Убийство в «Звезде сафари», стр. 36

Она открыла конверт и высыпала его содержимое на стол. Потом взяла самый крупный кусочек и поднесла к свету. Когда она снова поглядела на детей, её лицо было очень бледное.

– Где вы это нашли? – сдавленно прошептала она.

– В потайном ящике в купе мистера Кросби, – ответил Хол.

– Вы никому не говорили?

– Нет, – мотнул головой Хол.

– Мам, мы только тебе. А это в самом деле то, что мы думаем?

За окном снова очень ярко сверкнуло, послышался раскат грома, и следом по крыше забарабанили крупные капли дождя.

– В любом случае это кератин, – сказала Лиана. – Не кость. И не кусочек слоновьего бивня.

– Кератин?

– Такое белковое вещество с большим количеством серы, из которого состоят волосы, ногти. Нужно показать детективу Лавджою. Контрабанда рога носорога – очень серьёзное преступление.

Все втроём они отправились в купе Эрика и застали его совершенно врасплох. Тот уже готовился ко сну, но быстро снова оделся.

– Привет, мои юные помощники, – конфузливо улыбнулся он. – Слышите, какой дождь? О! Да вы не одни. Что случилось, Лиана?

Закрыв за собой дверь, Лиана показала конверт:

– Вот это мальчики нашли в купе Кросби.

Эрик в изумлении посмотрел на Хола и Уинстона. Не мог поверить, что дети нашли то, что пропустила полиция.

– Там в гардеробе, за задней стенкой, просто был потайной ящик, – объяснил Хол, не вдаваясь в подробности.

– Понятно, – произнёс Эрик. Он удручённо сел на свою диванную полку и почесал голову.

– Теперь вы видите, что в поезде везут контрабанду, детектив, – сказала Лиана. – И мы знаем, насколько это опасно. Опасно для всех нас. Вот поэтому мы не стали дожидаться утра, а пришли сразу.

Эрик грустно вздохнул и снова почесал голову:

– Садитесь. Все садитесь. Я должен вам кое-что сказать.

Когда все расселись, он выдержал драматическую паузу и сделал важное признание:

– Сейчас я скажу вам то, что никто не должен был знать. И вы должны будете клятвенно обещать, что никому не расскажете до конца поездки. Ни единой душе! Иначе испортите всё дело.

Уинстон и Лиана поклялись. Хол замялся, а потом насупился.

– Хол? А ты что молчишь?

– Я… я не могу ничего скрывать от своего дяди.

Эрик улыбнулся и погрозил пальцем:

– Ладно. Можешь ему сказать, но больше никому.

– Обещаю, – облегчённо выдохнул Хол.

– Дело в том, что я не в отставке, – заговорил Эрик. – Не в отставке и вообще не на пенсии. Я действующий сотрудник департамента криминальных расследований. А здесь работаю под прикрытием. Вместе с пограничной службой Южно-Африканской Республики мы проводим операцию под названием «Ураган». Полиция Зимбабве тоже участвует. В ходе этой операции мы рассчитываем раскрыть и полностью ликвидировать сеть контрабандистов, действующих в наших странах. Они уже много лет занимаются незаконной добычей слоновьего бивня, рога носорога, отловом редких птиц и так далее. Поставки идут в те страны, где на это есть максимальный спрос. В основном в страны Юго-Восточной Азии.

– Ничего себе! Полицейский под прикрытием изображает из себя бывшего полицейского, который едет на сафари? – удивился Уинстон. – А не слишком подозрительно?

– Ты прав! – хохотнул Эрик. – По плану я должен был ехать под именем Бенджамина Беркенбоша, бизнесмена из Кейптауна, но так получилось, что на вокзале я столкнулся с твоим дядей, Хол, с Натаниэлем Брэдшоу, который в прошлом знал меня именно как полицейского. Пришлось на ходу придумывать новую легенду, и лучше, чем про отставку, я ничего придумать не мог. А когда показывал билет, я сказал, что Бенджамин Беркенбош мой кузен и что эта поездка его подарок к моему выходу на пенсию.

– И Лютер об этом не знает? – спросила Лиана.

– Никто из персонала не знает, – покачал головой Эрик. – Но все находятся под подозрением.

– Значит, мистер Кросби погиб просто потому… – начал было Хол.

– И очень некстати он погиб, – вздохнул Эрик. – Из-за его смерти вся наша операция оказалась под угрозой.

– И тогда вы сами вызвались расследовать его смерть?

