"Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 (СИ), стр. 1250

Лекс стоял у входа в тоннель, проверяя снаряжение в последний раз. На поясе — пистолет Гаусса с двумя магазинами усиленных патронов из звёздного железа. За спиной — рюкзак с глушилками и отмычками, свёрнутый плащ и запасные кристаллы для браслета. На плече — ремень «Копья Порядка», тяжёлый и непривычный. И на поясе, в старых ножнах, — меч Вэл'Шана, трофей из Ущелья Скорби, клинок с голубоватым отливом и эльфийскими рунами на лезвии. Он чувствовал его тяжесть — не физическую, а ту, что напоминала о пройденном пути и о тех, кто остался на этом пути лежать.

Айрин подошла, положила ладонь на рукоять меча. Ту самую, что когда-то сжимал в руках её враг.

— Ты всё ещё носишь его.

— Он напоминает мне, — сказал Лекс, — что даже у врага можно взять оружие. И что некоторые враги были всего лишь пешками. Вэл'Шан служил Нергал, а она убила его, когда он перестал быть полезен и стал опасен для нее. Не попыталась спасти а просто избавилась как от бесполезного но опасного хлама. Теперь его меч послужит мне против неё. В этом есть... справедливость.

— Или ирония, — тихо сказала Айрин.

— Или ирония. — Лекс усмехнулся. — Я инженер. В иронии я не силён.

— Ты — всё, что угодно, когда сам того захочешь.

Они обнялись. Крепко, так, что Лекс почувствовал, как бьётся её сердце — часто, гулко, в унисон с его собственным. Вокруг стояли их друзья и соратники, но в этот миг для них двоих не существовало никого. Её тепло, её дыхание, её пальцы, вцепившиеся в его куртку, — всё это было якорем, который удерживал его здесь, в мире живых.

— Возвращайся, — прошептала она.

— Как всегда.

— Нет. — Она отстранилась и посмотрела ему в глаза. В её взгляде была не мольба — приказ. Приказ королевы своему мужчине. — Не «как всегда». Возвращайся живым. Возвращайся собой. Не тем, кем тебя может сделать эфир. Не холодной машиной. Собой. Тем, кто спорит со мной до хрипоты. Тем, кто чинит сломанные механизмы и верит в людей больше, чем в богов. Тем, кого я люблю. Потому что я люблю тебя — не Наследника, не героя, не инженера. Тебя. Просто тебя. Александра, который когда-то оказался на Кристаллических полях и не побоялся поднять голову.

— Я вернусь, — тихо сказал он, глядя ей прямо в глаза. — Всё тем же любящим тебя мужчиной. И мы еще не раз с тобой поспорим. Обещаю.

Он поцеловал её. Крепко, не прячась от чужих глаз. Так, что кто-то из толпы присвистнул, а Шило тихо пробормотал: «Эх, бабка моя говорила: не целуйся перед дорогой, а то пути не будет... но тут уж ладно, тут другое дело».

Они разжали объятия.

У входа в тоннель уже ждали остальные. Грым с Писком на плече — дроид возбуждённо жужжал, предвкушая новое приключение. Серафима, бледная, но спокойная, с амулетом Бога-Механизма на груди, который едва заметно светился золотым — так, что это видел только Лекс, активировавший эфирное зрение на секунду, и тут же выключивший его, поморщившись от боли. Грук с двумя своими орками — огромные, молчаливые, с топорами на поясах и яростью в глазах. Двое добровольцев — молодые сталкеры, вызвавшиеся идти в самое пекло, чьих имён Лекс до сих пор не запомнил, но чьи лица уже стали родными. И позади — трёхметровая фигура «Цербера», застывшая как статуя, с тускло мерцающим кристаллом в груди.

— Все готовы? — спросил Лекс, обводя взглядом свой маленький отряд. Горстка смертных против богов.

— Готовы, — ответил Грым, в его голосе уже не было тех сомнений, что грызли его. Только собранная решимость.

— Тогда выступаем. Клык — база на тебе. Кор-Дум — кузница. Айрин... — он запнулся.

Она стояла перед ним — прямая, гордая, с мокрыми от слёз щеками. Принцесса Ингрии. Королева без короны.

— Я буду ждать, — сказала она. — Иди.

Из толпы выбежала Лада, расталкивая взрослых. Она подбежала к Лексу, обхватила его за ноги, прижалась всем телом.

— Дядя Лекс, ты вернёшься? — спросила она, и в её голосе была такая надежда, что у него перехватило горло.

