Нулевой Отряд (СИ), стр. 45

Ингрид отдельно предупредила, что представлять заражённых безумцами нельзя. Самые опасные сохраняли интеллект, память, профессиональные навыки и способность планировать. Именно поэтому некоторые из них могли долго оставаться незамеченными.

После этого даже Дмитрий некоторое время ничего не спрашивал.

Константин Николаевич, до сих пор почти не вмешивавшийся, положил перед нами три тонкие папки с дополнительными материалами. Дмитрий немедленно открыл свою. Сайто получил небольшое устройство с голосовым управлением и аудиоверсией, после чего Ингрид тут же предложила читать ему лично.

Цесаревич выразительно посмотрел на неё. Сайто провёл пальцами по устройству и отодвинул его в сторону.

— Лично тоже можно.

Я медленно повернул голову к брату, но он почувствовал движение и сразу усмехнулся.

— Даже не начинай.

Ингрид выглядела совершенно счастливой, а мне вдруг очень захотелось убить пару заражённых.

Оставшаяся часть инструктажа продолжалась почти два часа. Большая часть информации оказалась мне знакома хотя бы в общих чертах, зато накопленные Нулевым отрядом наблюдения представляли настоящий интерес. Организация сопоставляла обстоятельства появления заражённых, изменения их дара, поведение перед раскрытием, выбранные цели и способы подготовки массовой гибели. В прежнем мире мы чаще имели дело с конкретной угрозой: находили заражённого, определяли, что он собирается сделать, и старались добраться до него раньше, чем успеет. Здесь кто-то систематически собирал всё, что оставалось после каждого подобного случая, и сравнивал с предыдущими.

Сайто спросил, можно ли определить заражённого заранее, и вот здесь начиналась территория, на которой мои возможности слишком сильно отличались от возможностей остальных.

Ингрид ответила, что существовали поведенческие и физиологические признаки, а также изменения в использовании дара, однако стопроцентного метода у Нулевого отряда не было. Заражённых искали по совокупности событий: необъяснимым скачкам силы, подготовке потенциально опасных происшествий, странностям в поведении одарённых и подозрительным совпадениям. Иногда информацию передавали государства, иногда связь замечали аналитики самого Отряда.

Дмитрий выслушал объяснение и заметил, что при такой системе некоторых заражённых они наверняка вообще не замечают.

— Иногда не замечаем, — спокойно признала Ингрид.

Никаких оправданий. Это мне понравилось.

Константин Николаевич предложил сделать перерыв. На столе почти сразу появилась еда: одна из стен скрывала небольшой подъёмник из кухни уровнем выше. Дмитрий первым добрался до кофе, Сайто выбрал чай, а Ингрид села рядом с ним. Не напротив — рядом. Я заметил это сразу. Она тоже заметила, что я заметил.

— Дейчи, ты слишком напряжён.

— Работа такая.

— Сегодня у тебя выходной. Никто не пытается тебя убить.

— Пока, не пытается. — ответил я.

Сайто рассмеялся, а Ингрид придвинулась к нему чуть ближе. Их плечи соприкоснулись. Брат не отодвинулся.

Вот это уже было предательством.

Дмитрий сел рядом со мной и тихо посоветовал не переживать. После моего взгляда тут же заверил, что Ингрид всё-таки кронпринцесса и в этом смысле партия для младшего брата получалась вполне приличная. Я поставил чашку на стол и не смог сдержать порыв ветра, пронёсшийся по помещению, после чего Умник счёл разумным пересесть подальше.

Ингрид тем временем расспрашивала Сайто о его планах. Когда выяснилось, что он собирается поступать в Бауманку на бюджет, кронпринцесса заинтересовалась ещё сильнее и начала выяснять, почему именно туда. Брат терпеливо отвечал, пока разговор каким-то образом не дошёл до Копенгагена. Ингрид сообщила, что он обязательно должен там побывать, и тут же вызвалась лично показать город.

— До поступления ещё нужно дожить, — заметил Сайто. — А потом свободного времени станет ещё меньше.

— Значит, успеем до поступления.

— Ты быстро планируешь.

