"Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 (СИ), стр. 1268
Кор-Дум, несмотря на раненую спину, сражался у входа в кузницу. Его молот сокрушал шлемы и щиты проминая доспехи как бумагу, старый дворф рычал, как раненый медведь.
Айрин сражалась на стенах. Её меч, старый ингрийский клинок, пел в её руках. Она уже потеряла счёт убитым. Она просто двигалась от пролома к пролому, от врага к врагу, и каждый удар её меча нёс им только смерть.
Но врагов всё равно было слишком много.
И всё же — они держались. Держались, потому что знали: Лекс смог сделать невозможное дело. Он разбил сердце Нергал. Теперь их очередь. И они не подведут.
А на горизонте, за горным перевалом, уже показались какие-то знамёна. Никто не знал враги это или союзники, идущие на помощь. И с каждым мгновением они приближались всё ближе.
Битва продолжалась. И никто ещё не знал, чем же она закончится. Кто в ней одержит победу.
Глава 34. Личная жертва
Месяц Келемвар, 2002 г. Э.С.
Время: полдень — после полудня
Место: Стены базы, внутренний двор, лазарет
Битва кипела уже не один час. Воздух был густым от дыма, запаха крови и криков. Снег перед стенами базы превратился в бурую кашу из грязи, ошметков тел и обломков. Тела лежали повсюду — в проломах, у ворот, на стенах. Эльфы, люди, дворфы, наёмники, ящеры — все смешалось в одну чудовищную картину бойни. Смерть была повсюду, куда ни бросишь взгляд. Она собирала в этот день обильную кровавую жатву. От взрывов, звона стали и предсмертных криков закладывало уши, и даже самые опытные ветераны порой вздрагивали, когда очередной снаряд с воем врезался в группу врагов.
Айрин сражалась на восточной стене, когда заметила движение на горном склоне.
Сначала она не поняла, что видит. Её разум, затуманенный усталостью и бесконечной чередой атак, отказывался верить глазам. Какая-то небольшая группа пробивалась через тылы врага — не к базе, а от неё? Нет, показалось именно к базе, но с той стороны, откуда не ждали. Они шли через разрозненные отряды наёмников, которые ещё не вступили в бой, и те расступались перед ними, не решаясь атаковать. В воздухе вокруг этой группы висел золотистый свет — слабый, мерцающий, но всё ещё способный отклонять стрелы.
А потом она разглядела три огромные фигуры.
Орки. Они шли впереди, прокладывая дорогу, их топоры вздымались и опускались, круша всех, кто пытался их остановить. Каждый удар сопровождался хрустом костей и брызгами крови. За ними, прихрамывая, бежал Грым — его лицо было перепачкано сажей и кровью, а молот в руках покрыт свежей кровью. Рядом с ним — Серафима, бледная как полотно, но ещё держалась на ногах. Её плащ был разорван в нескольких местах, а под глазами залегли глубокие тени. И между ними, тело, которое тащили под руки один из орков, отгоняя своим топором тех, кто всё-таки прорвался к ним — Лекс. Его голова безвольно свисала на грудь, ноги заплетались, но они упорно тащили его вперёд, к стенам крепости.
У Айрин перехватило дыхание. Она узнала эту фигуру, эти тёмные волосы, эту куртку, которую сама зашивала столько раз, что уже сбилась со счёта.
— Это они! — крикнула она, её голос сорвался. — Это Лекс! Они вернулись!
Клык, стоявший рядом с арбалетом в руках, проследил за её взглядом. Его лицо, покрытое ранами и копотью, оставалось бесстрастным, но в глазах всё же мелькнула искра надежды.
— Они не дойдут, — мрачно заметил он, оценивая расстояние и количество врагов между отрядом Лекса и стенами. — Слишком много врагов между ними и воротами. Им нужна помощь.
— Я пойду. — Айрин уже спускалась со стены, хватаясь за обледенелые скобы. — Зураб! — крикнула она, заметив кузнеца, который держал центральный пролом, стоя по колено в грязи и крови. — Зураб, Лекс там! Ему нужна помощь! Они вернулись!
Зураб обернулся. Его лицо, залитое своей и чужой кровью, было темнее грозовой тучи. Они только что отбили очередную атаку Молчаливых Стражей, его топор, тупой и зазубренный, всё ещё парил от крови врагов. Вокруг него лежали тела — эльфы в чёрных доспехах, которые ещё минуту назад пытались прорваться через пролом. Он рубанул топором ещё одного врага, который попытался подняться, бросил быстрый взгляд в ту сторону, куда указывала Айрин. Увидел орков. Пришло узнавание и понимание, что отряд вернулся. Через секунду он разглядел Лекса, висящего на плечах своих товарищей.