— Вернусь, — сказал он, опускаясь на корточки и глядя ей в глаза. — Обещаю.

Лада прижалась сильнее, уткнувшись лицом ему в живот, и Барс тихо заскулил, ткнувшись огромной головой в бок Лекса — словно тоже просил его остаться.

— Смотри, — серьёзно сказала девочка. — А то Барс без тебя скучать будет. И я буду. И тётя Айрин.

— Я знаю. Поэтому и вернусь.

Лада кивнула, отошла к Агафье, которая вытирала глаза фартуком.

Лекс выпрямился и, не оборачиваясь, шагнул в темноту тоннеля. За ним — Грым, Серафима, Грук с орками, добровольцы, и последним — тяжёлые шаги «Цербера», от которых дрожал каменный пол.

Тьма сомкнулась за их спинами, поглотив свет кристаллов.

А где-то в это же время. В вышине, над горами, в небесных чертогах, Нергал открыла глаза.

Она почувствовала его. Слабый, но упрямый огонёк, движущийся к порталу. Так течёт энергия, когда портал готовится к активации. Так бьётся сердце человека, который осмелился бросить вызов богам.

— Иди, — прошептала она, и её голос разнёсся по пустым залам, заставляя звёзды за прозрачными стенами дрогнуть. — Иди ко мне, Наследник, человечишка. Я приготовила для тебя особую боль. Ту, от которой даже слабые боги когда-то кричали. Ты будешь умирать медленно. И каждую секунду своей агонии ты будешь видеть, как я ломаю всех тех, кого ты так любишь.

В темноте вокруг неё проступила улыбка — тонкая, как лезвие.

Эхо её голоса ещё долго металось по пустым залам, где спали мёртвые боги и тени тех, кто когда-то очень давно осмелился бросить ей вызов.

Глава 28. Последний рубеж

Месяц Келемвар, 2002 г. Э.С.

Время: глубокая ночь, метель

Место: Горы, вход в пещеру с порталом

Они шли уже третьи сутки, с перерывом на сон и еду.

Тоннели сменялись карнизами, карнизы — осыпями, осыпи — снова тоннелями. Клык провёл их по самому безопасному маршруту, но «безопасный» в этих горах означало лишь то, что вероятность погибнуть здесь была чуть ниже, чем на других тропах. Лекс шёл первым, держа перед собой кристалл-светильник, луч которого выхватывал из темноты неровные стены, покрытые инеем. За ним — Грым с Писком на плече, Серафима, закутанная в плащ, Грук с двумя орками, двое добровольцев-сталкеров, и позади всех — грохотал тяжёлой поступью «Цербер», от которой крошился лёд под ногами.

На второй день один из добровольцев — молодой парень кажется по имени Тим, бывший охотник из-под Механоса — сорвался с обледенелого уступа. Грук поймал его за шиворот в последний момент, когда тот уже летел в пропасть. Тим потом уже на привале час сидел, привалившись спиной к скале, молча смотря в пустоту. Никто не сказал ему ни слова — все понимали: каждый из них мог легко оказаться на его месте.

На третий день, когда солнце уже клонилось к закату, они наконец то вышли к леднику.

Синеватые глыбы нависали над ними, под ногами хрустел фирн, а воздух стал таким холодным, что дыхание превращалось в облака пара, которые тут же уносил ветер. Где-то впереди, в расщелине, скрытой от посторонних глаз, находилась пещера с порталом.

— Всй почти на месте, — сказал Лекс, сверяясь с картой. — Ещё полчаса хода и….

— И у нас гости, — внезапно прервал его Грук.

Все замерли. Орк указал на склон над ними — там, на фоне серого неба, быстро двигались тени. Не человеческие. Не звериные. Они текли по снегу, как капли ртути, оставляя за собой слабый багровый след. Измененные тьмой Эфирные волки. Лекс насчитал пятерых. А за ними, в расщелинах между льдинами, мелькало что-то ещё — более быстрое, более опасное и смертоносное. Теневые прыгуны.

— Портал привлёк их, — сказал Грым, его голос дрогнул. — Эфирные колебания. Они чувствуют их за много лиг.

— Сколько у нас времени? — спросил Лекс.

— Минуты. Может, меньше. Они быстрые, уже почти тут.

Лекс выхватил пистолет.

— Все в пещеру! Бегом! Грым, готовь защитное поле! Грук — прикрываешь!