"Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 (СИ), стр. 512

Старшая на самом деле штука.

— Приму за похвалу, — протянула меж тем певучим голосом древняя сущность. Имя Золотой Тьмы ей подходило очень хорошо. Потому что вроде полезная, но в то же время страшная непонятностью и непредсказуемостью, как кот Шрёдингера с гранатой в лапах. Кот держит чеку. Сдохнет — граната рванёт. Пока жив — держит. И когда рванёт — неизвестно.

Ламинара подняла на уровень лица ладонь и мелодично прошептала:

— Чтоб сделать больше воинов, мне нужны людские души. Хлоя закончилась. А вам всё ровно пригодится моя помощь, ибо Крираан затеял напасть в лоб.

— Я не буду приносить человеческих жертв. Точка, — тут же зло отчеканил генерал.

— Мне не нужны души целиком, лишь крупицы. И никто не умрёт, хотя будет немного больно.

Генерал поморщился и провёл ладонью по волосам.

— А можешь снять чары с тотема псоглавых?

— Только если поставишь тотем мне, — пропела Ламинара, и было непонятно, смеётся она или говорит серьёзно. А потом добавила: — Но души всё равно нужны.

Глава 18

Важное решение

Пётр Алексеевич сидел и глядел на бумагу в руках. Обычная такая, с распечатанным на лазерном принтере текстом. Текст был в двух экземплярах — кириллицей на русском и местными рунами на общекоролевском.

Принтер ещё гудел, остывая, и в комнате пахло чуждым этому миру запахом гретого тонера и пластика. За стенкой тихо урчал недавно запущенный генератор, от которого питалась оргтехника и яркая настольная лампа. У стены сиротливо стоял полуразобранный макет, с которого выдрали домики и деревья, и только крохотный поезд валялся на боку, на крашеном в зелёное поролоне, словно недоеденная механическая сосиска.

— Знаешь, — проговорил он, подняв глаза на Николь-Астру, — я, кажется, понял, зачем в наших сказках дьявол скупает души. Они ресурс.

Астра в это время быстрыми, но аккуратными движениями чертила на столике свои многограммы. Отчего поверхность превратилась в некое подобие причудливой татуировки или иллюстрации.

Карандаш с чирканьем, шуршанием и лёгким стуком быстро и отрывисто метался по столешнице. И если приглядеться, грифель оставлял серые линии, которые потом наполнятся магией и оживут.

— Дьявол — это кто? — проговорила она, не отрывая взора от волшебных чертежей.

— Ну, у нас в легендах это злой дух, — произнёс генерал, пожав плечами, — он скупает души, наказывает грешников.

— А-а-а, то есть это демон ростовщиков, который потом наказывает за долги? — спросила женщина. И добавила: — Я бы с удовольствием отдала ему свою прежнюю казначейшу. Вот бы её пытал особый демон.

— У вас нету? — переспросил Пётр Алексеевич.

— Кого? — не поняла Астра. Она даже остановила процесс и уставилась на землянина.

— Дьявола.

— Нет. Это же ваш демон. Не наш.

Генерал же опустил глаза на документ. А тот был договором на поставку услуг со стороны Ламинары на защиту землян от всяких уродов. В обмен ей должны предоставить немного частичек душ и поставить столб. Документ был объёмным. Солидным. С кучей поправок и оговорок.

Но подписывать такой всё равно было боязно.

Пётр Алексеевич вздохнул, встал со скрипнувшей кровати, машинально по-армейски поправил на ней край, чтобы был почти квадратным, а потом подошёл к сейфу.

Из сейфа достал золотой крестик на обычном силиконовом шнуре.

— Я всегда считал себя атеистом, — произнёс он, разглядывая образ на кресте. — Как ни странно, даже сейчас, столкнувшись со всей потусторонщиной вживую, я атеистом и остался. Вот только мой атеизм принимает странные формы. Я не верю слепо, по-прежнему считаю совесть высшим мерилом души, но некий компьютерный вирус с названием «а вдруг там что-то есть» в душу всё же засел.

Генерал глядел на качающийся на шнуре крест. А на губах сам собой расплылась кривая улыбка.

— Как говорил один знакомый, — продолжил землянин, — образ на кресте подобен квантовой частице в суперпозиции — он вроде бы и жив, вроде бы и мёртв в одно и то же время. Так и вера моя.

