

- Миледи? – потрясенно спросил мой секретарь.

- С утра была ею – подтвердила я, принимаясь подводить черным второй глаз.

- Вам не следует подчеркивать свою принадлежность к Югу... вас могут не так понять...

- Что мне "следует" решаю только я. Как бы я ни старалась выглядеть как все, мне до смерти не избавиться от ярлыка "принцессы кровопийц", от звания "лучший палач Юга". Я могу тактично прятать это в тронном зале или на дурацких церемониях, но стыдиться собственного прошлого они меня не заставят! И если соберутся задеть мои интересы, пусть готовятся к тому, что я подниму эти ярлыки как стяг и устрою войну! Говорят, я кровопийца с юга? Они ее получат! Тот, кто посягает на мое – посягает лично на меня. Это может быть Эдуард или Его Святейшество – кто угодно. Они получат свое! Пусть не думают, что я буду молча смотреть, как казнят того, кто состоит в моей свите. А теперь причеши меня! Вместо шпилек используй вот это – я подала эльфу два тонких кинжала, в ножнах винного цвета. Их рукояти были украшены россыпью алмазов.

ГЛАВА 37

Сильвана

Через полчаса я была одета, причесана и знала биографию Его Святейшества Дандрета II  Гадарского. Он славился ненавистью к магам и, не смотря на сан, горячей любовью к женщинам. Ходили слухи, что какой-то чародей много лет назад, увел у него возлюбленную и теперь служитель Единого мстит всем магам.

Личные мотивы усложняли мое дело, но я не намерена была отступать и вскоре уже подъехала к дому Дандрета. Его Святейшество сначала отказался принять меня, но я нагло заявила, что не уйду и демонстративно уселась в приемной.

Мои телохранители честно отрабатывали свой хлеб, бросая на всех суровые взгляды. Я тоже добавляла жару, устроив обмен опытом с местным населением.

Начала расспрашивать у ожидающих аудиенции знатных и не очень господ, как на Севере карают, за нарушение законов Единого. А потом описала несколько показательных казней над неверными, проведенных лично жрецом Культа Крови.

У всех моих собеседников  вдруг нашлись срочные дела и вскоре приемная опустела. Когда я встала, чтобы без спроса войти в дверь, за которой просиживал хламиду Дандрет II, его секретарь удивил меня доблестью: попытался заступить мне дорогу.

Моя охрана хотела оттащить мужчину, но я жестом остановила их:

- Все в порядке. Просто секретарь Его Святейшества, очень хочет лично открыть мне дверь. Не так ли милейший?

Я подошла вплотную и заглянула в глаза, верному псу служителя Единого и позволила отразиться во взгляде тому внутреннему чудовищу, которое взрастил во мне Дуат.

 Я всем сердцем ненавидела этого монстра, но была не в силах уничтожить, потому что, как ни прискорбно, это тоже была я.

Невозможно пройти сквозь ад и выйти оттуда без следа на душе. В каждом из нас, так или иначе, живет зло, та часть, что готова пренебречь интересами, чувствами, жизнями других ради своего выживания и счастья. Она слабеет от правильных поступков, и крепнет, если мы поступаем плохо, питаясь совершенным злом.

Когда я поняла, что чудовище в душе растет и готовится поглотить меня целиком, сначала пришла в отчаяние. Но потом пришло осознание: это я выбираю кормить тварь или морить голодом. Пусть эту часть себя нельзя уничтожить, но в моих силах крепко держать поводок, не позволяя ей получить меня целиком.

- Ты уверен, что хочешь преградить мне путь? – негромко произнесла я.

- Н-нет... Ваше Высочество! – внезапно севшим голосом просипел мужчина и шагнул назад. Когда коснулась ручки двери, за спиной послышался звук падения. Не выдержал бедняга. Какие, однако, нежные подчиненные у Дандрета.

Если служитель и был удивлен, то на лице его это никак не отразилось. Хорошая выдержка. Достойный противник.

- Добрый день, Ваше Святейшество!

