"Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 (СИ), стр. 517
Но затем всё погасло.
Установка задымилась и загорелась самым обычным чадящим пламенем горящей солярки.
Вместе с этим погас и перестал биться своим ритмичным пульсом фиолетовый тотем, превратившись в обычный тёсаный столб.
— Всё, — прошептал генерал. — Остался только божок охоты.
И в этот момент мимо него пронеслась непонятно откуда взявшаяся Ламинара.
Землянин только и успел, что упасть на траву и на корточках отползти от разгорающегося и окончательно умершего портала. За ним поползли и подчинённые.
А демоница на полном ходу налетела на ползающего по траве божка охоты.
— Выродок! — орала она, и в её шести руках был обычный лом, подхваченный с земли по пути. А следом за Ламинарой потянулся, как длинный шлейф вуали, туман.
Демоница встала во весь рост, замахнулась своим импровизированным оружием, словно мечом.
— Тварь! — заорал божок охоты. — Я же всё равно вернусь!
— Зато тебя не будет полвека! — протянула Ламинара и с силой опустила лом.
Божок прикрывался руками и попытался защититься.
— Ты не сможешь! Ты слаба! — орал он, пытаясь встать.
— Зато я не одна! Сдохни!
И лес пришёл в движение. Из кустов и травы на лицо псоглавого божка кинулись крысы.
Сотни крыс.
Они лезли в глаза, уши и рот громилы.
Тот орал, кашлял и пытался расшвырять грызунов. Но их было слишком много, и на место раздавленных и отброшенных лезли новые.
Меж тем туман догнал свою хозяйку, вспучился клочьями и впился в неё.
Бело-золотая накидка слетела, явив шестирукое обнажённое женское тело цвета белого мрамора.
Упала на землю чёрная бархатная маска.
Рассыпались камни из разодранной диадемы.
— Сдохни! — пропела Ламинара.
Туман быстро собрался в длинные-предлинные паучьи лапы, торчащие из лопаток женщины, красивое лицо которой портил лишь длинный нос с большой горбинкой. И лапы приподняли демоницу над землёй на середину высоты деревьев, а потом резко опустили.
Замах ломом и манёвр паучьими лапами сложились воедино, достигая цели.
— Я отомщу! — сквозь боль кричал и плевался словами псоглавый.
Затем закашлялся.
А Ламинара снова взметнулась вверх.
И снова рухнула.
Лом попал в глотку божка, пробивая голову насквозь и пригвождая к земле.
Тут же обмякли руки и ноги.
А Ламинара замерла и, обессилев, упала на колени, затем попыталась удержаться за лом, как за поручень, но завалилась набок, где и осталась лежать, тихо постанывая.
— Всё, — проронил генерал. — На этот раз точно всё.
Он сделал глубокий вдох и прислушался.
Откуда-то издали доносились тихие выстрелы. Потом громыхнула пушка. За ней вторая.
Пётр Алексеевич устало наклонил голову и зажал тангенту на радиостанции.
— База! База! Я Первый! Приём!
— Первый! Я база! Приём! — послышалось в ответ через белый шум.
— Что там за стрельба?
— Маркиза Адель гоняет остатки обезьян, — прошипело в ответ, а потом радостно добавило: — Первый, основной портал заработал! Связь с землёй возобновилась! Повторяю! Связь с землёй есть!
Генерал улыбнулся, а затем через силу встал и побрёл за домик, где спряталась волшебница.
Женщина нашлась живой. Разве что сидела и покачивалась, словно контуженная.
— С тобой всё в порядке?
Астра глянула на землянина и кивнула.
— У меня способная ученица. Она придумала, как сдерживать поток той силы. Больно, конечно, но терпеть можно.
Генерал с кряхтением сел рядом.
— Ты была в бане?
— В ваших купальнях? Нет.
— Тогда всё впереди. Вот отоспимся, помоемся, а завтра в баню. И обязательно притащим большого жирного осетра, килограмм чёрной икры и много коньяка.
Он откинулся и лёг на траву рядом с волшебницей.
— Но это завтра, — подытожил он, глядя на светлеющее небо. — Завтра.
Тишина. Лишь шелест игривого ветра на бесчисленных осенних листьях, стрекот саранчи и чириканье птиц, быстро забывших грохот и вопли умирающих. Далеко в небе, предвещая восход Небесной Пары, коршуном кружился молодой дракон, выглядывая зазевавшуюся овцу или лисицу.
