Любимая кухарка короля (СИ), стр. 23

— Кристина! — заорала я и бросилась к ней.

Надо было ее хватать и вытаскивать отсюда, вот только не понадобилось. Только я к ней подлетела и обняла, прижимая к груди ее голову, чтобы хоть как-то защитить от этого ненормального пламени, как все стихло. Я только в этот момент поняла, что в воздухе гудение какое-то было до сих пор. Моргнуть только и успела, как от нас с девочкой во все стороны красные искры разетелись. Очень похоже на ту сферу, что меня в море спасла.

Вжух! И кухня стала как кухня. Тихо, в окна льется мягкий солнечный свет. На плите шкварчат котлеты, чуть пахнет горелым. Но в целом, будто ничего и не было.

— Что случилось? — ворвался в кухню дядюшка, почему-то с метлой в руке.

— Понятия не имею, — я почувствовала слабость во всем теле, но сначала надо было убедиться, что с Кристиной все в порядке. Я отодвинула ее от себя, заглянув во все еще мокрое от слез личико. — Ты как?

— Я масло пролила, — тут же снова наморщила она нос и из глаз ее снова полились слезы как горошинки.

— Чего? — в голос сказали мы, уставившись на нее.

— Так ты не немая! — нашел повод порадоваться дядюшка.

— Ой! Точно! — дошло и до меня.

Она привычно скукожилась, опусти в голову и помотала головой. И все эту лопатку к себе прижимает.

— Котлеты пригорят, — тихо-тихо напомнила она.

Мы синхронно вытянули шеи, чтобы расслышать. Дядюшка хмыкнул, схватил сковороду и плюхнул ее на стол. Я чуть поморщилась, но говорить ничего не стала. Не до того.

— Кристиночка, детка, что случилось? Можешь нам рассказать?

Опять слезы. Дали ей водички, усадили и только тогда она, запинаясь, рассказала, что произошло. Я слушала сидя перед ней на корточках. А когда она закончила, плюхнулась на попу, не зная что сказать. Сдали немного нервишки, в теле слабость появилась.

— Ох, девонька, — поцокал языком дядюшка. — Ну ты даешь! Нашла из-за чего так расстраиваться.

— Так а что это такое тут было? — поводила я руками в воздухе, за неимением слов, обернувшись к дядюшке Матиасу.

— Прогадало ее семейство. Отдали нам магичку, что ж тут не понятного?

Дело все было именно в этом. Кристина магичка и — она расстроилась!

Я хихикнула, но больше недоверчиво, чем весело. Очень легко я себе все это представила. Стоит она такая на посту у плиты, как я велела, со своей лопаточкой, что ей непонятно чем так понравилась. Котлеты уже поджарились и она стала их переворачивать. От усердия наверное еще и язычок прикусила. Перевернула и тут как-то задела миску с маслом. Ну задела и задела, что такого? Только она так не думала. Масло уже растаяло, плеснуло за край, ну и естестно загорелось. Огонь практически открытый, как не загореться? Там и плеснуло наверняка с ложку, не более. Вот только девочка отнеслась к этому мелкому происшествию, как к личной катастрофе. Доверили ей важное дело, а она не справилась. И так ничего не умеет, а тут еще и ценный продукт сожгла. Ужас! А так как она у нас еще и обладательница магического дара, расстройство ее и вылилось… во что вылилось. И вот не смешно ни разу. Я даже думать теперь боялась, как же этот несчастный ребенок жил до сих пор.

— Это же хорошо?

Я про магию спрашивала, а дядюшка кажется решил, что про факт передачи.

— Тогда бы ни за что не продали.

— Я не хотела, чтобы знали, — тихо пикнула Кристина.

— Эге! Да ты у нас умная девочка, — улыбнулся дядюшка. — Тяжело небось было скрываться? Давно у тебя магия прорезалась?

Кристина сначала кивнула, потом покачала головой, запутывая нас и все же ответила:

— С прошлой весны.

— Ничего себе! И как тебе удалось?

Она неуверенно пожала плечами. Мне как раз понятно было. Никому не нужная, кто на нее внимание вообще обращал? Дали работу и не мельтеши перед глазами, может и покормим. Кто я, чтобы осуждать тех людей, наверное не от хорошей жизни они продают собственных детей, но все-таки…

— Матис! Чего там у вас? — закричали из зала.

