Рождество с подвохом, стр. 1

Вероника Хэли

Рождество с подвохом

Veronica Heley

MURDER BY POISON PEN

* * *

Глава 1

От дел, творящихся в ночи,

Господь, избави нас…

Погасите свет – и название игры изменится на «Опасность».

Выключатель щелкнул неестественно громко. Их окружила темнота. Элли слышала собственное дыхание.

Шуршание тяжелого пальто по брюкам. Она должна двигаться, иначе окажется в ловушке. Элли сделала осторожный шаг назад и врезалась спиной в стену.

Она заморгала, пытаясь приучить глаза к темноте. Сквозь жалюзи на окне просачивался тусклый свет. Что-то… кто-то… стоял между Элли и окном.

Женщина опустилась на колени, стараясь не шуметь. Она приказала себе не паниковать. Но где же дверь, ведущая во внешний мир?

Заскрежетал ключ. Она была заперта.

Кто-то двигался вокруг стола. Нащупывал дорогу. Рука поднялась.

Свет упал на острие оружия. Элли закричала бы, если б кто-нибудь мог услышать.

Тяжелая рука опустилась…

* * *

– Но, Элли, разве вы не знали, что его уволили?!

Элли чуть не пролила кофе на свою лучшую синюю юбку.

– Что?! Не может быть!

Она гостила у дочери и зятя на Рождество и накануне поздно вечером вернулась домой после холодного и долгого путешествия. Проспав, опоздала в церковь. Элли совсем недавно вступила в хор, поэтому одевалась в спешке и под неодобрительными взглядами упала на церковную скамью, когда зазвучал первый гимн.

После службы, за чашкой кофе в церковном зале, Элли с невинным видом заметила:

– Я была удивлена, увидев, что службу ведет помощник священника. Гилберт уехал в отпуск?

И тут она узнала, что Гилберта уволили!

Подошел Арчи Бенджамин, церковный староста, смуглый, к полудню уже заросший щетиной, сияющий от радости по поводу ее возвращения.

– Приятно снова видеть вас, Элли. Вы спрашивали о Гилберте? Его не уволили. Только перевели.

Арчи питал теплые чувства к Элли и, как обычно, старался держаться к ней вплотную. Она стерпела это только потому, что его информация, скорее всего, была точной.

Женщина, сообщившая новость Элли, – еще одно сопрано, – громко фыркнула.

– Перевели, уволили. Разницы нет.

Элли потерла лоб.

– Об этом ничего не говорили до того, как я уехала на Рождество, и стоило мне отлучиться на минутку…

– Дорогая леди, вас не было почти три недели. Поверьте, я считал дни!

Оказавшись в неловком положении, Элли почувствовала, что должна объясниться.

– Внук подхватил грипп, а потом заболела моя дочь Диана, поэтому я у них задержалась. Я знаю, Гилберт здесь уже несколько лет, и наверняка его пора сменить, но зачем переводить так быстро?

Выпуклые глаза сопрано заблестели. Элли решила, что эта женщина ей совсем не нравится.

– Скандал, дорогая! Все это вылилось в письмо епископу…

Арчи притворился испуганным, но на самом деле тоже наслаждался происходящим.

– И другим. Я тоже получил письмо. В нем говорилось: «Спросите эту профурсетку Нору о разврате в доме священника».

Они оба захихикали. Элли почувствовала отвращение.

Она хорошо знала Гилберта. Даже если не учитывать факт, что он нежно любил свою жену, он никоим образом не мог быть вовлечен в такую пошлость, как связь с Норой, их безвольной миниатюрной органисткой.

– Я собиралась порвать и выбросить свое письмо, – заявила сопрано, – но никогда раньше не получала таких напитанных ядом анонимок, поэтому показала его матери, и она сказала…

Элли почувствовала, что ей не помешало бы присесть. И как можно быстрее. Она огляделась в поисках стула, но все места в зале оказались заняты. Мужская рука взяла ее под локоть и повела в фойе, достаточно просторное и пустое. С не меньшей ловкостью рука избавила Элли от пустой кофейной чашки.