Спокойна была кромка между лесом и полем. Лишь там и здесь валялись тела псоглавых воинов, на коих уже поглядывали падальщики.
А из травы и кустов растерянно выглядывали мелкие духи.
— А вы видели? — тихо начал один, опасливо оглядываясь. А потом перешёл на шёпот: — Пришлые убили бога.
— Да ты что? — изумился в ответ другой. И слух понёсся по миру, несомый неугомонным ветром, от одного рассказчика к другому.
Халумари убили псоглавого бога.
ДОЛГИЙ ЭПИЛОГ
— Так! — громко произнёс Пётр Алексеевич, держа в руках бумаги. Он стоял у большого стола в почти опустевшем зале. На столе же во множестве разложены документы.
Только что здесь было большое итоговое совещание, и на рядах скамеек недавно сидели офицеры и гражданский персонал базы. Все до единого.
Меж тем день был в полном разгаре, и Небесная Пара с чистейшего неба роняла двойные лучи на флагштоки с триколором, плац и забор, виднеющиеся в окне. А на улице стоял полнейший штиль, и потому флаги обвисли безвольными тряпками, в помещении же тихо шуршали вентиляторами кондиционеры.
— По перевозке тел домой распорядился, — перечислял вслух генерал, чтоб ничего не забыть. — По инвентаризации распорядился. По усилению охраны распорядился. Вроде всё.
Пётр Алексеевич пригладил ладонью макушку. Погибших было жалко, но под началом было ещё несколько сотен живых, за которых он отвечал, и потому расслабляться и раскисать тоже не имел права. Пусть это звучит дико и кощунственно, но живые — в приоритете.
А за павших он потом выпьет, не чокаясь, полный стакан водки и скомандует, чтоб дали залп салюта.
Сейчас же…
Генерал быстро расписался на документах, сунул их в красную папку, которую положил на край стола, и закричал:
— Стаканыч!
— Я! — тут же сунулся в железную дверь прапорщик Сизов, который до сих пор чуть прихрамывал.
— Что там с танком⁈
— Так делают, командир, — пожал плечами Стаканыч, а потом спросил: — Вот мы победили ту большую обезьяну, но я так и не понял, как. Не поясните?
— Да, мудрено получается, — взяв ещё одну папку, произнёс Пётр Алексеевич и вынул из кармана ручку с золотым пером. — Во всём виноват сбой портала. Оказывается, что при перегрузке, если не открывать проход, а только нагнетать на него мощности, он пробивает дырку в некое подпространство, гиперпространство, называй как хочешь — всё едино. И эта вот прослойка между мирами втягивает в себя энергию, как пылесос.
Пётр Алексеевич замолчал ненадолго, так как с лёгкой душой, но очень ответственно подмахнул пером несколько рапортов на отпуск.
— В общем, когда был первый пробой в пустоту, рядом ошивался саламандр. Именно тогда я заметил, что дух сперва накачался силой, как жаба на компрессоре, а потом стал стремительно сдуваться. Если бы портальщик не остановил эксперимент, сдулся бы с концами. Вот такая судьба и ждала этого… Крираана. Просто мы довели опыт до логического завершения, выкинув урода туда, как в чёрную дыру. Вот и всё, — довольно произнёс генерал.
— И что, всё, прям всё, командир? — покачал головой прапорщик. — Теперь точка?
— Какая точка? Это в книгах бывают точки. У нас точка поставлена только для божка. А в жизни всё всегда идёт без остановки. Вот ты, к примеру, вечером устроишь экскурсию ревизору. Цельный подполковник прибыл, ибо больше смелых с перспективой зарастать в ином мире не нашлось, — с сарказмом проговорил генерал.
— Я⁈ — удивился Сизов.
— А кто ж ещё? У меня и так планов громадьё. У меня вечером светский раут. Там и юная принцепс-маркиза со свитой, и настоятельница храма, и половина гильдии магов. Начпрод уже умчался с целым взводом наводить порядок вокруг домика после побоища. Самой маркизы не будет, что-то она мне в глаза избегает поглядывать. Она сослалась на недуг. Не иначе опять какие-то гадости за спиной рассказывала. Опять же надо устраивать посольство у эльфов. Потом в Галлипос ехать — там тоже причалы надо ставить. И железную дорогу надо продолжить. И уголь.