— Ох! Посетители же! — я подскочила с пола.

— Пока болтать не будем, что тут случилось. Можно сказать, что талисман огня перегорел, такое бывает. Потом поговорим и решим, что с нашим сокровищем делать, — постановил дядюшка. — А с посетителями как быть-то? Кормить народ чем будем? Или закроемся?

Трудно представить, но в целом кухня осталась не тронутой магическим штормом, что устроила Кристина. Котлеты выглядели нормально, картошка уже переваривалась, надо было срочно ее доделывать. И с рассольником все отлично.

— Все в порядке. Можем брать заказы.

— Лады.

Дядюшка ушел успокаивать свидетелей. Я осторожно погладила Кристину по голове. Она ожидаемо вздрогнула, но все же робко подняла на меня мокрые глаза.

— Ничего страшного не произошло. Главное, что ты цела и не ранена. Давай дальше делами заниматься?

Я подумала, так ей проще будет переключиться. Будто ничего не произошло заняться простыми и обычными делами.

— Пять супа, шесть каши, — возвестил дядюшка, заглянув к нам.

Я все-таки тоже перенервничала, потому и немного растерялась.

— Так каши же нет?

— Да это я по привычке. Подавай что есть.

— Хорошо. Скоро будет.

Глава 15

Пока я толкла картошку, Кристина, шмыгая носом, но все же заправила салат и разлила суп по тарелкам, не забыв сметану плюхнуть и порезать хлеб. Умная она все-таки девочка. С полуслова все понимала. И руки у нее откуда надо растут. Будет хозяюшка, когда научится и опыта наберется, всем на зависть. Со вторым блюдом мы еще быстрее закончили и понесли тарелки в зал.

Видимо байка про талисман сработала, шум в зале не отличался от обычного. Мне было очень интересно, чему это дядюшка так обрадовался, когда узнал, что Кристина магичка. И что это за талисман, который у нас оказывается в печке имелся. Почему я его не видела?

Мой план с уборкой пришлось отложить. Заказы сыпались и я быстро поняла, что нам не хватит того, что готово. Оба блюда расходились слишком быстро. Что-то дядюшка сильно приуменьшил популярность этого заведения. Пришлось поспешить и заново начать готовить.

— Откуда столько народу? — спросила я все-таки у дядюшки.

— Вкусно вот и едят. Чего тут не понятного?

Вот так вот просто? Если бы в мире все так работало! Хорошо значит надо брать. Ха!

Когда с чисткой и резкой закончили, улучив минутку, я выглянула в зал. Вчера только мужчины, а сегодня и женщины за столами сидели. Мне почему-то думалось, что тут не принято порядочным женщинам по тавернам ходить. Но эти не выглядели… Ну не знаю — доступными? Обычные тетушки, каких на улицах и на базаре я уже навидалась. Непонятно мне все-таки это было. Ну не на мою же простецкую готовку они сюда набежали?

А мне еще надо было все же сделать уборку наверху.

— Ты одна тут справишься? Не расстроишься снова, если что-то разольешь или уронишь? — спросила я Кристину, внимательно вглядываясь ей в глаза и поспешно добавила: — Никто тебя ругать не будет! Не переживай и зови меня, если что-то не понятно.

Она снова в лопатку вцепилась и несколько раз кивнула, вполне себе уверенно. И чем она ей так приглянулась, никак не пойму?

Я поспешила наверх. Комнаты были обставлены проще некуда — кровать, стол, табуретка. У двери вешалка прибита к стене, чтобы было куда вещи свои развесить. Вместо умывальника тазик и кувшин, подсказал мне дядюшка, показав, где они хранились. Матрасы и подушки вытрясли без меня, сами постояльцы и на том спасибо. Спали они похоже, как их господин, поверх покрывал.

Запас чистого постельного белья был невелик, как его в таких количествах стирать, я не очень представляла. Охо-хо. Надо у дядюшки спросить, может что-то посоветует. Стирки тут на день, а кто готовить в это время будет? Не сваливать же все на Кристину?

Подмела, пыль протерла, кровати застелила, покрывала вытрясла, как следует, кувшины с водой и тазики с полотенцами по комнатам разнесла. Осталось только пол помыть, но тут прибежала Кристина. Перловку пришлось обжаривать вместо замачивания, варилась она дольше, теперь пора было заправлять овощи и котлетами заняться.