"Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 (СИ), стр. 1068

— Конечно.

— По цене.

Это уже звучало правдоподобнее.

Трофеи не превращались в гору сами собой. Каждый ящик нужно было вынести через разбитую дверь, спустить по каменной дороге, привязать к вьючному седлу и записать. Зураб выделил на погрузку одно деление хронометра. Когда время вышло, Грымза попытался выторговать ещё пять минут и получил отказ.

Забрали только то, что было заранее отмечено как нужное: ящики с арбалетными болтами и крепёжными деталями, несколько комплектов доспеха, запас тетивы, инструмент, часть клинков и небольшой запечатанный ларь с кристаллами для походных магических приборов. Всё остальное оставалось врагу.

— Поджигать? — спросил Демид, прижимая чистую тряпку к предплечью.

Зураб оглядел деревянные стеллажи, масляные бочки и горы оружия.

— Да. Только после отхода погрузки.

Они сложили в двух точках паклю и масло, поставили медленные фитили и ушли раньше, чем показалось первое пламя. Зураб не стоял перед огнём, вспоминая всех мёртвых по именам. Любаву он и без огня помнил.

На середине сухого русла сзади ударил колокол. Потом второй. Через несколько мгновений небо над перевалом порозовело.

— Красиво, — сказал Демид.

— Полезно, — поправил Зураб. — Красивое будет, когда мы всё это привезём и никто не потеряется по дороге.

Демид усмехнулся, но через сотню шагов побледнел. Кровь снова пошла через повязку. Зураб остановил колонну ровно настолько, чтобы перетянуть бинт и переложить один ящик с его животного на своё.

— Я могу нести.

— Можешь. Поэтому и не будешь доказывать.

Дальше они шли без разговоров.

* * *

Айрин. Старая крепость

Старая человеческая крепость была хуже любой эльфийской башни тем, что слишком многое в ней казалось знакомым. Прямоугольные окна, низкая сторожевая галерея, выщербленный герб над воротами — всё говорило о людях, которые когда-то строили это место для себя, а потом потеряли.

Айрин лежала в мокрой траве у западной стены и смотрела на освещённое окно второго этажа.

— Ещё три обхода, — прошептал Клык.

— Два.

— Три.

— Второй патруль прошёл раньше.

Клык помолчал и признал:

— Два.

Барс лежал между ними, прижав уши. На его ошейнике не было никаких светящихся знаков; только новая кожаная накладка, которую сделал Кор-Дум, чтобы металл не натирал шерсть. Зверь смотрел на окно и ждал команды.

Савва находился выше по склону. Его Айрин не видела, но знала точку: старая сосна с раздвоенным стволом. Если крепость поднимет тревогу, Савва должен уйти первым и предупредить людей на маршруте отхода. Это правило Клык повторил трижды.

Когда патруль скрылся за башней, Клык привязал тонкую верёвку к лёгкому ремню Барса. Не канат, способный выдержать человека, а всего лишь проводник. Барс ушёл вдоль стены, нашёл трещины в старой кладке и начал подниматься, цепляясь за выступы. Камень не был для его когтей «маслом»; дважды зверь срывался на полшага и замирал, пока снова не находил опору.

Через несколько минут верёвка исчезла в окне.

Клык потянул. Барс закрепил конец за внутреннюю решётку — так, как его неделями учили с пустой рамой во дворе. По тонкому шнуру Клык поднял более толстую верёвку с узлами.

— Если он когда-нибудь потребует долю добычи, — прошептал Клык, — я соглашусь.

— Мясом.

— Я не настолько богат.

Клык полез первым. Айрин — второй.

В комнате пахло сухими травами, воском и тем особым холодом, который оставляли рабочие кристаллы. Двое дежурных магов действительно спали, но не в одной кровати и не без охраны: один лежал за перегородкой, второй — у письменного стола, положив руку рядом с сигнальным кристаллом.

Клык сразу указал на него.

Айрин подошла к столу и увидела документы. Не стопку случайных бумаг, а ночной пакет: журнал передачи сообщений, два приказа с печатями, маршрутный лист и схема постов. Именно такие формы Эрвин заставлял её разбирать ещё в Ингрии, когда объяснял, чем армия отличается от толпы вооружённых людей.

