"Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 (СИ), стр. 1228

— Он не поймёт, — сказал Радим.

— А вы пробовали? — Родион усмехнулся. — Я пробовал. Он меня простил. Не сразу, не до конца, но дал шанс. И я не хочу его предавать.

— Ты — бывший убийца, — бросил светловолосый. — Ты не знаешь, что такое верность.

— Знаю, — тихо сказал Родион. — Я предал тех, кто верил мне. И теперь каждый день просыпаюсь с этим. Не надо впутывать меня в свои тайны и тёмные делишки, я всё равно не приму участия. Но я скажу одно: если вы тронете Лекса — вы тронете единственного, кто дал нам надежду.

— Ты чего к нам пришёл? — спросил светловолосый, уже не так агрессивно, скорее растерянно. — Тебя вообще не звали.

— А я и не напрашивался, — Родион усмехнулся, но усмешка вышла кривой, даже горькой. — Просто пришёл посмотреть, как вы сами себе могилу роете, не надоело. Вы думаете, Лекс не знает? Он всё знает. Он просто ждёт, как вы будете действовать. А вы чего ждёте? Только он ждёт, чтобы победить, а вы — чтобы предать.

— Мы не предаём! — выкрикнул молодой с перебитым носом, сжав кулаки. — Мы за Ингрию! А он — чужак! Он никто нам.

— А кто тогда? — Родион обвёл их взглядом, тяжёлым, почти давящим. — Вы хотите вернуть Ингрию? Так верните сначала себе доверие. А без Лекса вы — ничто. Он — единственный, у кого есть план. У вас — только ваши глупые обиды. Обиды не строят королевства.

Никто не ответил. Родион развернулся и вышел, не дожидаясь, пока кто-нибудь найдёт, что сказать.

В кладовой снова повисла тишина.

— Он прав, — неожиданно сказал один из молодых — тот, что сидел молча до этого. — Мы не знаем Лекса. Мы знаем его только по слухам. А слухи распускает Мираэль.

— Ты предлагаешь ему довериться? — спросил Радим.

— Я предлагаю не торопиться, — ответил парень. — Посмотреть, чем кончится поход в чертоги. Если он вернётся победителем — это изменит всё. Если погибнет — тогда и решим.

— А если вернётся, но слабым? — спросил светловолосый.

— Тогда у нас будет время подумать.

Яромир почесал затылок.

— Логично, — сказал он. — Лекс не враг. Он — инструмент. Как меч. Мечом можно убить врага, но можно и пораниться.

— Ты предлагаешь ждать? — Радим поднялся.

— Я предлагаю не делать глупостей, — ответил Яромир. — Мы — ингрийцы. Мы не убиваем безоружных. Мы не нападаем со спины. Мы не предаём своих. Если Лекс всё-таки станет чужим — тогда посмотрим. А пока будем помогать по мере своих возможностей.

— Даже если он уведёт Айрин?

— Даже если. Она — свободная женщина. Она сама выбрала свой путь.

Радим долго молчал. Через какое-то время всё же сел на свой ящик, поставил кружку на пол.

— Что ж, хорошо, — сказал он. — Ждём. Но если он проиграет, если чертоги сожрут его — мы возьмём власть в свои руки.

— Тогда да, согласен, — кивнул Яромир.

— Всё, расходимся, — сказал Радим. — По одному. Не привлекайте внимания. Оно нам сейчас ни к чему.

Люди начали расходиться. Родион ждал в коридоре, прислонившись к стене. Когда Радим поравнялся с ним, он тихо сказал:

— Ты поступил правильно.

— Я ничего не решил, — ответил Радим.

— Решил. Ты выбрал не убивать. Это главное.

Радим ничего не ответил. Он пошёл дальше, в темноту. А Родион остался в одиночестве, глядя ему вслед.

— Выживи, Лекс, ты должен выжить, — прошептал он. — Только выживи.

Писк, сидевший в вентиляционной шахте, выключил запись и бесшумно скользнул в темноту, унося доказательства с собой. Никто не знал, что в маленькой памяти железного паука сохранились все имена, все слова, все угрозы. И что Грым, получив запись, долго смотрел на неё, а потом спрятал в самый надёжный тайник — не для мести, а для того, чтобы доказать вину. Мало ли что может пригодиться. Если не пригодится, то и Кователь с ними.

