Любимая кухарка короля (СИ), стр. 24
Так и бегала туда-сюда, еле поспевая. Но все сделала. Комнаты теперь сияли чистотой и пахли свежестью, коридор тоже вымыт. Дядюшка с Кристиной вполне справлялись внизу, но бросать их одних, все же не стоило. Только убрала ведра и тряпки, вымыла руки, вспомнила, что передник чистый не взяла. Пу-пу-пу. С моими запросами, стирка уже становилась какой-то катастрофой. Надо замачивать передники на ночь хотя бы. Натереть мылом, утром застирать и выполоскать уже будет гораздо быстрее.
Я двух шагов не успела сделать, когда вышла из комнаты. По сторонам не смотрела, возилась с завязкой чистого фартука, и тут меня толкнули. Я больно ударилась локтем, а если бы не коса, то наверное и затылком бы до звезд в глазах приложилась бы. Дышать было катастрофически нечем. Я и пошевелиться не могла, едва касаясь пола носками, потому что меня прижали к стене схватив за горло!
— Где вы ее прячете⁈ Говори!
Я выросла с братьями. И хоть я и девочка, навыками самообороны не пренебрегала. Мы иногда дрались в детстве, играя конечно, но куда стукнуть, чтоб по болевой точке попасть, я хорошо знала. Во взрослой жизни мне эта наука всего один раз пригодилась. Пьяный коллега на корпоративе пристал, чего-то там себе вообразив.
Вот только как защищаться, когда в глазах темнеет, пошевелиться не можешь, а крошечные порции воздуха я втягивала в себя с ужасными усилиями? Мне кажется я больше опешила от такого обращения, чем испугалась. Ну, а дальше инстинкты включились.
Сквозь слезы я смогла рассмотреть и совсем тому не удивилась — схватил меня тот самый наглый тип. Более поразительно было то, что он держал меня, как тряпичную куклу на вытянутой руке. Вот это силища! И пофиг ему было, что я вцепилась в его руку, пытаясь освободиться. И лицо у него такое при этом было, что только увидев его я тут же поняла — а ведь убьет!
— Господин! — по коридору загрохотали шаги.
И где вас носило, меня тут придушат сейчас ни за что ни про что!
Только рано я радовалась. «Свита» прибижать-то прибежала, только спасать меня не кинулась. Сгрудились в кучу и смотрят на нас.
— Господин, успокойтесь, — только и услышала я.
Ждать больше было нечего. Я брыкнулась, вообще-то целясь по кости под коленом, но слишком уж неустойчивое положение у меня было и я всего лишь его пнула, да и то не сильно.
Такого он просто не ожидал. Его приспешники дружно ахнули. Но этот гад так обалдел, что руку разжал. Я сползла вниз по стене, встав на ноги. Дышу со всхлипами аж, горло дико болит. В голове одна мысль — СКОТИНА!
Свита опять ахнула. Ну где еще такое увидишь? Растрепанная девчонка, которая только что между небом и землей болталась, слезы по лицу текут, за горло одной рукой держится. А потом подхватывает она свои юбки и задрав их аж до коленей, резко бьет носком по ноге агрессора, прямо под коленку!
Вот теперь все получилось! Но тут, признать честно, я тоже обалдела. Удар этот хоть и не сильный, но кто не знает, как это больно прямо по кости получить, например запнувшись об табуретку? А этот бугай даже не охнул, только вздрогнул! У него кости из титана⁈ Я и то палец в туфле ушибла!
В себя он пришел быстро и снова двинулся на меня. Мамочки! Да спасите меня уже кто-нибудь, я с этим танком не справлюсь!
— Господин, успокойтесь! — кинулся все-таки вперед и загородил меня собой один из его людей. — Мы сейчас же все выясним…
Ага. Выясняйте. Без меня только. Я метнулась к лестнице и побежала вниз. Дверь на кухню была толстая и засов тоже. Заперла ее в один момент и побежала через кухню, по пути схватив Кристину за руку.
И мы чуть не столкнулись с дядюшкой в дверях.
— Это еще что⁈
Увидев в каком состоянии моя шея, у него такой взгляд сделался, что даже у меня мурашки по спине пробежались.
