Нулевой Отряд (СИ), стр. 46

С этим он тоже справился без особых проблем. Слепота никогда не делала его беспомощным. Звук, движение воздуха, температура, память пространства — он давно научился собирать из этого собственную картину окружающего мира. Когда очередной сигнал прозвучал почти у самого пола за спиной, брат даже не повернулся. Просто изменил движение пальцев, и огонь послушно сместился туда, куда требовалось.

Ингрид несколько раз увеличивала сложность, но остановила проверку раньше, чем Сайто успел заметно устать. Подошла, несколько секунд прислушивалась к его дыханию и сообщила, что увидела достаточно.

— С головой у тебя всё значительно опаснее, чем с огнём.

— Это комплимент?

— Огромный.

После чего поднялась на носки и поцеловала его в щёку.

На этот раз удивился даже Сайто. Дмитрий издал странный звук, а Константин Николаевич очень внимательно начал изучать потолок. Я медленно выдохнул, но брат пришёл в себя раньше, чем я успел что-нибудь сказать.

— Дейчи. Даже не думай.

— Я ничего не делаю.

— Вот именно это и пугает.

Ингрид рассмеялась, а я решил, что брат заслужил всё, что с ним происходит.

Следующие несколько часов прошли неожиданно спокойно. Нас провели ещё по двум уровням объекта, показали медицинский блок, тренировочные помещения и комнаты временного размещения. Доступ в большинство коридоров оставался закрытым. Дмитрий постоянно задавал вопросы, но довольно быстро понял, что часть ответов ему пока просто не дадут, и переключился на изучение того, что было доступно. После увиденного за столом он особенно внимательно рассматривал всё, что хоть немного отличалось от привычных технологий, и пару раз откровенно пытался выяснить, относится ли очередное устройство к тем самым «более интересным решениям». Константин Николаевич каждый раз советовал сначала попасть в Отряд.

К вечеру мы вернулись в комнату с искусственными окнами. Карта мира исчезла, а на экране появилась таблица с тремя именами:

Куросава Дейчи.

Куросава Сайто.

Дмитрий Меньшиков.

Ингрид сообщила, что первый этап проверки завершён. Весь сегодняшний день фактически являлся тестом, просто никто не собирался заранее объяснять нам, в какой момент и по каким критериям нас оценивают.

Константин Николаевич коснулся панели. Напротив имени Дмитрия появилась зелёная отметка с надписью «Допущен». Следом такая же загорелась напротив имени Семёна.

— Поздравляю, — сказала Ингрид. — Вы двое переходите на следующий этап.

Сайто воспринял новость спокойно. Дмитрий задержал взгляд на экране, словно ожидал увидеть там какие-то дополнительные данные. Возле моего имени по-прежнему оставалось пустое место.

— А со мной что?

— С тобой сложнее, — ответила Ингрид. — Ты слишком много знаешь.

— Уже второй раз это слышу.

— Потому что проблема никуда не делась. Сегодня ты практически ни разу не удивился там, где должен был. Про Скверну ты знал до встречи с нами, заражённые тоже новостью не стали. При этом объяснять источник информации отказываешься.

Сайто слегка повернул голову ко мне. Вопрос, возникший у него ещё во время рассказа Ингрид о Скверне, никуда не делся. Теперь его озвучили практически прямым текстом, но брат снова промолчал. Разбираться со мной он явно собирался без свидетелей.

Я лишь пожал плечами. Ингрид могла считать мою скрытность проблемой сколько угодно, рассказывать о прежней жизни я всё равно не собирался.

Константин Николаевич снова коснулся панели, и напротив моего имени появилась жёлтая отметка: «Решение отложено».

— Отказ? — спросил я.

— Нет, — ответил он. — Именно то, что написано. Ты представляешь для Нулевого отряда слишком большой интерес, чтобы от тебя отказаться, и слишком много неизвестных, чтобы закрыть на них глаза.

Так звучало значительно разумнее. На этом официальный день закончился.

