Экстрасенс в СССР 5 (СИ), стр. 42

Я убедился в этом, когда капитан перехватил на середине пути наглого «торпеду», который было выдвинулся в нашу сторону по заданию авторитета.

Акула пера заметила мою настороженность. Кроме того, от неё не ускользнуло, что я делаю вид, будто пью коньяк, а на самом деле аккуратно выливаю содержимое рюмок в соусницу.

— Алексей, как я понимаю, у тебя здесь ещё есть дела? — спросила она.

В ответ я кивнул.

— А я тебе случайно не мешаю?

Я снова кивнул.

— Настя, если ты хочешь продолжить вечер и потанцевать, я могу всё отложить и составить тебе компанию, — предложил я, указав на забитый танцпол, где под очередную весёлую песню, исполняемую на заказ напившегося командировочного, отплясывали две трети посетителей ресторана.

— Нет, танцевать сегодня точно не буду. Целый день писала концовку первого своего романа о доблестных милиционерах и работниках прокуратуры, ловящих кровавого серийного убийцу. С тобой мы всё обсудили, так что сейчас я хочу только одного: вернуться в номер, выпить кофе с молоком и завалиться спать.

— Вот и хорошо. Настя, давай сделаем так, я заеду к тебе в понедельник, и мы назначим точную дату и время поездки в Москву.

— Договорились. А сегодня я не хочу тебе случайно помешать нести в массы добро и свет, — уколола Анастасия и, взяв сумочку, поднялась.

Акула пера хотела расплатиться, но я покачал головой, и она не стала настаивать. В оплату я принял поцелуй в щёчку и пожелание хорошего улова.

Как только Анастасия вышла из ресторана, за столом блатных началось проявляться беспокойство. Чтобы их немного успокоить, я заказал полный графин с водкой. Поняв, что я не собираюсь уходить и остаюсь пить в одиночестве, уголовники расслабились, но уже через полчаса трое из них вышли покурить, а тот, кого я обозвал «торпедой», выдвинулся в мою сторону.

— Есть сигаретка? — спросил нагло улыбающийся парень, указав на оставленную Анастасией початую пачку «Мальборо». И в этот момент я понял: всё завертелось.

Глава 21

Первая попытка вынести весь мусор

«Есть сигаретка?» — повторил я про себя слова «торпеды», и в этот момент мне стало обидно за всю нашу человеческую цивилизацию. Сотни тысяч лет эволюции, а поводы докопаться до ближнего остаются неизменными. Мы все научились есть вилкой, но, если надо, ведём себя намного хуже неандертальцев.

Сверкнув золотой фиксой, парень снова указал на пачку «Мальборо», и в этот миг я узнал, что погоняло «Фикса» приклеилось к нему ещё на зоне.

— В баре продаются сигареты. Можешь сходить и купить себе целый блок, — ответил я, указав на стойку с бутылками и сигаретами.

— Фраерок, тебе что, жалко дать сигаретку только что откинувшемуся арестанту? — с нажимом спросил Фикса, изобразив праведное возмущение.

— Не жалко. Но всё равно не дам. Раз у тебя хватило денег на ресторан, сигареты сможешь купить сам.

— А может, я твою захотел покурить. На зоне принято делиться, — не унимался «торпеда», нагло ухмыляясь.

— Мы сейчас не на зоне. А насчёт правила делиться или «последнее не брать» — ты брешешь. Фикса, скажи просто: чего тебе надо? — напрямую спросил я, потому что пустой трёп начал меня напрягать.

Засланного «казачка» явно удивило упоминание его истинного погоняла, но природная наглость не дала отступить.

— Ты решил обидеть жигана по жизни? Не боишься пожалеть? — начал он угрожать.

Пока Фикса сюда шёл, я успел вытащить из его сознания несколько фактов биографии. Парень действительно только что отсидел на взрослой зоне по воровской статье. Но до этого на «малолетку» присел за изнасилование одноклассницы. Авторитет с погонялом «Профессор», к которому он приклеился, эту информацию знал, но решил, что лично преданный приблатнённый пацан ему будет полезнее, чем шнырь.

— Фикса, да какой же ты жиган? Неужели забыл, по какой статье на «малолетку» загремел?

От этих слов «торпеду» перекосило, и он, сунув руку за пазуху, нащупал рукоять заточки.