Некогда было объяснять и поздно. Выскочить на улицу мы уже не успевали. Понятия не имею куда мы побежали бы, но не ждать же пока нас тут поубивают! Наши постояльцы быстро сориентировались и уже сбежали с лестницы в зал, направляясь к нам. Их ненормальный предводитель топал позади, как грозовая туча надвигаясь и заслоняя собой все и всех.
Мы невольно отступили в кухню. Дядюшка прикрывал нас собой. Я судорожно оглядывалась, не зная что схватить. Увидела пестик в ступке и выхватила его. Тяжёленький, уже не плохо. Треснуть по башке сойдет.
— Милсдари, что же это вы творите⁈
— Наш господин немного погорячился. Приносим свои извинения…
Заговорил похититель бутербродов, явно стараясь сгладить конфликт, только его господин не был на это настроен. Он прошел вперед и его люди раздвинулись, уступая ему дорогу, как так и надо. У меня снова мурашки по спине побежали. Он просто проецировал вокруг себя какую-то ауру… Подчинения что ли? Если привлечёшь к себе его взгляд — все! Бежать некуда.
— Господин, не дело вы задумали!
Я едва не прослезилась! Ну каков мужчина! Ясно же, что против этих ухарей ему не выстоять, но голос твердый и уверенный. И даже не думал в сторону уходить или лебезить. Сколько я слабых мужиков насмотрелась, не сосчитать. Для меня как раз нормально было, что мужик поступает как мужик. Таким мой папа был и братья тоже. Потом уже я узнала, что они как раз едва ли не исключение.
И наверное этим дядюшка привлек внимание типа и он прекратил сверить меня взглядом. Да что он ко мне вообще привязался⁈
— Здесь недавно применяли магию. Кто.
Слова как булыжники.
— Вы ошиблись, господин. Талисман в печи перегорел от старости. Я не досмотрел.
Все как по команде уставились на печь. Суп пора снимать, тут же поняла я. Вот ведь… И картошка булькала слишком сильно. И что там за талисман все-таки?
— Талисман говоришь?
И вроде ни сарказма в голосе, ни угрозы, но чего ж так страшно-то стало? А дядюшку и за себя разумеется, не говоря о Кристине. Но я же точно знала, что это вранье. И почему дядюшка так уверенно врал не понимала и боясь проговориться.
Тип в это время, пока я металась в мыслях, как безголовая муха, повел рукой. В голове моей тут же опустело. От его руки к печи… Ну не знаю, вроде марева красного потекло. И только оно коснулось камней — они стали прозрачными! Сердце тревожно забилось. Мы прекрасно видели сейчас внутреннюю камеру печи и горящее в ней дрова. На что еще тут надо смотреть, подскажите кто-нибудь! Кроме язычков огня на черно-красных полешках я ничего не видела!
Печка вернула свой нормальный вид.
— Там, и правда, нет талисмана, — мягко сказал один из людей типа.
— Обычное дело. Не понимаю почему вас это так взволновало.
— Знай свое место, старик.
Я аж задохнулась! Ну что за хам!
— Не нравится, никто вас тут не держит! Вы не мыши, а мы не кактус, никто есть и колоться не заставляет!
В кухне повисла угрожающая тишина. Впервые в жизни я не сдержалась, вот честное слово! Меня аж потряхивало! И у меня было ощущение, что медленно переместившийся на меня взгляд, был похож на лазерный прицел. Только не на безобидной винтовке, а на пушке. Здоровенной такой! Бабахнет и мокрого места не останется.
— Наглые слуги, слабость хозяина.
Нет, ну он точно решил меня до сердечного приступа довести! Хлестнул как плетью словами и пошел на выход, как так и надо, пока я губами шлепала хватая воздух, в поиске ответа. Дядюшка ко мне обернулся и покачал головой. Я рот и закрыла. Была бы я одна, скандал был бы знатный. Возможно с членовредительством. У кого-то он явно слишком большой…
Свита тоже на выход потянулась, остался только самый молодой парень.
— Милсдарь, — он даже слегка склонил голову, обращаясь к дядюшке, — не держите зла. Господин может показаться резким, но он всегда справедлив.
— Я уже испытала на себе его «справедливость», — дрожащим, от еле сдерживаемого гнева голосом, ответила я и прижала руку к горлу.
Парень перевел взгляд на меня, а потом ему все же хватило совести опустить его. Стыдно стало? Только мое горло от этого меньше не болело!
И тут он взял и сорвал с пояса мешочек. Наверное все-таки кошелек и положил на стол.