Любимый плут, стр. 65

Кроуч приподнял брови.

— Как пожелаете, но я заберу с собой жену, разумеется. — Он протянул к ней руку, и Грета съежилась и задрожала как осиновый лист. — Вас ожидают большие проблемы, — предупредил он Макса. — Снаружи ждут люди из Маубри, чтобы обеспечить ей безопасность, вернув ее в заведение. И я надеюсь, что у доктора Хоса есть что рассказать в суде о вашем нападении.

— Вызови его. И тогда я обращусь за помощью к герцогу Карлайлу, — ответил Макс, — моему кузену.

Похоже, до Кроуча наконец дошло, что позиция у него слишком уязвимая, и он прорычал:

— Она моя жена! А если ненормальная, то ее нужно изолировать ради ее же безопасности и безопасности окружающих, а если она вылечилась, то я тем более требую ее возвращения для исполнения супружеского долга. — Кроуч ядовито улыбнулся Грете. — Пойдем со мной домой, дорогая.

— Не-е-е-е-т! — забилась та в истерике.

Макс широко раскинул руки в стороны и с усмешкой предложил:

— Попробуй забрать ее у меня, и я за себя не ручаюсь.

— Убирайся! — завопила Грета, неожиданно выскакивая из-за его спины. — Убирайся!

Кроуч остановился, а Макс онемел от удивления, поскольку не слышал от Греты ни единого английского слова уже несколько лет.

— Боже милостивый! — вне себя от гнева, воскликнула Френсис Бентли. — Кто-нибудь выкинет это отвратительное создание из частной собственности или я сама пристрелю его?

Она появилась из боковой двери в сопровождении Бианки.

Кроуч уставился на нее, явно пытаясь разгадать ее роль в этой сцене, а Френсис сухо добавила:

— Я уже приказала лакеям выгнать тех, кто явился сюда вместе с ним: настоящие животные, оба. Они схватили бедного Хиксона и вытащили наружу, что совершенно позорно, но больше не вернутся, если только не захотят получить пулю.

— Прекрасная работа, тетя Френсис! — заметила Бианка. — Вы не пострадали, Грета?

Та медленно покачала головой, и, подбадривая ее, Бианка улыбнулась:

— Пойдемте наверх? Вам больше не нужно видеться с этим человеком.

Напускная цивилизованность тут же слетела с Кроуча. Он сделал шаг к Грете, но замер на месте, когда пожилая дама подняла пистолет, и сказал, словно выплюнул:

— Вот что вы обе отказываетесь понять: Маргарета — моя собственность, поскольку жена по воле Божьей принадлежит мужу. Этот человек попытался обманом лишить меня прав, данных законом!

— Чепуха! — презрительно заявила тетя Френсис. — Брачные законы — это такой хлам! Никогда они мне не нравились раньше, и не понимаю, почему теперь я должна относиться к ним иначе.

— Я вообще не считаю, что Грета сумасшедшая, — заметила Бианка. — Но, думаю, вы жестоко обращались с ней, сэр, отравляя наркотиками для того, чтобы запереть в заведении для умалишенных. Мне кажется, вы делали это, чтобы иметь возможность распоряжаться ее состоянием по своему усмотрению.

— Закрой свой рот! — взорвался Кроуч. — Я действовал в ее интересах. Тебе ничего не известно ни о сумасшествии, ни об отравлении и ядах, ни о наркотиках!

— Разумеется, я ничего не знаю о сумасшествии, — задумчиво сказала Бианка. — Но вот о ядах — достаточно, после того как поработала с ними, пока составляла глазурь. Химия — очень интересная наука.

— Ладно. — Кроуч тяжело дышал, но пытался держать себя в руках. — Вы выгнали людей доктора Хоса и решили, что обвинение в отравлении заставит уйти и меня. Не надейтесь! У меня есть права, чтоб вас черти забрали, и закон на моей стороне!

— Тогда, наверное, нам придется его прикончить. — Макс, словно в бреду, стал расстегивать сюртук. Одновременно его пьянила мысль, что сейчас он превратит Кроуча в отбивную, и неважно, станет это убийством или нет. Он мечтал об этом. — Бианка, дорогая, подай каминный совок.

— Не говори ерунды! — возразила та. — Мы просто засунем его в печь для обжига.

Макс захлопал глазами, явно заинтересовавшись: об этом он как-то не подумал.