— Врёшь, фраер! Пошли выйдем и разберёмся. Один на один, или зассал? — выпалил он.

— Насчёт «зассал» — это я запомню. Как говорится, сам напросился. А в остальном согласен, пойдём подышим. — С этими словами я сунул под графин три красненьких червонца и, уже вставая, указал Фиксе на дверь.

Как только «торпеда» рванул к выходу, направился за ним. Вышел в фойе, потом на улицу и сразу же повернул направо, игнорируя Фиксу, который призывно махал руками со стороны парковки.

Быстро шагая вдоль гостиницы, заметил, как рассредоточившиеся блатные рванули за мной. Именно этого я и хотел. Едва не перейдя на бег, увлёк их за собой. Завернул за угол гостиницы и, не дойдя до пожарной лестницы пары метров, повернул налево, двигаясь по тропинке, ведущей к четырёхэтажным домам.

Скорость я выбрал такую, чтобы меня можно было догнать. Это позволило четвёрке преследователей собраться в группу и не отставать. Они несколько раз окликали меня, используя крепкие выражения, но я не реагировал, пока не увёл их от гостиницы «Чайка» на пару сотен метров и не завёл на пешеходную аллейку между школой и детским садом.

Всё это я делал для того, чтобы капитан Богомолов, следивший за действиями засланного «торпеды», выйдя из фойе гостиницы, нас не обнаружил. Сейчас мне хотелось обойтись без присутствия коррумпированного милиционера. С ним лучше разобраться потом.

Дойдя до места, где в это время суток точно никто бродить не будет, я обернулся, посмотрел на приближающийся квартет и невольно усмехнулся. Из-за разницы в росте и весе они реально напоминали четвёрку мушкетёров. Не хватало только шпаг в руках. Впрочем, их заменили пара финок и заточка.

— Ну что, спортсмен, набегался? — спросил авторитет, которого, как я недавно узнал, все называли Интеллигентом.

— Думаю, на сегодня лёгкой атлетики достаточно.

— Хорошее ты место для разговора по душам нашёл, тихое, — похвалил Интеллигент, оценивающе оглядываясь по сторонам. — А я-то думал, что тебя придётся в ближайшую подворотню волоком тащить.

— А на хрена меня куда-то тащить? Подошли бы сразу и сказали: надо поговорить. А ты вместо этого засаду детсадовскую устроил, шныря заслал.

— Это кто здесь шнырь⁈ — возмутился Фикса, но, повинуясь жесту авторитета, тут же замолк.

— И ты бы по своей воле пошёл с нами разговаривать? — не поверил Интеллигент.

— Ну я же хочу узнать суть ваших претензий к своей скромной персоне, — ответил я.

— Ну раз хочешь понять суть, тогда слушай…

Я мог бы сразу начать действовать, как только меня нагнали, но раз авторитет решил поговорить, я дал им последний шанс. Заодно надо отсканировать мысли присутствующих, составляя более подробную картину.

Как оказалось, суть претензий ко мне сводилась к одному. Разумеется, к деньгам. Малюта со своими подельниками не просто так устроил шулерский марафон в заводской общаге. Во время последней отсидки начинающий катала крупно проигрался на зоне и задолжал много денег авторитетным людям, держащим воровской общак.

По их плану, как только заканчивался срок у шуллера, тот должен был собрать команду и набрать сумму, необходимую для игры с большими ставками в поездах дальнего следования. Отработав один-два сезона, Малюта обещал расплатиться с держателями общака. А чтобы он не сорвался, к нему приставили присутствующего здесь Дементия.

По словам Дементия, в этот план вмешался я и спутал малютинцам все карты. То, что они проиграли и получили по наглым рожам, они бы ещё пережили. Но потом их малину накрыла милиция, и все причастные отправились в Смоленское СИЗО.

В связи с этим долг зависал в воздухе, и те, кто собирался получить с малютинцев крупную сумму, не увидят ни копейки в ближайшие пять-семь лет. А если учесть, что сам главарь катал замазался связью с милицией и об этом стало известно большому кругу арестантов, перспектива хоть что-то получить стремилась к полному нулю.

С подобным авторитеты смириться не смогли и на недавней сходке решили найти виновного. Поначалу всё попытались повесить на Дементия, но он перевёл стрелки на меня — никак не связанном с криминальными кругами. В этот момент они могли бы махнуть рукой, но жадность и желание наказать непонятного пассажира победили.