Любимый плут, стр. 11
Макс продолжал улыбаться, словно прекрасно понимал, к чему она клонит.
— Даже не так, боюсь. Какое-то время я постоянно жил в Лондоне. Это довольно далеко, чтобы заскочить на чашку чая в дни для визитов.
Бианка не знала, что сказать. Хорошо хоть Френсис решила заткнуть собой брешь.
— Да-да, Карлайл. — Она уронила кусочек тюрбо на ковер, и Тревор с чавканьем его сожрал. — А родня со стороны матери — кто они?
— Сомневаюсь, что вы слышали о них, мадам. Мои дед и бабка родом из Ганновера.
— Немец, — констатировала Френсис, не скрывая неприязни.
Макс лишь наклонил голову в знак подтверждения и пояснил:
— Их родители служили при дворе его величества Георга Первого, когда он переехал сюда из Ганновера.
Взор Френсис стал ледяным при упоминании о том, что последние короли Британии были больше немцами, чем англичанами.
— Служили? Интересно, кем: чистильщиками стульчаков, возможно?
Бианка чуть не поперхнулась вином, но с обожанием посмотрела на двоюродную бабку за высказанное предположение, что предки Сент-Джеймса занимали столь незавидное положение при дворе.
— Вы ошибаетесь, мадам, — легко возразил гость. — Насколько мне известно, мой прадед был сокольничим при короле.
— Соколиная охота! — воскликнул отец семейства. — Самая аристократическая забава, не так ли? Развлечение королей!
— Осмелюсь сказать, что от аристократизма мало что остается, когда приходится чистить помет, — кисло заметила Френсис.
Сент-Джеймс засмеялся:
— Возможно, именно поэтому они поменяли соколиную охоту на фермерство, мадам.
Френсис не нашлась что сказать, поскольку считала фермерство занятием приличным и уважаемым, и поджала губы.
— Достаточно о предках и роде их занятий, — объявил Сэмюел. — Сент-Джеймс, вы только что из Лондона. Расскажите, какие развлечения сейчас популярны. Кэти прочитала нам статью из «Леди мэгэзин», в которой говорилось о фехтовальном матче в Карлтон-хаусе между каким-то французом и леди! Что, неужели такое общепринято?
— Хорошо бы так, — тихо проговорила Бианка, представив, как втыкает шпагу в мерзавца, сидевшего напротив.
Как назло, тот услышал ее:
— Я бы не назвал это общепринятым, мисс Тейт, но то, что зрелище захватывающее — несомненно.
— В Карлтон-хаусе наверняка все было прилично, как и полагается, — заметила Кэти, бросив на сестру предостерегающий взгляд. — Все-таки это дом принца Уэльского.
— И все равно это свидетельствует о том, что даже самый высокопоставленный джентльмен может позволить себе принимать не вполне подходящих ему по статусу гостей, — ответила ей Бианка со сладенькой улыбкой. — Вы согласны со мной, мистер Сент-Джеймс?
Он послал ей через стол обжигающий взгляд и с неопределенной улыбкой ответил:
— Несомненно, но лишь в том, что касается принца.
— Пожалуй, не стоит сплетничать о его высочестве, — предостерег их Сэмюел и перевел разговор на общие темы: погоду и состояние дорог в окрестностях Марслипа.
Бианка со вздохом принялась за еду, понадеявшись, что мистеру Сент-Джеймсу так же скучны эти исключительно вежливые разговоры, как и ей.
К тому времени когда по окончании ужина тетушка Френсис возглавила шествие в гостиную, Бианка буквально кипела. Благодаря банальному разговору, предложенному отцом, мистер Сент-Джеймс сумел проявить безошибочную вежливость и способность обсуждать дороги и шлагбаумы на них до тех пор, пока сидевшие за столом не стали клевать носом. Но поскольку это была одна из самых любимых тем хозяина дома, даже тетя Френсис признавала с горечью, что не может вмешиваться. Леди покинули столовую, чтобы невзначай не заснуть и не угодить лицом в пудинг.
— Он лондонец до мозга костей. — Бианка вернулась к своему первоначальному плану убедить Кэти в том, что Сент-Джеймс, сноб и денди, не годится на роль мужа. — Совершенно неудивительно, что он, дабы угодить отцу, нес этот бред про дороги с таким энтузиазмом. Для него наверняка эта поездка на север оказалась настоящим шоком.
Кэти с грустью посмотрела на нее, но не сказала ни слова.