Нам вернули телефоны и разрешили подняться на верхние этажи. У фонда имелась вполне настоящая столовая, которой пользовались обычные сотрудники. После нескольких часов под землёй непринуждённые разговоры вокруг, запах кофе и люди, совершенно не подозревавшие, что находится у них под ногами, ощущались почти непривычно.

Сайто сидел напротив Ингрид. Она что-то говорила, наклонившись к нему через стол, брат улыбался, а через некоторое время кронпринцесса положила ладонь поверх его руки. И он не убрал свою.

Ингрид провела пальцем по тыльной стороне руки Семёна, после чего предложила ему подняться на крышу. По её словам, оттуда открывался потрясающий вид на вечернюю столицу.

Брат несколько секунд молчал.

— Ингрид, ты сейчас предлагаешь слепому человеку пойти посмотреть на город?

Кронпринцесса ничуть не смутилась.

— Я прекрасно помню, что ты слепой.

— Тогда зачем мне потрясающий вид?

— Незачем. Мне нужен был предлог увести тебя туда, где не будет твоего брата, цесаревича, Дмитрия и вообще кого-нибудь ещё.

Сайто рассмеялся.

— Можно было просто предложить побыть вдвоём.

— Я пыталась быть романтичной.

— Получилось не очень.

— Значит, на крыше попробую ещё раз. — буркнула девушка.

Она по-прежнему держала его за руку и теперь уже совершенно откровенно поглаживала большим пальцем по ладони.

— Так ты идёшь?

Брат немного подумал.

— Иду.

Вот теперь я действительно подавился кофе.

Дмитрий всё-таки не выдержал и рассмеялся. Ингрид повернулась в мою сторону, явно довольная произведённым эффектом и показала язык, а брат спокойно продолжил пить чай, словно только что не согласился добровольно остаться наедине с девушкой, которая с момента знакомства практически не скрывала своих намерений.

Мне оставалось напомнить себе, что Сайто восемнадцать, он далеко не дурак и прекрасно понимает, на что согласился. Последний аргумент почему-то успокаивал хуже первых двух.

Через двадцать минут они действительно ушли. Я остался за столом вместе с Дмитрием и Константином Николаевичем. Цесаревич почти сразу предупредил, чтобы я даже не думал идти следом. Я заверил, что не собирался, после чего исключительно из соображений безопасности поинтересовался наличием камер на крыше.

Камер там не оказалось.

— У вас под землёй база организации, которая охотится на заражённых по всему миру, а крыша не просматривается?

— Она закрыта для посторонних.

— Теперь мне намного спокойнее, — с сарказмом произнёс я.

Дмитрий хмыкнул. Константин Николаевич собирался что-то ответить, когда мой телефон завибрировал.

Номер был неизвестным.

Я открыл сообщение.

Фотография.

Сайто и Ингрид стояли на крыше здания, в котором мы сейчас находились. Кронпринцесса что-то говорила, брат слушал, положив руку на ограждение.

Я увеличил изображение.

Снимали сверху и немного сбоку. Судя по углу — с одного из соседних зданий. Расстояние небольшое, качество отличное. Фотографии могло быть несколько секунд, максимум минута.

Шутить расхотелось.

— Константин Николаевич. Кто знает адрес этого объекта?

Цесаревич сразу заметил перемену в моём голосе.

— Много кто знает. Официально это здание фонда. Почему спрашиваешь?

Я развернул телефон.

Он посмотрел на экран и больше не задавал вопросов. Дмитрий оказался рядом почти сразу, несколько секунд изучал фотографию, затем перевёл взгляд на искусственные окна.

— Это сейчас?

— Да.

Константин Николаевич уже доставал телефон.

Я ещё раз увеличил снимок. Ни Сайто, ни Ингрид, судя по всему, фотографа не заметили. Впрочем, если человек действительно находился на соседнем здании, ничего удивительного.

Гораздо интереснее было другое. Кто-то знал, где располагается один из закрытых объектов Нулевого отряда. Знал достаточно точно, чтобы выбрать подходящую точку наблюдения. И каким-то образом получил номер телефона, который я никому постороннему не давал.

Телефон снова завибрировал.