– Когда Амелия Кросби во всеуслышание заявила, что её мужа убили, нашу поездку вообще могли отменить, а поезд вернуть обратно в Южную Африку. Это бы значило, что целые годы нашей работы полетели бы коту под хвост. Так что в каком-то смысле я был рад, что мы все, включая полицию, пришли к выводу о несчастном случае.

Хол задумался. Как ни крути, но Эрик с самого начала был заинтересован, чтобы возможное убийство признали несчастным случаем. Выходит, он к этому и вёл. Или всё же добросовестно ошибался при рассмотрении всех фактов и улик? Как же тут разобраться?

Эрик повертел в руках кусочек носорожьего рога, понюхал его, даже хотел попробовать на зуб, а затем спросил мальчиков:

– Можете показать, где его нашли?

– Конечно, – кивнул головой Хол, а Уинстон спросил:

– Вы правда думаете, что это может быть как-то связано со смертью мистера Кросби?

– Не знаю. Хотя сомневаюсь, – ответил Эрик, но въедливый Уинстон имел в запасе и другой вопрос.

– А что насчёт той записки, которую мистер Кросби послал моей маме? А вдруг он нашёл тайник и хотел об этом рассказать?

– Кросби не тот человек, которого волнует защита животного мира Африки, – усмехнулся детектив. – Я по-прежнему не вижу никакой связи между его смертью и контрабандой.

– Но кто же тогда этим занимается? – спросила Лиана. – Вы уже кого-то подозреваете?

– Боюсь, пока не могу сказать, – покачал головой Эрик. – Однако надеюсь, что он себя скоро выдаст.

Вдруг за дверью послышался шум, как будто кто-то стукнулся об неё головой или чем-то твёрдым. На мгновение все замерли, потом Эрик бросился к двери, рывком открыл её и выскочил в коридор. Хол следом. Он только успел услышать топот кого-то убегающего. Потом громко хлопнули двери в тамбуре, и стало очевидно, что кто-то спрыгнул с поезда, убежав под дождь, в темноту.

– Нет, как вам это нравится? Нас подслушивали, – только и сказал Эрик.

Глава 25

Змеи под одеялом

– Я вообще люблю очень дождь, а дождь в Африке после долгой засухи – самый настоящий праздник, – сказал дядя Нэт, когда Хол наконец-то вернулся в своё купе. Он так устал за день, что почти уже не мог говорить. Поэтому, когда дядя спросил, как дела и удалось ли что-нибудь узнать, Хол только скинул кроссовки и молча рухнул в кресло. Прошла целая минута, прежде чем он пришёл в себя.

– Мне нужно так много вам сказать, что я даже не знаю, с чего начать.

– А я хочу выпить чего-нибудь горячего перед сном. Тебе заказать какао?

– Ага.

Дядя снял трубку и заказал у проводницы два какао. Хол начал рассказывать и постепенно разговорился. С небольшими упущениями он рассказал всё: и как они с Уинстоном проникли в купе Кросби, и что там нашли, и как к этому отнёсся Эрик, и об операции «Ураган».

– А ещё нас кто-то подслушивал под дверью. Мы выскочили, но этот кто-то уже убежал.

Кайя принесла поднос с двумя большими кружками горячего какао, сверху взбитые сливки, посыпанные кокосовой стружкой.

– Н-да, – сказал дядя, когда за Кайей закрылась дверь. – Выходит, весь вопрос сейчас в том, имеет ли операция «Ураган» какое-то отношение к смерти Кросби или наоборот?

– Эрик считает, что нет, – сказал Хол, отхлёбывая какао. – Он утверждает, что это не более чем случайное совпадение. Хотя я уже не уверен. Мне не даёт покоя записка, которую Кросби послал маме Уинстона. Возможно ли то, чтобы он хотел посоветоваться с Лианой после того, как нашёл тайник с рогом?

– Не знаю. Не тот это человек. Он слишком богат, чтобы вообще интересоваться контрабандой. Разве что хотел из любопытства узнать, сколько это может стоить.

– В любом случае этот рог кто-то вытащил и унёс, – сказал Хол, держа в обеих ладонях горячую кружку. Какао согревало его, успокаивало, однако уже начинало путать мысли, клоня в сон. Хол с трудом их формулировал. – Вот только унести его… Короче, забрать этот рог могли только в промежуток времени между смертью Кросби и появлением полиции, но это уже когда мы приехали на станцию Мусина.