"Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 (СИ), стр. 1256

Ург и Гхар, два его воина, молча кивнули, ударив кулаками себя мощными кулаками по груди. Они уже заняли позиции — один у левой стены, другой у правой. Топоры наголо. Глаза горят.

— Я вернусь, — сказал Лекс.

— Не обещай того, чего не можешь исполнить, — усмехнулся Грук, обнажив клыки. — Просто сделай свое дело.

Центральный зал поражал размерами.

Он был так огромен, тот первый куда они попали не шёл ни в какое сравнение с этим. Дальние стены терялись в багровом полумраке. Своды уходили вверх, в темноту, где не было ни потолка, ничего — только бесконечность, пронизанная эфирными сполохами. Эти линии пульсировали, переливались, стекались со всех концов станции к центру зала — туда, где на постаменте из чёрного обсидиана висело ядро.

Лекс замер, не в силах отвести взгляд.

Оно было огромным — метра три в поперечнике, — ядро пульсировало, как живое сердце. Багровый кристалл, опутанный чёрными венами, которые вздрагивали при каждом ударе пульса. С каждым сокращением по венам пробегал свет — тёмный, густой, как кровь по венам, — расходился по эфирным линиям, заставляя стены чертога содрогаться. Это было не сердце бога. Это было сердце заразной болезни, которая называла себя богиней. Сердце тьмы, качавшей веру миллиардов разумных существ на протяжении тысячелетий.

От ядра распространялись волны — они не несли тепла или холода, а что-то иное, чему в человеческом языке сложно подобрать название. Страх или даже ужас. Чистый, дистиллированный, первобытный ужас, который не имел ни источника, ни причины. Он просто был — он душил, сжимал горло тисками, заставлял сердце биться в рваном, паническом ритме. Как у кролика, которого поймала хитрая лиса.

Грым побледнел, опустился на одно колено. Даже Писк, не имевший нервной системы, издал тревожный, прерывистый сигнал.

— Это... это оно? — прошептал Грым. — Её сердце? Мы дошли?

— Да, — голос Лекса прозвучал глухо, словно сквозь толщу воды. — Архитектор, подтверди.

«Подтверждаю. Обнаружен центральный накопитель веры. Идентификатор: Нергал, богиня тьмы и тайн. Уровень накопленной энергии — критический. Время до полного восстановления богини после предыдущих потерь — неизвестно. Рекомендую немедленную ликвидацию».

— Рекомендует он. Как будто у нас есть выбор, — пробормотал Лекс.

Он шагнул к постаменту, туда, где в панели управления тускло мерцал разъём для ключа. Достал кристалл с эфирным отпечатком Вэл'Шана, приложил к панели. Кристалл мигнул и погас. Ничего.

«Системы центрального зала имеют более высокий уровень защиты и допуска — бесстрастно сообщил Архитектор. — Ваш пропуск более недействителен, он аннулирован. Боги знают, что вы здесь. Верховный бог лично блокировал доступ».

— Значит, будем ломать по-плохому, — процедил Лекс, убирая ключ. — Грым, что там у нас есть?

— Два слитка звёздного железа. Три патрона к пистолету. Меч. И... — он запнулся, — «Копьё Порядка» на один выстрел.

— Маловато, чтобы уничтожить ядро такого размера.

— Значит, нужно что-то ещё.

— Или кто-то, — тихо сказала Серафима.

В этот момент из тени за ядром выступила огромная фигура.

Она была большой и очень внушительной.

Выше человеческого роста, двигалась с неестественной, пугающей плавностью — так не должен двигаться металл. Он как будто был живым. Корпус, когда-то бывший боевым големом-телохранителем, изменился до полной неузнаваемости. Багровые эфирные нити оплели его, как паразитические вены, пульсируя в том же ритме, что и ядро. Из трещин в броне сочился тёмный эфир — он стекал по металлу маслянистыми каплями, которые, падая на пол, оставляли выжженные пятна. То, что заменяло ему глаза — две багровые бездны, в которых не было ничего, кроме бесконечного, всепоглощающего голода.

Молчаливый Страж это был он.

Лекс узнал его мгновенно — это узнавание ударило его почти как физический удар под дых. Тот самый голем, что пришёл с Вэл'Шаном на поле их боя. Дуэли двух непримиримых врагов. Один дрался за власть, другой ради выживание тех кто в него верил. Тот самый, что стоял на поляне после дуэли — неподвижный, безучастный, ожидающий приказа. Тот самый, которого Лекс не уничтожил тогда. Просто не было сил после боя. Он оставил его там, среди трупов и пепла, решив, что без хозяина он уже не опасен.

