"Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 (СИ), стр. 608
Жена конунга всегда красила веки в черный, а губы - в ярко-алый. Всегда ходила с распущенными волосами и длинными ногтями, которые затачивала, делая их острыми, как у мантикоры. Зирта до сих пор жалела, что не знает рецепт того особого состава, что сохранял ногти Цернунн необычайно прочными.
Цернунн была как огонь - красивой и опасной. Ее вид вызывал ужас и восторг одновременно. Эта женщина приводила в трепет и друзей, и врагов.
И вот, это пламя было погашено, погублено, растоптано ею, Сильваной! Жалкой серой мышью! Хотя скорее крысой... с острыми зубами... - поправила себя Зирта, вспоминая, как танцевали в руках младшей наследницы смертоносные клинки и падали один за другим поверженные противники. Как точно она отражала предательский удар в спину. Не поворачиваясь, не глядя, принимала его на клинок заведенной назад, длинной сабли.
Сильвана всегда была лучшей. Ее больше любил Сагр, ее больше уважал народ. Она отняла жизнь матери, умершей в родах. Единолично присвоила любовь отца, уважение клана. Отобрала славу, жениха и трон Конгора! И пожар, изуродовавший лицо Зирты, наверняка устроила именно она! Она – корень бед! И она заплатит за все своей смертью! Теперь у Зирты есть то, что уравняет шансы в поединке. Теперь, когда старшая наследница научилась колдовать, Сильвана не сможет противостоять ей.
Старая Элиза указала направление, демон укажет точное место укрытия беглянки, он же даст силы для поединка. И тогда паршивке конец!
Пусть вызов демона прошел не совсем гладко, но теперь он подчинен.
"Забавно. Сагр бы постарался сделать меня своим личным оружием, узнав, что я владею такими силами, а возможно казнил бы или запер в подземелье с драгерами. Верно говорил Келен Великий: магия и тайна должны быть неразлучны».
После того как комната была расчищена, Зирта завесила единственное окно своим запасным плащом. Расставила всюду свечи и занялась новой пентаграммой. Девушка не поленилась сделать второй круг защиты, но оставила и основной круг, и оба защитных незамкнутыми.
Время пришло. Она подозвала к себе бродягу, указала в противоположный конец комнаты и произнесла:
- Принеси-ка мою книгу заклинаний, я оставила ее у окна.
- Где?
- Да вот же, на подоконнике.
- Но госпожа колдунья, я слышал, что никогда нельзя ходить по этим вашим рисункам.
- О, что ты – рассмеялась Зирта – это все ерунда, глупые предрассудки! Главное не ступай на линии и иди только до середины, а оттуда до книги можно легко дотянуться.
- Но…
- Живей! Принеси мне книгу! – наследница мгновенно сменила беззаботный тон на приказной, подпустив в голос металла.
Бывший торговец насупился, нервно сглотнул и стал медленно продвигаться к центру пентаграммы, сосредоточенно переступая через линии. Как только он достиг центра, его остановил гневный окрик:
- Стой!
- А? – бродяга непонимающе обернулся на Зирту.
- Дальше нельзя. Попробуй дотянуться до книги отсюда.
- Ага – кивнул бродяга. Обещанные сто золотых стали казаться ему не такими уж привлекательными: «Ну ничего, вот принесу ей книгу и уйду отсюда по-тихому. Пока своей магией занимается и не заметит. А жилье я поищу другое. Под Большим мостом всегда есть местечко…»
Мужчина потянулся к подоконнику. Его пальцы уже коснулись черного переплета из тонкой телячьей кожи, как вдруг книга исчезла, а протянутую руку резанула боль.
Из груди бродяги вырвался мучительный крик. Рука онемела и повисла плетью. Раздался гневный окрик нанимательницы:
- Молчать! – и тотчас его язык онемел тоже.
В ужасе мужчина увидел, что пентаграмма, в центре которой стоит, замкнута и чуть светится красноватым, как тлеющие уголья, светом. Бродяга попытался выйти из центра рисунка, но словно врезался в невидимую стену.
Из дальнего угла комнаты раздался довольный смех колдуньи:
- Я же говорила тебе, что ты больше никогда не будешь голодать!
Он рефлекторно поднял взгляд на говорившую. И почувствовал, как в горле гаснет, заглушаемый заклятьем немоты, не родившийся вопль ужаса.