— Не люблю откладывать хорошее.

Я всё слышал, но вмешиваться не собирался. Пока. Сайто улыбался, и это лишало меня последних разумных аргументов. Ему восемнадцать. Ингрид тоже совершеннолетняя. Она не пыталась причинить ему вред, не обманывала и даже не особенно скрывала собственные намерения. Формальных причин что-либо запрещать не существовало, что раздражало сильнее всего.

После перерыва нас отвели в другую часть комплекса. Я ожидал увидеть тренировочный зал, но вместо него мы оказались в помещении, больше напоминавшем небольшой ситуационный центр. Большой стол, несколько рабочих мест, экраны на стенах и отдельное место, оборудованное так, чтобы информацией можно было пользоваться без зрения.

— Дар нас тоже интересует, но не в первую очередь, — сказала Ингрид. — С твоей силой всё достаточно понятно. Гораздо интереснее другое.

Она остановилась рядом с Сайто.

— Ты анализируешь операции брата. Находишь связи, которые пропускают другие, работаешь с большими объёмами информации и довольно быстро отделяешь важное от мусора. Проверим именно это.

Брат немного повернул голову в мою сторону.

— Вы и это успели выяснить?

— Мы старались.

Перед Сайто поставили задачу, собранную из нескольких десятков разрозненных фрагментов. Записи телефонных разговоров, время перемещений нескольких людей, банковские операции, сообщения, данные с городских камер, сводки о происшествиях и показания свидетелей. Часть информации сразу перевели в доступный для него формат, остальное зачитывала система.

Условие оказалось простым только на первый взгляд: определить, какое событие готовится, кто из перечисленных людей действительно к нему причастен и где следует искать следующую точку.

Я устроился у стены и приготовился ждать. Через несколько минут понял, что долго не придётся.

Сайто дважды попросил повторить время трёх телефонных разговоров, уточнил расстояние между двумя адресами, после чего отбросил почти половину предоставленной информации как не имеющую отношения к задаче. Дмитрий сначала наблюдал молча, затем подошёл ближе к одному из экранов. Ему тоже стало интересно.

— Третий человек лишний, — произнёс Сайто. — Его специально добавили, чтобы связать две группы. Он слишком хорошо подходит.

Ингрид ничего не ответила.

— Первая группа вообще не знает о второй. Связь проходит через женщину, которую вы указали свидетелем. Только она не свидетель.

Сайто назвал номер записи и попросил воспроизвести её ещё раз. Прослушал несколько секунд и остановил.

— Вот здесь. Она говорит, что приехала домой без двадцати девять. Камера возле магазина зафиксировала её машину в двадцать сорок семь. До дома оттуда минимум восемнадцать минут даже без пробок. Значит, домой она не ехала. Остальные показания подгоняли уже под её версию.

Дмитрий перестал смотреть на экран и посмотрел на брата.

Сайто продолжил. Теперь уже быстрее. Один за другим он начал связывать фрагменты, которые по отдельности почти ничего не значили. Перевод небольшой суммы, отключившийся телефон, две машины, оказавшиеся в одном районе с разницей в семь минут, вызов аварийной службы и человек, который вообще не должен был иметь отношения к происходящему.

Минут через двадцать брат назвал место. Ингрид впервые за всё время проверки не нашлась с ответом сразу.

Константин Николаевич посмотрел на неё.

— Быстрее тебя.

— На четыре минуты, — недовольно сказала кронпринцесса.

— На пять.

— Я округлила.

Сайто улыбнулся.

— Значит, угадал?

— Нет. Угадал бы ты, если бы ткнул пальцем в один из вариантов. Ты его нашёл.

Ингрид посмотрела на меня.

— Теперь понятно, почему почти все твои операции не обходятся без брата.

Я ничего не ответил. Сайто и без меня прекрасно продемонстрировал, насколько силён его разум.

Только после аналитической проверки перешли к дару. Здесь ничего сложного не устраивали. Отряду требовалось увидеть не мощность огня, сомнений в ней ни у кого не возникало, а контроль. Сайто попросили удерживать пламя в заданной области и менять его форму по звуковым сигналам из разных частей помещения.