Бастард Великой Орды 2 (СИ), стр. 11

Крики потухли. На площади повисла тишина.

Я вышел вперёд, положив ладонь на навершие тесака.

— Жители Гнилых Зубов! Свободные орки, люди и гоблы! Перед вами те, кого мы считали нашими братьями. Мы ели из одного котла, спали под защитой общих стен, но седмицу назад они замыслили неладное. Вывести пленников ради горсти монет от Гриммы.

Газгат бросил на меня быстрый взгляд. По толпе прокатился недовольный ропот.

— Закон Пустошей гласит, что предателей должно казнить! — рубанул я рукой.

Орки взревели, вскинув тесаки и секиры.

Я поднял руку, и шум оборвался.

— Однако, — продолжил я, заглядывая в каждое лицо, — времена требуют перемен, и они уже начались, хотим мы этого или нет. Мертвецы не принесут пользы. Мне нужны крепкие стены и мне нужны те, кто готов эти стены строить.

— Мы готовы, комендант! — выкрикнул Пятница, и все остальные орклины поддержали его согласным возгласом.

— Знаю. Но у вас и без того хватает работы. И эти трое тоже могут принести пользу.

Я обвёл пленников тяжёлым взглядом. Те сжались, будто над ними занесли топор.

— Вы смоете с себя позорное клеймо своим трудом. Будете таскать камни и строить стену, которая защитит ваших же детей, если они когда-нибудь у вас будут. Работайте честно и вы отмоете своё имя. Попытаетесь сбежать… — я посмотрел им прямо в глаза. — Подохнете без чести. Не будет вам места на той стороне Бездонного моря, в чертогах старых богов.

Предатели ошарашенно захлопали глазами, не веря своим ушам. Толпа молчала.

Я кивнул сам себе.

Вот что значит проявить благоразумие, когда все ждут жестокости. Показать неотвратимость наказания, а потом направить всё на общее благо. Орки этого ещё не понимают, а у людей это в крови. Практичность всегда была их сильной стороной.

В итоге пленников отвели в сарай, сняли кандалы и даже нормально накормили. Всё-таки им понадобятся силы, чтобы работать. Да и пусть почувствуют, что смерть обошла их стороной — может быть, будут работать усерднее.

Вечером Урзул ждал меня у задней стены башни. Место для своих огородов он выбрал необычное — кусок глинистой почвы между кузницей и выгребной ямой.

Когда я подошёл к аккуратным рядам растений, шаман засиял, как золотой ушак.

— Смотри! — он сунул мне под нос пучок какой-то травы с сиреневыми прожилками. — Трупница прижилась! А вон там, Луговой папоротник. Листья резные видишь? Квёлый он ещё, правда. Никак в полный рост не пойдёт.

Я присел на корточки, разглядывая грядки. Занятно! Урзул умудрился превратить заброшенный участок земли в неплохой алхимический огород, да ещё и с варней. У стены кадки с водой, рядом притулился очаг с треногой, на которой сейчас бурлил котёл. На столе разбросаны фиалы.

Вонь над всем этим стояла жуткая, надо признать.

— Чего ей не хватает? Солнца тут, вроде, полно, — поднялся я, отирая руки о штаны.

— Одного света недостаточно, — качнул головой шаман. — Перегной особый нужен. А для выварки дистиллятор. Обычный котёл не годится, много чего полезного улетучивается. Мне бы реторты медные. Такое добро только в Гуратане отыскать можно, или в Думграде, но нам туда путь заказан. Колба перегонная ещё… Стеклянных трубок не помешало бы… Много чего надо. Из того, что есть, хлам один остался. Еле как перебиваюсь.

Он разогнул спину, громко хрустнув поясницей.

— Без нужной утвари только простые зелья варить можно. Если серьёзной алхимией заниматься, в Гуратан ехать нужно. Или у торговца заказывать, если ещё в целости довезёт, товар-то хрупкий.

— Будет тебе утварь, — кивнул я. — Отправим Зарру с охраной, пусть потрясут купеческие лавки. Или, быть может, сами в Гуратан наведаемся. Нам скоро много зелий понадобится.

Урзул хитро улыбнулся, вытирая руки о траву.

— Ещё новости у меня есть, Кром. Пока ты там с пленными возился, вернулись разведчики Прохора. Я им копию карты твоей намалевал, чтоб наглядно было. В общем, ходили они к Мёртвым Топям. Рыскали там по старым капищам.

