Другая жизнь Ромы Гончарова 5 (СИ), стр. 47

Я достал из кармана квитанцию и развернул ее перед охранником Валерой.

— Смотрите. Вот подтверждение брони, аванс внесен. Форма одежды оговорена с вашим руководством. Так что к моему другу у вас вопросов быть не может. А если они все же есть, пригласите, пожалуйста, Лидию Суханову, пусть она сама посмотрит.

— Лидия в зале, у нее сейчас гости, — ответил Валера, покосившись на квитанцию.

— Бронь оформляла она, так что решать ей. Мы подождем здесь. Только учтите, что мы стоим в проходе, вряд ли это нравится вашим гостям.

— Блин, да я же всем про одежду передала, как Рома сказал, — вмешалась Вера. — Что без спортивного и без грязной обуви. Можете всех проверить, у всех так.

— Пацан, ты чего тут права качаешь? — сказал Арсений за моей спиной. — Тебе взрослые уже объяснили все. Катитесь отсюда.

Я обернулся к нему. Он все так же стоял в расстегнутом пальто и улыбался.

— Взрослые или нет, а кому что советовать, здесь решает администрация, а не вы, — сказал я. — Да вы шли бы уже внутрь, вас, наверное, ждут.

— Ты вообще знаешь, с кем разговариваешь? — выпятив нижнюю губу, спросил он и приосанился.

— Понятия не имею, — ответил я. — Вы не представились.

— Арсюша, да пошли, пусть охрана сами со студентиками разбирается, — потянул его за рукав Борис.

Но Арсений не ушел. Он отступил к гардеробу и остался смотреть. Ему, похоже, было важно увидеть, чем это кончится.

Тем временем охранник Валера, подумав, решил по-своему:

— Ладно, сделаем так. Вот вы, в пальто, и девушки — проходите. А с этим и с остальными я разберусь отдельно.

«В пальто» были Костя с Колей и Дима. Дима Юсупов даже не двинулся с места.

— Мы одной компанией пришли, — сказал он. — Одной и войдем. Или все тут подождем.

— Обязательно подождем, — весело добавил Костя Вяземский. — Хочется уже до конца понять, есть ли у этого клуба дно.

— Угу, — согласился Коля. — Слышал, что «Ярус» — дерьмовый клуб, но сам никогда тут не был. — Глянув на меня, он добавил: — Извини, Ром, я не в этом плане. Я к тому, что недостоин этот кабак быть местом, где Демидовы, Юсуповы, Вяземские и другие лучшие молодые люди Москвы поздравляют великого Рому Гончарова, ха-ха!

Валера посмотрел на нас еще раз, уже без прежней уверенности, и кивнул младшему:

— Сходи за Лидией.

Ждали мы недолго. Из прохода быстрым шагом вышла женщина лет тридцати в темном платье. Окинув взглядом тамбур и всех нас разом, она спросила:

— Здравствуйте, молодые люди, я Лидия. Кто у вас Гончаров?

— Я. Мы с вами по телефону говорили, в субботу.

— Помню. Что случилось?

Я протянул ей квитанцию и в двух словах объяснил: охранник не пропускает одного из моих гостей из-за свитера, а заодно сомневается, будем ли мы вообще заказывать. Она взяла квитанцию, отошла к стойке, раскрыла там толстую тетрадь и провела пальцем по строчке.

— Три стола на площадке, двадцать шесть человек, аванс внесен. — Она подняла голову и посмотрела на Славу. — Свитер, брюки, ботинки. Валерий, в чем вопрос?

— Полный курс студентов, Лидия, — сказал Валера. — Просидят на одном чае.

— Ужин на двадцать шесть человек оплачен авансом, остальное к расчету. Это заказ, а не компания с улицы. — Она сказала это без раздражения, как объясняют очевидное. — Пропускайте всех. К площадке я провожу сама.

Валера убрал руку и отступил к стойке.

— Лидия, — сказал от гардероба Арсений, — Сиверцевы у вас третий год столы держат. А тут…

— Арсений, ваш стол накрыт, как всегда, — даже не повысила голоса Лидия. — Условия у нас одни для всех. Кто заказал, того и обслуживаем.

Так что Арсений Сиверцев был здесь не хозяином, а всего лишь гостем, пусть и постоянным. Он сдернул пальто, сунул его в окошко гардероба, не дожидаясь номерка, и ушел в проход, не взглянув ни на меня, ни на Лидию. Борис подхватил его номерок и побежал следом, на ходу бормоча что-то вроде «ну ты чего, Арсюша». Уши у Арсения были красные. Это все, что я смог разглядеть, но мне и этого хватило.

— Извините за задержку, — сказала мне Лидия. — Официант подойдет к вам сразу, как сядете.

