Лучшая бабушка. Империя Железной леди (СИ), стр. 45

Прибыл наконец доктор, про которого я совсем забыла.

Я только успела накинуть пеньюар на тело, когда врач в пенсне важно зашёл в номер, спросив, что меня беспокоит. Я начала рассказывать, а Владимир остался стоять у дверей. Доктор осмотрел мою ногу и заявил, что это всего лишь сильный ушиб и ничего страшного. Велел охлаждать ногу в прохладной воде, если ступня будет ныть. Прописал постельный режим на два дня и обещал зайти послезавтра.

Баскаков пошёл провожать доктора, прикрыв дверь моего номера, да так и пропал где-то.

Через четверть часа ко мне пришла горничная по номерам и сделала мне холодный компресс на ногу. Обещала спустя час на ночь ещё сделать. Видимо, Владимир распорядился.

Я поблагодарила горничную и всё ждала Владимира. Но он так больше и не вернулся. Прождав Баскакова до полуночи, я легла спать, обиженная на него.

— И что такого я сказала? — бубнила я себе под нос, взбивая подушку под головой и никак не могла уснуть. — Неужели должна была, роняя тапки, бежать с ним под венец?

Глава 60.

Прошлая жизнь в XXI веке меня избаловала. И всех мужчин, которые у меня были, я редко рассматривала в качестве супруга. Лишь за двоих я хотела выйти замуж, но именно эти двое мне и не предложили этого. Потому к своим сорока пяти годам я была не замужем и детей так и не было, хотя я хотела малыша, пусть даже родить без мужа.

Я всегда любила независимость. И мужчина, по моему мнению, должен был украшать и облегчать мою жизнь, а не усложнять её. Как говорила известная Мэрилин Монро: «С мужчиной долго быть хорошо, плохо жить я и сама жить смогу». Именно этого принципа я всегда и придерживалась.

В этом же времени меня как назло окружали бывшие и настоящие мужья. Потому сейчас внезапное предложение от Баскакова застало меня врасплох. Да, я была сильно влюблена в него, иначе бы не легла с ним в постель. Но пока я не поняла, хочу ли я снова замуж. Что Михаил, что Аркадий уже изрядно потрепали мне нервы своими выкрутасами за эти два месяца. И мне нужно было время, чтобы понять, что я действительно хочу: иметь Баскакова только в качестве возлюбленного или же всё же сделать его своим спутником по жизни. Всё-таки это довольно важное решение, и так впопыхах я не хотела его принимать.

А он обиделся и даже не вернулся. Наверное, в это время независимая женщина вызывала только одно понимание — она холодна и не любит. Именно это и подумал Владимир. Но это было не так.

Измучившись своими думами, я уснула только к трём ночи. А утром меня разбудил осторожный стук в дверь.

Пришла горничная с моим завтраком и новой порцией холодных бинтов, чтобы сделать мне компресс.

Я поела, но от лечения отказалась. Осталась в постели.

Баскаков так и не появился. Это меня уже начало задевать.

— И зачем мне мужик, который ведёт себя как обидчивая барышня? — ворчала я, пока горничная убирала уже обед со стола в моём номере.

— Вы что-то ещё хотите, Нина Георгиевна? Управляющий велел исполнять все ваши желания, — пояснила горничная гостиницы.

— Ты можешь отнести записку в другой номер?

— Конечно.

Я быстро написала пару строк Владимиру, как будто мы не ссорились, и пригласила его поужинать.

Моя нога уже совсем не болела и я даже могла вставать. Поэтому одеться и спуститься осторожно в ресторан гостиницы я вполне могла.

Горничная вернулась спустя полчаса и сказала, что господина Баскакова в номере нет, и она узнала, что он уехал из гостиницы рано утром и ещё не возвращался.

Я напряглась. Как уехал? Даже не сказал мне доброго утра? Вот поганец. И тут в моей голове пронеслась мрачная мысль.

— Он с чемоданами уехал? — спросила я горничную.

А что, этот властный гордец спокойно мог взбрыкнуть и уехать из гостиницы.

— Нет, конечно. По делам. Так сказал Иван Данилыч, который сегодня внизу за администратора.