Что-то дрогнуло в его суровом лице. Он узнал командира. Узнал друга.
— Радим! — рявкнул он, не оборачиваясь, зная, что тот услышит его. — Принимаешь командование! Держи ворота! Умри, но держи!
Радим, не менее окровавленный, но также всё ещё живой, готовый исполнить свою клятву до конца, стоявший в том же строю, поднял меч. Его глаза, в которых ещё недавно был стыд, теперь горели решимостью. Он знал, что этот момент — его искупление.
— Клянусь! — крикнул он. — Клянусь памятью предков! Они не пройдут, пока я жив!
Зураб развернулся, побежал за Айрин. За ними, не дожидаясь приказа, двинулись несколько сталкеров — лучшие бойцы Клыка, которые вызвались идти на выручку. Среди них был и Шило, всё ещё прихрамывающий, сжимающий в руках два метательных ножа, а за спиной висел его неизменный арбалет.
— Бабка моя говорила: «Не ходи туда, где смерть пляшет», но я ведь демон его раздери никогда не слушал мудрых людей, — пробормотал он себе под нос и, как мог, побежал вместе со всеми.
Они прорывались через хаос битвы, словно нож сквозь плоть. Айрин бежала первой, её меч пел в руках, иногда отбрасывая лучи солнца. Стиль «Волчьей стаи», который её отец оттачивал десятилетиями, а она впитывала с детства, был безжалостен и смертоносен. Она рубанула наёмника, преградившего путь, даже не замедлившись — клинок рассёк его горло, он рухнул, захлёбываясь кровью. Второго сбил с ног Зураб, который нёсся следом, как разъярённый медведь, ломающий всё на своём пути. Его топор описал широкую дугу, и наёмник отлетел к стене с разрубленной грудной клеткой. Третьего встретил Шило — метательный нож вошёл ему точно в глаз, он упал, даже не успев вскрикнуть.
Вокруг них кипел бой. Справа Кор-Дум и его дворфы отбивали атаку кавалерии Валтара. Слева ополченцы, истекая кровью, держали оборону против Молчаливых Стражей. В небе над базой кружили магические молнии и огненные шары, которые с воем врезались в стены, разбрасывая каменные осколки. Иногда, накопив энергию, включались глушители магии, и тогда шла просто честная рубка. Земля дрожала от взрывов. Крики раненых, звон стали, треск ломающихся щитов и рёв ящеров сливались в один непрерывный гул, который, казалось, проникал в самую душу.
Но Айрин уже не замечала этого. Она видела только одного Лекса. Видела, как Грук и его орки встали полукругом, прикрывая его от наседающих врагов. Как Грым, опустившись на колени, пытается привести друга и командира в чувство, трясёт его за плечи, что-то кричит. Как Серафима, шатаясь от усталости, держит над ними золотистый купол, который с каждой минутой становится всё бледнее.
— Быстрее! — крикнула Айрин, и её голос потонул в грохоте битвы. — Быстрее, ну же!
Грук и его орки уже почти достигли стен. Они встали полукругом, прикрывая Лекса, Грыма и Серафиму. Ург и Гхар рубили всех, кто приближался, их топоры мелькали в воздухе, оставляя за собой кровавые следы. Ург, раненный в грудь ещё в чертогах, хромал, получив рану уже на подходе к стенам, но стойко по-орочьи продолжал сражаться. Гхар, молчаливый и сосредоточенный, бил методично, как машина, его топор всегда находил свою цель. Сам же Грук, сжимая топор, стоял перед Лексом и рычал на нападающих, его единственный глаз горел таким яростным огнём, что даже самые отчаянные наёмники замедляли шаг.
— Ближе не подходить! — ревел он, и его голос перекрывал шум битвы. — Кто подойдёт — умрёт! Клянусь предками и великим посмертием я разорву вас на куски и скормлю ваши сердца шакалам!
Грым, опустивший Лекса на землю, снова пытался привести его в чувство. Он хлестал его по щекам, тряс за плечи, кричал в ухо. Серафима держала над ними золотистый купол, но её силы были уже на исходе — купол мерцал, грозил погаснуть в любой момент. Её лицо было белее снега, из носа текла тонкая струйка крови.