— Спасибо, — ответил я. — Мы уже рады.

— Проходите, молодой человек, — сказал Валера Славе куда более дружелюбно. — И простите за доставленные неудобства, служба-с.

— А свитер мне в гардероб сдать? — спросил Слава. — Или в нем можно?

— В нем и сидите, — ответила за охранника Лидия и улыбнулась. — Он вам к лицу.

Глава 17

Мой круг

Получив разрешение, мы всей толпой прошли в гардероб. Куртки и пальто уходили в окошко, номерки — по карманам, обычная суета в заведении, но настроение, конечно, было уже не то. Жанна на ходу успела посмотреться в зеркало и поправить прядь надо лбом, видимо, уже все нервничали и чувствовали себя не в своей тарелке.

Вера подошла ко мне и шепнула:

— Когда ты послал этого Арсения… идти за свой столик, я думала, он на тебя кинется.

— Да он какой-то неадекват, — ответил я. — Решил потоптаться на бедных студентах, почесать чувство собственного величия, а не вышло. Вот и вскипел дурачок.

— А Коля Демидов-то хорош! — усмехнулся кавээнщик Виталик, подходя с номерком. — Покозырял фамилиями Великих Домов, и охранник сразу обделался.

— Да ничего хорошего, — сказал я. — Наоборот, фигово, что даже какой-то охранник и тот делит людей на тех, кто родился с правильной фамилией, и остальных.

— Угу, — помрачнел Виталик. — Надо будет эту тему как-то обыграть в КВН.

— Обязательно обыграем, — пообещал я. — Надо будет, притянем Кана, и будет у нас в команде собственный князь!

Кантемир, ухмыльнувшись, хлопнул Славу по спине так, что тот качнулся:

— Ну что, Слав, поздравляю! Твой свитер приняли в приличное общество.

Слава впервые за это время улыбнулся, до того он ходил как в воду опущенный, и мне хотелось придушить этих аристократических скотов, которые втоптали в дерьмо отличного парня. Нина нашла мою руку и сжала ее.

— Я тоже хотела за Славу заступиться, — тихо сказала она.

Администратор клуба Лидия все это время ждала нас у прохода.

Мы пошли за ней, и музыка с каждым шагом становилась громче, пока не открылся зал. Он был большой, с высоким потолком, потому что раньше здесь, похоже, располагался театр: по бокам остались балконы, а в глубине светилась небольшая сцена, перед которой уже танцевали. Над танцполом крутились прожекторы, и цветные лучи скользили по отдыхающей молодежи, а вдоль стен и на площадке сбоку, куда нас вела Лидия, стояли столы, накрытые белыми скатертями. На трех соседних, самых дальних, лежали карточки «Заказ».

— Девочки, вы только посмотрите! — воскликнула Жанна, остановившись на ступеньке площадки. — Вот сюда я и мечтала попасть!

— Мечты сбываются, — сказал я, подумав, что мог бы подрабатывать продажей рекламных слоганов. У меня их в голове столько осело за прошлую жизнь — на два мира хватит.

— Спасибо тебе, Ром, — сказала Жанна. — Ты как тот волшебник в голубом вертолете.

Слава задержался у перил, оглядел зал и широко улыбнулся.

— Ром, здорово ты все придумал. Спасибо, что всех нас собрал, — воскликнул он, пытаясь перекричать музыку и не отводя глаз от сцены.

— Вот и устраивайся поудобнее, — ответил я с облегчением.

Шагнув в сторону, я пропустил своих к столам. Но, завороженные большим залом, ребята не торопились собираться вместе. Тамиля с Надей потянули Полину к краю площадки посмотреть на танцпол, глаза у девчонок горели восторгом. Коля Демидов, более привычный к таким заведениям, продолжал начатый на улице разговор с Виталиком, а Левон выбрал место с краю и положил перед собой папку — его, кажется, больше волновала «Мафия», чем танцульки, и в какой-то мере я мог его понять. После выходки Арсения было особенно приятно видеть, как ребята осваиваются в клубе. Думаю, бокал-другой коктейля — и девчонки вообще тут станут как завсегдатаи.

Рассаживались шумно. Три стола стояли вплотную, углом, и место можно было выбрать почти любое, но каждому хотелось сесть рядом со своими, а я решил сделать строго наоборот: в своей компании можно в любое время потусоваться, раз уж пришли большим коллективом, надо знакомиться и вливаться. Так что Колю я усадил рядом с Виталиком, раз уж они так увлеченно болтали про Бауманку, Дениса с Ильей втиснул между Славой и Павлом, а Костю Вяземского устроил напротив Глеба Оболенского: оба были те еще ботаны с инстинктом конкуренции («Я тебя сделаю!») и умели слушать, а общие темы у них явно найдутся.