— А я бы поспорила: выглядит он вполне искренним, — задумчиво проговорила Френсис, пригубив еще одну порцию портвейна. — Солидный фермерский отпрыск.
— Правда? Вот уж не подумала бы, судя по количеству кружев и золота на его наряде.
— Не в навозе же ему приезжать с визитом! — строго заметила старая дама. — Земля делает мужчину сильным и решительным, а его страсти и цели — обоснованными.
— Меня в дрожь кидает, стоит представить, какие страсти владеют мистером Сент-Джеймсом, — не удержавшись, высказалась Бианка.
Тихо всхлипнув, Кэти вскочила и выбежала из комнаты.
Френсис удивленно вскинула брови и, насладившись очередным глотком портвейна, спросила:
— Что это на нее нашло? Я решительно заявляю, что девочке пора замуж. В последнее время она исключительно эмоциональна. Один ужин в присутствии мужчины, и она ударяется в слезы!
Бианка насупилась. Несмотря на все предыдущие замечания, теперь тетя Френсис заговорила, как отец.
— Тебе известно, что Сент-Джеймс намерен жениться на Кэти?
У Френсис брови взлетели еще выше.
— На ком? На Кэти?
— Он уже попросил у отца ее руки, — подтвердила Бианка. — За этим он и приехал в Марслип: завоевать сердце бедной девушки и обеспечить себе приличный доход от Перузии, — можно не сомневаться. И папа согласен. — Она помолчала и добавила: — Вот только я не верю, что Кэти эта идея по душе.
— Глупая девчонка! — решительно заявила тетушка. — Это не самый худший вариант.
— Да, конечно, — невинно заметила Бианка. — Правнук чистильщика королевского стульчака! Ах нет — прошу прощения — сокольничего! Какая честь! Какой престиж! Мы вознесемся надо всеми в Стаффордшире.
Старуха мрачно взглянула на нее и медленно проговорила:
— Я понимаю, к чему ты клонишь: в силу пока неясной мне личной неприязни к этому мальчику ты хочешь, чтобы я все расстроила. Так вот: даже не подумаю! Заключать самые непредсказуемые браки — семейная традиция Тейтов.
Бианка залилась краской, осознав, что ее раскусили, и горячо начала:
— Но Кэти и мистер Мейн…
— Тихо! — Френсис поднялась и наставила на нее палец. — Если тому суждено было случиться, то Мейну следовало бы упасть здесь на колени и умолять Сэмюела отдать ему Кэти. Он разве сделал ей предложение?
Насупившись, Бианка была вынуждена признать, что учтивый викарий до такого не додумался.
— И не сделает, — с беспощадной холодностью заключила Френсис. — Эти двое никогда бы ни на что не решились, даже если бы захотели. Я за всю свою некороткую жизнь не встречала более мягких, покорных и податливых людей! Каждому из них требуется опора: кто-то более сильный и решительный. По крайней мере, этот парень, Сент-Джеймс, кажется именно таким. Он не позволил тебе взять над ним верх, ведь так? Это тебя и бесит.
Бианка уставилась в пол:
— Но почему двое, которые во всем совпадают друг с другом, не могут счастливо пожениться? Почему обязательно один должен быть несгибаемым, а второй — уступчивым? Я считаю, что двое — такие милые, мягкие, добрые — сами со всем прекрасно разберутся, если позволить решать им самим.
— Думаешь? — Френсис подошла ближе, с жалостью глядя на девушку своими колючими голубыми глазами. — Тогда почему Мейн не пришел к твоему отцу, даже перед лицом достойного конкурента? Почему твоя сестра сидела и выслушивала комплименты Сент-Джеймса, внимала его лести? Ты всегда считаешь себя умнее всех, мисс, но эта проблема не требует твоего решения. — Она вскинула руку вверх, пресекая возражения. — Ты не можешь уберечь кого-то от предназначенного ему судьбой. Каждый получает то, что заслуживает!
С гордым видом дама выплыла из гостиной, и за ней, лениво тявкая, заковылял Тревор.
Бианка вскипела. Неужели только она видит, что отец ослеплен манерами и вкрадчивыми речами лондонца до состояния идиота? Неужели никто не понимает, что Кэти молчит из боязни неповиновения, а не потому, что хочет этого брака и готова дать согласие? Бианка оставила при себе мнение насчет мистера Мейна, который, конечно, мог бы продемонстрировать наличие сильного характера, но у него должен быть шанс показать себя. А эта поспешная попытка притащить Кэти к алтарю была устроена словно специально, чтобы лишить его этого шанса.