— А! — отмахалась Астра. — Я тоже почитаю Небесную Пару, но думаю, что боги помогают не тем, кто бегает за ними с бесконечными молитвами, а тем, кто строит жизнь своим трудом. В этом и суть. Не умея ничего, ты бесполезен даже для высших сил.

— Наверное, — произнёс генерал, а потом облизал пересохшие от волнения губы и нацепил крест на шею — авось зачтётся. Затем вернулся к столу и занёс над местом подписи авторучку.

Пальцы легонько подрагивали от нервного напряжения. А время потянулось, словно машинное масло на морозе.

— Не. Успею. Пока сами попробуем, — произнёс Пётр Алексеевич и убрал бумагу во внутренний карман.

Вернувшись к сейфу, достал оттуда остатки коньяка — как раз на чекушку — и залпом выпил из горлышка.

Затем подошёл к столику, на коем Астра положила в середину многограммы горжет и одновременно с ним фоник с лазерной указкой и смартфон. И ещё пачку батареек до кучи.

Смотрелось это откровенно абсурдно.

— Это что такое? — тихо спросил он и уткнулся затылком в макушку Астре.

Волшебница поморщилась и повела головой.

— Больно, — прошипела она, заставляя землянина убрать подбородок, а затем махнула рукой. — Потом узнаешь.

И вдруг снаружи донёсся крик. Потом выстрелы.

Генерал замер на мгновение, прислушиваясь. А мозг в это время стал на автомате переходить из режима рассуждений в режим действий.

Выстрелы сперва чужие, далёкие, а затем им два раза ответила снайперская винтовка.

Почти сразу застрекотали короткими очередями автоматы.

Пётр Алексеевич схватил оружие и бронежилет. Напялил на себя. Пшикнул застёжками-липучками и торопливо двинулся на выход.

Подорвалась и Астра, замершая с волшебной палочкой в руках.

— Что случилось⁈ — закричал он, выглянув из дверного проёма, прикрываясь при этом дверью, как щитом. Глаза лихорадочно забегали в оценке ситуации.

— Павианы! — послышался крик в ответ.

Солдаты попрятались за бронетехнику и стреляли куда-то в лес. Там и здесь виднелись торчащие из земли стрелы, а на траве валялся, держась за грудь, боец, дежуривший на площадке по обмену запасов на красные жетончики.

Неужели подстрелили?

Шамана больше нет, дрон не перехватывается, потому привезли валюту для потусторонних доставщиков. И дежурный по обмену становился логичной целью псоглавых.

Меж тем бой был оживлённым и специфичным.

Когда один из солдат выдернул кольцо и метнул гранату, ничего не произошло. Собственно, потому и нужно было вывести из строя тотем: ведь он блокировал воспламенение пороха — и, похоже, местные чародеи, неважно, гильдейского ли разлива или псоглавые, нашли болевую точку землян.

При этом мушкеты противника работали прекрасно. Вот и сейчас среди деревьев грохотнуло и показалось большое белое облако дыма, медленно дрейфующее между стволов.

Когда за спиной возникла Астра, генерал нервно обернулся:

— Куда без кирасы? Иди надень.

— Мне не нужна кираса, — процедила волшебница.

— Всё равно не пущу, — огрызнулся генерал.

Астра сверкнула глазами и, гордо и демонстративно, без защиты вышла на открытое пространство в одном платье. А на ладони возник белый фаербол, потрескивающий, словно клубок из бенгальских огней.

Волшебница размахнулась и швырнула его в лес. Там что-то грохнуло. С натужным, похожим на стон треском повалилось небольшое деревце.

Снова залп из лесной чащи. Осторожный такой, словно стреляли совсем уж издалека. И с той точностью, что обладали мушкеты позднего Средневековья, о прицельной стрельбе было говорить бессмысленно.

Но по технике всё же попало.

Лязг свинцовых пуль по броне был слышен весьма отчётливо, к тому же один из выстрелов умудрился вынести стекло на грузовике, а тент на кузове пробило навылет.

А ещё, похоже, попали по топливному баку грузовика, потому что на траву, противно воняя и хлюпая, струёй полилась солярка.

Ответом послужили несколько очередей, данных землянами из автоматов.