Ошибка. Непростительная, чудовищная ошибка, которая сейчас смотрела на него глазами самой тьмы. И это могло поставить жирную точку в их миссии.

Серафима вскрикнула, отшатнулась. Грым выхватил молот, руки его дрожали. Даже Писк, храбрый маленький дроид, вцепился манипуляторами в плечо хозяина и замер в ожидании развязки.

Из динамика в груди Стража раздался голос. Нет не оди конкретный. Тысячи голосов, слитых в один — искажённый, многоголосый шёпот, в котором тонули и мужские, и женские, и детские интонации, вплетались вообще какие-то не понятные звуки. Но поверх всех них звучала она. Нергал. Богиня. Тьма.

— Ты убил моего слугу, ничтожество. Ты посмел сжёч мой храм. Ты осмелился поднять руку на богиню. Ты забыл об этом страже — оставил его, как ненужную вещь. А я вот нашла. Я подобрала то, о чем забыл, выбросил из головы. Я перепрограммировала его. Я вложила в него часть своей сути. И теперь его тень сожрёт тебя. Медленно. С наслаждением. Жаль, что законы не позволяют мне лично тебя убить. Но считай, по сути, он это я. Как тебе а?

Грым попятился.

— Это же... тот самый? Который стоял на той поляне? Мы же его там оставили! Ты говорил, что он безвреден!

— Я ошибся, — глухо ответил Лекс, выхватывая оружие. — Я должен был уничтожить его ещё тогда. Сразу после дуэли. Но я думал, что он просто машина, и без хозяина он не опасен. Я хотел вернутся к нему позже, но забыл про него. А Нергал — нет.

— Она сделала его своим аватаром, — прошептала Серафима. — Как Эриннию. Только хуже. Эринния была чистой тьмой. А этот... в нём есть душа. Я чувствую её. Древняя, измученная, запертая внутри. Тысячи лет она кричит в этой клетке. Видя и чувствуя всё, но ничего не может поделать.

— Кричит, еще как. Прямо-таки вопит — повторил Страж голосом богини, и в его тоне послышалась издевательская довольная усмешка. — Кричит так сладко, так вкусно — и будет кричать вечно. Как и ты, животное. Как и все вы. Я не убью вас быстро. Я буду ломать вас по частям. Каждую кость. Каждый нерв. Каждую мысль. А когда вы взмолитесь о смерти — я, конечно, не дам её вам.

Страж шагнул вперёд, под его ногой каменный пол треснул.

Вот только что говорили. Он атаковал без предупреждения.

Корпус голема — огромный, тяжёлый — двигался с немыслимой скоростью, как будто сама материя вокруг него теряла плотность. Первый удар — манипулятор с лезвием — рассёк воздух в том месте, где только что стоял Лекс. Тот едва успел упасть на спину, клинок просвистел над его лицом, оставив в воздухе багровый след. Второй удар обрушился уже на Грыма. Дворф принял его на молот — сталь зазвенела так, что у Серафимы заложило уши. Грыма отбросило к стене, он рухнул, с трудом поднимаясь на ноги. К сожалению, их масса была далеко несопоставима.

— Писк! — крикнул он, сплёвывая кровь. — Сканируй эфирные потоки!

Дроид, цепляясь манипуляторами за его плечо, издал серию быстрых, тревожных сигналов. Его единственный глаз замерцал.

— Страж связан с ядром Нергал! — пропищал он. — Потоки энергии идут напрямую от кристалла к его кристаллу управления! Он питается от самого сердца богини! Пока ядро цело, его мощь практически бесконечна!

— Значит, нужно разорвать связь! — крикнул Грым, уклоняясь от очередного удара. — Лекс, бей в кристалл на груди!

Лекс выхватил из-за пояса короткий клинок из звёздного железа — тот, что они выковали в кузнице Кор-Дума перед походом. Лезвие мерцало голубоватым, и когда он ударил по манипулятору Стража, тот на мгновение замедлился. Искры брызнули во все стороны. Но клинок был слишком короток и слишком лёгок, чтобы пробить толстую броню. Это был, по сути, нож, а не как не оружие против голема.