– Рой Бартрик, – представился обладатель руки. – Вдовец, недавно прибыл в этот приход.

Элли моргнула. Она забеспокоилась, не заболела ли тоже гриппом, потому что на мгновение ей показалось, что у нее двоится в глазах. Она моргнула еще раз, и двоящееся изображение исчезло. Что за чушь, подумала она. Этот человек совсем не похож на ее дорогого мужа Фрэнка, который умер ровно три месяца назад, если считать с завтрашнего дня…

– Элли Квик, – представилась она с приветливой улыбкой. – Вдова из этого прихода.

«И ничего собой не представляю», – добавила бы она, если б ее спросили. Она не была ни высокой, ни особенно стройной, и в пятьдесят с лишним ни одно модельное агентство не обратило бы на нее внимания, пусть даже ее короткие вьющиеся волосы приобрели весьма привлекательный серебристый оттенок, а кожа оставалась хорошей.

Этот мужчина оказался выше Фрэнка. Более стройный, практически худощавый, симпатичный, с седыми волосами и черными бровями над темно-синими глазами. Глаза Фрэнка тоже были голубыми, но…

Элли попыталась снова улыбнуться незнакомцу, потому что было невежливо погружаться в воспоминания в его присутствии. Да, этот человек совсем не похож на Фрэнка.

– Я должна извиниться, – сказала она. – Преподобный Гилберт Адамс и его жена – мои давние друзья, и меня шокировала новость, что его перевели.

– Скандальные события, как я понимаю, – ответил Рой. – Что-то про «разврат в доме священника»? Кто бы мог подумать, что в этом тихом пригороде такое может случиться?

Он приглашал ее посмеяться вместе с ним, но Элли не могла заставить себя сделать это.

Помощник священника, известный в приходе как «Тихоня Тимоти», обходил прихожан, по-прежнему в сутане. Пожимал руки, улыбался, кивал. Нет, не улыбался. Светился от счастья. Очень счастливый тюфяк, который стал главным в отсутствие Гилберта.

– У вас слегка усталый вид, – заметил незнакомец. – Подвезти вас домой? Мой «Ягуар» стоит на улице.

– Очень любезно с вашей стороны, но я живу напротив церкви.

– Тогда давайте я провожу вас домой.

Арчи прокладывал себе путь сквозь толпу. Через мгновение он тоже предложит проводить ее домой.

Скорее раздраженная, чем польщенная мужским вниманием, Элли обрадовалась, увидев, что к ней направляется и миссис Доуз, величественная глава группы по оформлению церковных букетов, и еще одна участница хора.

– Элли, вы идете? Приятно снова вас видеть, мистер Балтик…

– Бартрик.

– Точно, Бартрик. Элли, вы идете? Полагаю, вы слышали новости. Я никогда в жизни не была так потрясена. Застегните пальто, дорогая, эти январские ветры порой по-настоящему пронизывают, а вокруг ходит грипп. Я слышала, ваша дочь тоже переболела? Я пролежала все Рождество, не смогла даже встать, чтобы убрать елку в церкви, а потом, когда все же ее убрала, этот глупый маленький… в смысле, помощник священника… пришел и сказал мне, что в будущем сам будет проводить службы и не хочет, чтобы рядом с алтарем стояли наши большие вазы, которые мы наполняли цветами, как вы знаете, дорогая, с тех пор, как я себя помню… Осторожно, на дорожке гололед… Поэтому я сказала ему… я имею в виду Тимоти… что надеюсь, что епископ довольно быстро назначит кого-то нового, а он ответил, что нет, он собирается сам подать заявку на вакансию, которую, как я ему напомнила, он не получит, учитывая, что это его первое место службы…

Они прошли по дорожке под высокими деревьями, окружавшими красивую викторианскую церковь, и через калитку вышли на аллею, которая тянулась вдоль церковной территории. Здесь они оказались напротив еще одной калитки, ведущей в сад Элли и дальше, к ее дому. Человек, выгуливающий собаку, пытался оттащить терьера, который заметил маленького соседского мальчика на дереве.