Женщина успела откинуть капюшон. Ее лицо было ужаснейшим образом изуродовано. Но не это поразило бродягу. Он видел уродливых людей не раз. А попав на улицу, узнал, что многие из них гораздо человечнее «нормальных», «красивых» и «полноценных». Из глаз этой женщины на него смотрела искалеченная душа.
Зирта запела заклятие призыва, и вокруг бродяги заклубился серый, стремительно темнеющий туман.
ГЛАВА 10
Дитрих
Когда Сильвана сбежала, младший наследник клана Дуат долго мучился сомнениями. Действительно ли сестре удалось сбежать или до нее все-таки сумела добраться Зирта?
Старшая наследница вполне могла убить Сильвану и спрятать труп. А потом инсценировать побег и подложить ему в спальню платок своей младшей сестры, чтобы даже он не искал наследницу.
Дитрих помнил, как воины Сагра посреди ночи принесли искалеченное нечто, завернутое в ее плащ. Из свертка выбивались длинные светлые волосы, местами покрытые засохшей кровью. Он не стал смотреть. Хотел сохранить в памяти ее прежний образ.
Он помнил поспешные похороны. Младшую наследницу пронесли по главной улице столицы в закрытом гробу, который потом с почестями и цветами внесли в фамильный склеп.
Народу объявили, что Сильвана была похищена шпионом с севера. Он пытался переправить ее через Шенди. Хотел получить награду за саму наследницу и информацию о замке и военных планах Сагра.
Но когда шпион почувствовал, что преследователи дышат ему в спину, то понял, что с пленницей ему живым не уйти. И решил получить от нее хоть какую-то информацию, прежде чем убить.
Он зверски пытал девушку, а потом, скрылся так ничего и не узнав от нее.
"Она сбежала." - думал Дитрих - "Помню, она всегда хотела уйти отсюда, хоть и говорила об этом лишь раз. Я предчувствовал, что однажды Сильвана покинет Дуат и понимал, что этот день станет одним из самых печальных в моей жизни.
Как же мне ее не хватает! Ядаже готов был отправиться вслед за ней, но мою душу крепко держит эта земля, леса, сам воздух этих мест.
Я остался. Но почему?! Почему я не пошел за ней, ведь она была бы жива тогда! Младшенькая всегда была сильной, но я-то знаю, что ее душа была хрупка, как весенний цветок. Только я видел ее настоящую! Никто из клана не знал ее, так как я...
Сильвана устала от жестокости и постоянной борьбы. Захотела покинуть Дуат и погибла. По моей вине! Как сияли ее волосы в лучах заката... Не могу поверить, что ее больше нет!"
Младший наследник клана Дуат сидел на полу в небольшой тайной комнате замка Ат-Дишан. На стене перед Дитрихом висел тайком заказанный и привезенный в замок портрет погибшей месяц назад Сильваны Дуатской.
Девушка была изображена стоящей на смотровой площадке самой высокой башни замка Ат-Дишан, на фоне ясного неба и далеких гор, склоны которых были покрыты пламенеющими осенними лесами.
Бирюзовое, вышитое серебром платье, выгодно подчеркивало стройную фигуру. Из украшений на ней были серебряные серьги с аквамаринами и такое же колье. Ветер развевал ее распущенные волосы, в которые была вплетена белая роза.
Глаза Сильваны смотрели куда-то вдаль. Она улыбалась. У портрета на низеньком столике стояло множество свечей и две огромных вазы с цветами.
Дитрих давно забросил охоту. После похорон младшей наследницы его покинуло желание жить. Сагр гадал в кого он влюбился. Братья делали предположения одно другого нелепее, но никто не мог добиться от него имени возлюбленной.
Сагр посмеивался. Братья, перестали докучать расспросами и шутками. Родсвтенники ждали, когда все откроется, не забывая делать ставки. А Дитрих и сам не знал имени возлюбленной, потому не ведал того, что поняли все, кто его окружал.
Наследник смотрел на портрет и плакал. Второй раз за всю свою жизнь.
Ему не верилось, что Сильвана мертва.
Он вспоминал, как хотел выброситься из окна ее комнаты на следующий же день после похорон, но ему помешал ее голос. Он слышал, как она кричала ему: Нет! Стой! Остановись! Дитрих, умоляю, не делай этого!! Да стой же! - крик, словно издалека... но он тогда чувствовал ее присутствие, словно ее душа была где-то поблизости.