- О, Ваше Высочество, добрый день! Рад, что вы посетили меня. С первого дня вашего возвращения я хотел познакомиться с вами лично. Но дела моей паствы не отпускали меня! – поклон пожилого служителя Единого был низким, а голос мягким и обволакивающим. Он улыбался мне, почти с отеческой добротой, которая даже отражалась в его взгляде. Умение лгать глазами, талант достойный восхищения!

Похоже, эта видимая теплая доброжелательность, должна была сразить злую меня наповал. Подобно тому, как один святой своей кротостью и смирением изгнал дракона, просто опустившись рядом на колени и творя горячую молитву Единому. Говорят, чудище какое-то время смотрело на старца, а потом развернулось и навсегда покинуло те края. 

Но беда в том, что одно чудовище узнает другое даже издалека, а уж лицом к лицу и подавно:

- Я не сомневаюсь, что единственный среди нас человек, снискавший благоволение Единого, знает причину моего визита.

- О, я всего лишь такой же грешник, как и все. Пути Единого от меня сокрыты! Присаживайтесь, и поведайте мне, какая печаль объяла вашу душу. Быть может, я смогу утешить вас. Хотите чаю?

Села в кресло, у стола Дандрета, а телохранители расположились за спиной, в шаге от меня:

- Я столь опечалена, что совсем потеряла аппетит. По вашему приказу этим утром был схвачен и заперт в Гарлоте маг, состоящий в моей свите. Поскольку этот человек ни в чем не виновен, верой и правдой служил мне и не раз спасал жизнь, я пришла просить вас о его освобождении.

- Боюсь, тут я ничем не смогу вам помочь: ваш слуга напал на племянника короля. Кроме того, он владеет самой нечистой магией из всех. Некромантия – богопротивное занятие, все некроманты прокляты перед Единым!

Вступать в открытый конфликт с тем, кто влияет на умы народных масс, не хотелось. Я прекрасно понимала, что Его Святейшество в силах организовать мне травлю, которая может стать большой проблемой.

Пусть даже за меня вступится отец и найдет метод сместить Дандрета, сам факт этого конфликта может аукнуться мне в будущем. С другой стороны, если верить словам ведьмы, о том, что мы создадим первую школу магии, генеральная битва с Его Святейшеством, так или иначе, состоится. Но власть, как и любовь, лезвие обоюдоострое. Не сыграть ли мне на уверенности служителя Единого?

- Ах, как жаль! Это был действительно достойный и верный человек! Я буду скорбеть о его участи. Но расскажите мне о вашей вере. Я мное слышала, но никто так и не изложил мне суть учения достаточно доходчиво. Кто, как не вы, можете лучше всех просветить меня на этот счет! Как будущей королеве, мне важно влиться духовный мир моей страны!  

Его Святейшество снова улыбнулся и принялся излагать мне догматы своей веры. Сначала сухо и не вдаваясь в подробности, но я слушала, делая вид, что полностью поглощена рассказом, порой задавала уточняющей вопросы и вскоре добилась своего. Дандрет оттаял и вошел во вкус. Я выражала восхищение Культом Единого, сравнивая его с Культом Крови. Сделала вид, что прониклась словами о смирении до глубины души.

Когда меня стали вместо Высочества назвать "дитя мое", поняла, что все получилось. У Дандрета возникло ощущение, что он обратил неверную, речами о спасении укротил змея. В качестве решающего удара я произнесла:

- Я слышала, у вас трудности с получением земли под монастырь близ столицы? Я могла бы помочь  в этом вопросе. Впрочем, я смогу помочь и в других вопросах, когда настанет скорбный день и придет мой черед взойти на престол этой страны.

- Вы так добры, дитя мое!

- О, полно Ваше Святейшество! Но мне все же жаль моего слугу. Не могли бы вы хоть немного смягчить приговор этой заблудшей душе? Единый милосерден, так  не стоит ли и вам, подать пример милосердия человеку с таким жестким сердцем, как у меня?

- Не могу сказать, что помилую  вашего некроманта, но сейчас же велю доставить его сюда, лично расследую дело и вынесу решение.