Глава 21. Горький урок

Месяц Валонар, 2002 г. Э.С.

Время: День — ночь

Место: База, горный перевал, укреплённый склад баронов.

Командный центр гудел как никогда. Никто не видел Лекса таким. Не просто решительным — а как будто одержимым. Он стоял у карты, водил пальцем по извилистой линии, ведущей к горному перевалу, в этом движении было что-то от хищника, который наконец учуял добычу. Последние недели удары сыпались один за другим: аватар повержен, храм Нергал взорван, звёздное железо лежит в кузнице, и еще много не столь значительных событий. Впервые за долгое время он почувствовал, что может не только обороняться, но и наступать.

— Склад баронов, — сказал он, не оборачиваясь. — Здесь они держат кристаллы и оружие. Разведка докладывает: охрана — два десятка новобранцев, пара магов для поддержки. Ничего серьёзного. Очень заманчивая цель.

Клык сидел в тени, прислонившись к стене, грыз свою неизменную травинку. Его цепкие глаза сталкера скользили по карте, останавливаясь на каждой отметке.

— Данные слишком лёгкие. Склад в горах, а охрана — зелёные сопляки? Не похоже на Валтара. Он никогда не оставляет ценности без надёжной защиты. Это или они нас недооценивают, или заманивают.

— Они сильно ослаблены после Ущелья Скорби, — возразил Лекс, в его голосе прозвучало нетерпение. — Это наш шанс. Плюс я возьму винтовку. Если встретим магов — снимем с дистанции.

— А если всё же это ловушка? — подал голос Грым. Писк на его плече издал короткий, встревоженный писк — дроид чувствовал неладное, но не мог объяснить.

— Тогда мы будем готовы, — отрезал Лекс и посмотрел на Грыма так, что тот не решился продолжать.

— Клык собирай отряд. Выдвигаемся немедленно. Отдал приказ Лекс.

У ворот их уже ждали. Грук стоял в стороне с двумя своими воинами — крупными, молчаливыми орками, чьи топоры поблёскивали в свете кристаллов. Все трое были при полном вооружении.

— Ты опять не говорил, что берёшь нас, — бросил Грук, не спрашивая, утверждая.

— Ты нужен здесь.

— Здесь остались много мои люди. Пятерых хватит для обороны, а их больше. А я хочу увидеть, как горят склады баронов, как трещат их черепа. — Грук оскалился, обнажив клыки. — Это моя плата, тебе.

Клык хотел возразить, но Лекс остановил его жестом.

— Хорошо. Идёте по моей команде. Без самодеятельности. Никакой орской удали — только тишина и точность.

— Договорились, — Грук хлопнул ладонью по топорищу.

Отряд выступал затемно, когда две луны уже скрылись за горами. Впереди шли четверо матерых сталкеров — скрытые капюшонами, они старались держаться всё время в тени, с арбалетами наготове. Один из них, тот, что повыше, постоянно поправлял капюшон — нервный жест, который Клык замечал уже много раз. Другой, коренастый, нёс арбалет так, будто это было продолжением его руки. Третий, помоложе, то и дело оглядывался — он не боялся, просто мониторил более тщательно окрестность. Четвёртый шёл молча, не издавая ни звука, только глаза поблёскивали из-под капюшона. Все они чувствовали опасность.

За ними шли — Клык и Шило. Грым с Писком на плече замыкал шествие. Двое добровольцев из новобранцев пристроились за ними. Один из них, совсем юный, с только что пробившимся пушком над губой, сжимал меч так, что костяшки побелели. Второй был постарше, спокойнее, но и его руки дрожали.

Грук и два его орка замыкали колонну. Орки шли бесшумно — это всегда выглядело странно: громадные туши, которые переставляли ноги так, будто ступали по пуху. Только дыхание, ровное и тяжёлое, выдавало их присутствие.

Лекс шёл вторым, держа гаус-винтовку на ремне. Цепочка на шее была холодной, но не обжигающей — она не предупреждала. Или он настолько уверился и уже перестал её слушать?

Ущелье встретило их тишиной — такой плотной, что даже ветер, казалось, боялся дышать. Такой тишины просто так не бывает. Стены сходились, образуя каменный мешок, идеальное место для засады. Лекс внезапно осознал, что совершил страшную ошибку. Но отступать было поздно.

— Вперёд по одному, — скомандовал он шёпотом. — Держать дистанцию.