— Ааа… тогда хорошо, — успокоилась я.

Горничная ушла, а я осталась одна. От безделья начала читать последние выпуски газеты с выставки.

Баскаков появился у меня в номере только на следующее утро. В тот момент я пила утренний чай, сидя за небольшим столиком у окна.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил Владимир едва вошел.

— Очень даже прекрасно, — ответила приветливо я. За сутки я уже успокоилась и готова была снова общаться с Баскаковым. И как ни в чем не бывало спросила: — Где ты пропадал вчера?

— Ездил на выставку. Снова говорил с Яковлевым и Фрезе. Потом мы с ними пошли искать лучшего мастера по стали, так как клапаны в двигателе лучше делать из неё. Он будет долговечнее. Вот, нашли одного.

— Так ты занимался моей идеей? Уже не думаешь, что автомобили — это бред? — опешила я.

— Можно попробовать, Нина, — ответил Владимир, чуть улыбнувшись. — Думаю, если всё правильно рассчитать и применять только отечественные материалы, то можно хорошо сэкономить на себестоимости машины. Вчера весь день с Петром и Евгением это обсуждали. Решили сегодня продолжить.

Я невольно улыбнулась ему в ответ.

После этих слов Владимир полностью реабилитировался в моих глазах. Какой же он всё-таки молодец, что не стал страдать и убиваться после тех моих слов, а свою недовольную энергию обратил в решение деловых вопросов. Очень важное для мужчины качество.

— Я с вами! — тут же заявила я, кидая тканевую салфетку на стол.

— А как же твоя нога?

— Нормально. Неужели ты думаешь, что я позволю обсуждать мой будущий автомобиль без меня? Нет уж! Я еду с тобой.

— Хорошо, душа моя, как скажешь.

Он снова добродушно улыбнулся. Я же подошла к Владимиру, обвила руками его шею и чуть привстала на цыпочки, чтобы мое лицо было совсем близко от его. Ощутила, что нога совсем не болит.

— Ты успокоился? — ласково спросила я, заглядывая мужчине в глаза.

И мы оба прекрасно поняли, что я имела ввиду: тот разговор, когда он предложил мне выйти за него замуж.

— Да.

— Тогда к вопросу о женитьбе вернёмся позже, хорошо? Я же не сказала «нет», я прошу дать мне время все обдумать.

— Хорошо, Нина, — кивнул Баскаков и уже стиснул меня в жадных объятиях, целуя мои губы.

Глава 61.

Итак, все последующие дни мы провели так же на выставке. С Яковлевым и Фрезе подписали предварительный договор, в котором оговаривалось, что мы создаём новое предприятие — «Русский автомобиль» — и в равных долях своего капитала будем участвовать в его деятельности.

Евгений вкладывал в дело свой машиностроительный завод в Петербурге, который он решил полностью перепрофилировать на выпуск газовых двигателей собственного изобретения и трансмиссий для новых машин.

Пётр отдавал одну из своих фабрик по производству колясок и карет, которая отныне должна была выпускать корпусы, колёса и перекрытия для автомобилей.

И, конечно же, третьим звеном нового предприятия, которого не хватало для воплощения в жизнь российского автомобиля, была я со своими четырьмястами тысячами рублей. Триста я намеревалась выручить за гостиницу, пятьдесят тысяч получила после аукциона по продаже кожевенной мастерской. Остальные деньги решила собрать по банкам и сейфам. Я вкладывала в дело почти все свои сбережения.

Конечно, рисковала, но, как говорится, кто не рискует...

Однако с выставки я возвращалась удовлетворённая и жаждущая приняться за новое интересное дело.

Так как мои партнёры вынуждены были остаться ещё на выставке, чтобы представить автомобиль императору. А также постараться как можно большему числу посетителей прорекламировать наш будущий автомобиль, мне пока поручили важную, но довольно неприятную обязанность: вернуться в Петербург и проинспектировать завод Яковлева и фабрику Фрезе на предмет их реконструкции под наше новое дело. Большая часть моих вкладываемых средств должна была пойти именно на переоборудование и преобразование.