После паузы Кроуч расхохотался:

— Ну и ну, Максимилиан! А она кровожадная — твоя маленькая потаскуха, да?

— Нет, на самом деле, — проигнорировала оскорбление Бианка, ничуть не меняя интонацию. — Из-за кого здесь спорить? Один раз хорошенько ударить по голове, и этого будет достаточно, чтобы спустить его с холма и дотащить до печи. Как раз под номером четыре готова к работе. Надо сказать Лоренсу, чтобы отвел его лошадь в Личфилд и там продал. Никто и не узнает, что он был здесь.

Ее слова заставили Кроуча отступить. Лоб его прорезала складка.

— Будьте осторожны с высказываниями, мадам. Угрозы могут обернуться против вас.

В ответ она показала ему каминные щипцы, которые держала за спиной.

— Температура в наших печах достаточная для того, чтобы расплавить стекло, мистер, так что от вас ничего, кроме кучки пепла, не останется, даже если власти инициируют расследование. И это не пустая угроза.

Кроуч перевел взгляд с нее на него.

— На твоем месте, — добавил Макс, — я бы бросился наутек.

— Да-да, и не стала бы мешкать, — заметила Бианка.

— Убирайся! — тихо прорычала Грета.

— Я бы пристрелила его не задумываясь, — объявила Френсис. — Мне никогда не нравился этот ковер, и, если бы мы сожгли его в печи вместе с этим… мистером, было бы намного лучше.

Губы Бианки тронула усмешка, а Грета вдруг захохотала, то и дело с удовольствием повторяя:

— Сжечь! Сжечь! Сжечь его! Сайлес будет гореть!

Казалось, ее крики действовали на Кроуча больше, чем все остальное, и он прикрикнул:

— Замолчи!

Грета угрожающе шагнула к нему и произнесла медленно, но четко:

— Ты травил меня, а теперь должен сгореть.

— Да что с ним возиться! На вот, возьми мой запасной, — сказала Френсис и протянула Бианке пистолет.

— Прощайте, мистер Кроуч, — произнесла та и медленно подняла оружие.

Кроуч бросился вон, Макс помчался следом и остановился, лишь увидев, как тот прыжками удаляется прочь, изредка оборачиваясь и бросая на него полные ужаса и ненависти взгляды.

Стараясь отдышаться, Макс наблюдал за Кроучем, пока тот не скрылся из вида. К сожалению, это не все, чего от него можно ожидать, но теперь Макс уже будет готов к следующей встрече с ним. Лику удалось найти нескольких психиатров, которых нанимал Кроуч и по меньшей мере один из них сознался, что ему приходилось доводить пациентов до сумасшествия, если за это хорошо платили, так что доктору Хосу в Маубри, без сомнения, обеспечена проверка со стороны местных властей.

Макс повернул к дому. Господи, он никогда в жизни так не веселился! Это же надо! Миссис Бентли грозила пристрелить Кроуча, а Бианка без тени улыбки изложила свой план расправиться с мерзавцем, не менее кровожадный.

И ведь Грета заговорила по-английски! Учитывая диагноз, поставленный доктором, что у нее явные признаки отравления наркотическими веществами, возможно, Бианка была права и Грета вовсе не умалишенная. Она не испугалась мужа, даже после того, как он чуть не убил ее.

Ощущая непривычную легкость в душе, Макс вошел в дом, где обнаружил, как Грета и Френсис Бентли, сидевшие на кушетке, болтали на смеси немецкого и английского. Такой оживленной он ее не видел никогда. На боковом столике лежали пистолеты, а Бианка разливала портвейн по маленьким рюмкам. Увидев его, она усмехнулась и протянула одну ему. Макс с удивлением отметил, что его рука дрожит, а ее — нет. Он выпил портвейн в один глоток.

Грета встрепенулась, глядя на него:

— Сайлес?

— Er ist gegangen, — сказал он по-немецки и повторил по-английски: — Он ушел.

— Gut! Хорошо!

Макс с облегчением засмеялся.

— Хорошо для него, имеете в виду? — уточнила Френсис, едва пригубив портвейна.

— И, я надеюсь, он это понимает, — добавила Бианка. — Ты действительно застрелила бы его, тетушка?

— Даже не сомневайся! — Пожилая леди хмуро посмотрела на нее. — С нетерпением ждала такой возможности, если хочешь знать.

— Ну и правильно, — легко согласился Макс, забирая оружие. — Я о них позабочусь.