Она раскрыла подготовленный свёрток с фальшивыми листами. Подмена должна была быть ограниченной. Не «отправьте все войска не туда» — такую ложь заметят сразу. Один изменённый срок выдачи продовольствия. Одна переставленная точка сбора двух рот. Один приказ задержать смену курьеров до проверки печатей.

Маленькие ошибки, каждая из которых могла стоить врагу нескольких часов.

Клык тем временем снимал восковой оттиск с ключа шкафчика и переписывал номера на карте.

Айрин открыла журнал связи и почувствовала, как внутри всё сжалось. В нём были не только маршруты. Там отмечались названия поместий, откуда отправляли людей, количество наёмников, требования к поставкам и повторяющееся имя Валтара.

Она перевернула страницу.

Северная дорога. Оружейный склад. Старая крепость.

Три цели были частью одной системы снабжения. Они угадали правильно.

Барс вдруг поднял голову.

Айрин услышала не звук, а изменение дыхания за перегородкой.

Молодой маг открыл глаза.

Несколько мгновений он просто смотрел на неё, пытаясь собрать сон и реальность в одно целое. Потом его взгляд опустился к открытому журналу.

— Кто…

Айрин оказалась рядом раньше, чем он дотянулся до кристалла. Левой рукой она перехватила запястье, правой закрыла ему рот. Маг оказался сильнее, чем выглядел; он рванулся, ударил её плечом в перегородку и всё-таки вдохнул для крика.

Кинжал вошёл под рёбра почти сам — коротким движением, которому её когда-то учили не для дуэлей, а для тесных коридоров.

Эльф обмяк.

Айрин удерживала его ещё секунду, потом осторожно опустила на пол.

Тёплая кровь попала на пальцы.

Она смотрела на свою руку и не слышала, что говорит Клык.

Вторая кровать заскрипела.

Клык оказался там мгновенно. Он прижал старшему магу к лицу сложенную ткань, одновременно упёр колено в локоть. Барс встал у кровати и низко зарычал. Проснувшийся эльф замер, увидев зверя в полумраке.

— Без шума, — сказал Клык на общем языке. — И проживёшь до утра.

Маг медленно разжал пальцы.

Айрин заставила себя оторваться от мёртвого.

— Две минуты, — сказала она.

Голос прозвучал чужим, но ровным.

Они забрали журнал и карту, оставили подложенные листы и вынули из шкафа две сменные кристаллические пластины настройки. Сам узел связи Клык не разбивал. Вместо этого он переставил две пластины местами и подрезал один контакт так, чтобы неисправность выглядела как перегрев. Связь не исчезнет навсегда; дежурным придётся искать причину, сверять каналы и отправлять часть сообщений обычными курьерами.

Это и было нужно.

Перед уходом Клык связал живому магу руки и ноги, заткнул рот мягкой полосой ткани и положил его на бок, чтобы тот не задохнулся.

— Можешь убить, — тихо сказал маг, когда кляп ещё не был затянут.

Клык посмотрел на него.

— Могу.

И затянул узел.

Айрин полезла к окну первой. На середине стены ладони начали дрожать. Она прижалась лбом к холодному камню, выдохнула и продолжила спуск.

На земле Клык не спросил, всё ли с ней в порядке. Он только дал ей мокрую тряпку.

Айрин вытерла кровь с пальцев. С первого раза не получилось.

— Он бы поднял тревогу, — сказала она.

— Да.

— Это не делает его менее мёртвым.

— Нет.

Она посмотрела на Клыка. В его лице не было ни осуждения, ни попытки облегчить ей происходящее.

— Идём.

Барс уже тянулся к лесу. С верхнего склона пришёл один тихий свист Саввы: путь свободен.

Они исчезли между мокрыми соснами за несколько минут до того, как на башне ударил тревожный колокол.

* * *

Крепость. Под утро

Кор-Дум вернулся первым.

Не с криком и не с горой трофеев, а с двумя тяжёлыми повозками, тремя тягловыми ящерами, связанным магом и Торгримом на носилках. Айрин ещё не вернулась, поэтому стрелу из ноги подмастерья извлекала Влада под присмотром Агафьи. Наконечник прошёл через мягкие ткани, не задев кость, но Торгриму предстояло несколько недель хромать и менять повязки.