— Ну и что нашли? — подобрался я.

Карта мне давно не давала покоя. Из всех отмеченных на ней мест побывать удалось только в одном — в логове свистуна.

— Кости, — криво усмехнулся Урзул. — Свежие и старые. Целое кладбище костей. И следы когтей повсюду, размером с лопату. Там были Неспящие, Кром. Прохоровские еле ноги унесли. Повезло, что со скал заметили. Сразу дёру дали. Даже деревья, говорят, чёрные стоят. Что-то пробуждается в Глубинах. Раньше эта мерзость держалась своих болот, а теперь лезет оттуда, будто её кто гонит.

Я взглянул в сторону топей. Снова Неспящие. Раньше они появлялись раз в сотню лет, а теперь лезут изо всех щелей. Сначала патруль чуть не пожрали, потом на караван Хрода напали, теперь они уже под боком.

— Ладно, оставим их на десерт, — отрезал я. — Сначала укрепим то, что имеем. Нельзя распылять силы.

Утро следующего дня застало меня на плацу. Я стоял перед построением всего свободного гарнизона.

Выглядела он, как бы мягко выразиться, внушительно и жалко одновременно.

В первой шеренге стояла тяжёлая пехота — полтора десятка самых матёрых орков, которых удалось отыскать в гарнизоне. Броня на них была сборная — у одного только кираса, у другого наручи с разных комплектов.

Вот с чем не было проблем, так это с рожами, встретишь такую в тёмном переулке и схватишься за сердце. Этих ребят я отбирал лично. Они — авангард.

За ними выстроились все остальные: лучники, арбалетчики, бомбардисты, копейщики, мечники. Все вперемешку. И бандиты Хаш’барога, и бойцы острога. Особняком стояли пятёрка гоблов, во главе с Газгатом и два десятка людей Прохора Сапожника.

У первых была отличная слаженность и тактика, вторые превосходно владели маскировкой и луками.

Сбоку примостились орклины. Из тех, кто кроме кирки и лопаты могли держать боевой топор. Неплохое ополчение, если приставить к ним грамотного десятника.

— Почти под сотню клинков, включая тех, кто на стенах, в патрулях и на заставе, — доложил Молох. — Из них половина одарённых.

Цифры внушали уважение. Но глядя на эту ватагу, вряд ли можно назвать её достойной армией.

Скорее, сборище лесных разбойников.

— Ни дисциплины, ни тактики, ни слаживания, — резюмировал я, когда Молох встал рядом. — Опыта войны у них нет. Прут напролом, как стадо кабанов. Против обученных войск они полягут, как трава под косой.

— Согласен, — нехотя признал он. — Прости за прямоту, Кром. Орки Хаш’Барога привыкли грабить слабых, а наши привыкли бить в лоб. Так было всегда. Копейщики не знают, как правильно держать строй. Лучники стреляют вразнобой. Стоит выпустить на них пару варгов — побегут давить друг друга. Нужны десятники. Только где их столько взять?

— Опыт приходит с синяками, — ответил я. — Но ты прав. Нужны сильные десятники, которые будут доводить до бойцов приказы. Причём не палкой, а добрым словом. Кстати, где тот следопыт?

— Хор? — Молох кивнул куда-то в конец строя. — Парень хорош, но молод. Ему бы самому ума набраться.

— Для начала проведём отбор. Всех, кто при должных навыках мог бы потянуть десятку, — я загнул большой палец. — Создадим резерв. Затем обучение навыкам. Ну а потом подведение итогов.

— Подготовлю список к завтрашнему утру, — Молох ещё раз оглядел неровные ряды бойцов. — По родам войск, на каждую десятку.

— Два кандидата у тебя уже есть — Газгат и Прохор. Ещё присмотрись к Горну и Гаяшу. Молодые, но перспективные.

Молох кивнул и пошёл раздавать указания.

Я в очередной раз обвёл взглядом шеренги. Да, народу много, но это стадо с оружием. Чтобы сделать из этого армию, нужны годы.

Только вот у меня нет столько времени. От силы пару недель до того, как соседи поймут, что Гнилые Зубы из гнилых стали… ну, хотя бы целыми.

Надо подумать, что ли, над новым названием для острога…

— Научим, — сам себе ответил я, поворачиваясь к Транну. — Сколько времени уйдёт, чтобы сладить десяток комплектов тяжёлых лат? Кирасы. Шлемы. Ростовые щиты.