Нулевой Отряд (СИ), стр. 44

Сайто тоже задумался. Только его, похоже, занимала не сама пластина, а возможности, которые следовали из принципа её работы.

— Если вступим, расскажете?

— Получите доступ к тому, что понадобится для работы, — сказала Ингрид. — А дальше будет зависеть от вас.

Первым процедуру прошёл Дмитрий. Положил ладонь на пластину, серебристая линия по краю вспыхнула ярче, а через несколько секунд погасла. Никаких ощущений, по его словам, не было. Сайто последовал за ним. Когда очередь дошла до меня, я ожидал хотя бы чего-нибудь необычного, но не почувствовал вообще ничего.

Только после этого мы подписали бумаги.

Константин убрал пластину и документы обратно в ящик, а Ингрид встала.

— Теперь можно начинать.

На первом экране появилась карта мира. Сотни точек. Красные, жёлтые, белые.

— Официально этой информации не существует. Большинство правительств знает лишь отдельные части. Некоторые знают больше, некоторые меньше. Полную картину имеют очень немногие.

Ингрид коснулась панели, карта изменилась и на ней появились чёрные точки.

— Скверна.

Сайто повернул голову на незнакомое слово. Дмитрий нахмурился, а я молчал.

— Мы не знаем, откуда она появилась. Не знаем, является ли она живым организмом в привычном понимании, формой энергии или чем-то, для чего у современной науки просто нет подходящего определения. За время наблюдений возникли десятки теорий, но ни одна не получила достаточных доказательств. Поэтому дальше я буду отделять то, что мы знаем, от того, что предполагаем.

На экране появились фотографии из разных стран и разных времён: люди, разрушенные здания, выгоревшие улицы.

— Достоверно известно следующее. Скверна — некая сущность, способная заражать одарённых и постепенно подчинять их себе, превращать в марионетку, подобно тому, как кордицепс подчиняет себе насекомых. Обычного человека, неодарённого, она захватить не способна. Для неё подходят исключительно носители магического дара. Обычные люди могут погибнуть от действий заражённого, но сами заражёнными не становятся.

На экране появился самый обычный мужчина лет сорока, затем снимок разрушенной части небольшого города.

— После заражения Скверна начинает постепенно подчинять носителя и одновременно усиливать его магические способности. Поначалу прибавка может быть почти незаметной, однако со временем она накапливается. Чем дольше человек остаётся заражённым, тем сильнее становится. За несколько десятилетий даже банальность способна вырасти до абсолюта.

Сайто нахмурился.

— И человек всё это время остаётся собой?

— Сначала — да. По крайней мере, ему так кажется.

Ингрид переключила изображение и продолжила объяснять, что усиление происходит одновременно с постепенным подчинением носителя. В начале тот может вообще не понимать, что с ним происходит. Позже появляются изменения в поведении, однако единого набора признаков не существует. Раздражительность, агрессия, исчезновение привычных привязанностей или навязчивые идеи сами по себе ничего не доказывают. Намного важнее то, что решения, которые человек считает собственными, постепенно начинают всё чаще совпадать с тем, что требуется Скверне.

Нулевой отряд сталкивался с заражёнными, понимавшими своё состояние и пытавшимися сопротивляться, с теми, кто до конца отрицал происходящее, и даже с людьми, добровольно принимавшими усиление. Сильная воля позволяла дольше сохранять себя, но известных случаев избавления от Скверны у Отряда не было. Гарантированно от неё могла избавить только смерть.

— А зачем ей вообще носитель? Только ради дара? — спросил Умник.

— Дар — инструмент. Главная задача заражённого значительно проще и хуже.

На экране появились последствия катастроф: разрушенные здания, обрушившиеся конструкции, выгоревшие кварталы, перевёрнутые вагоны.

— Скверне нужны смерти. Чем больше, тем лучше. Каждая человеческая жизнь, которую удаётся забрать заражённому, приносит ей крупицу силы. Поэтому заражённые, сохранившие интеллект и способность планировать, не стремятся убивать людей по одному. Это неэффективно и создаёт ненужный риск обнаружения.

Кронпринцесса увеличила один из снимков.

— Они стараются создать условия для массовой гибели. Авария, пожар, обрушение, техногенная катастрофа — способ зависит от дара носителя, его положения и возможностей. Главная задача одна: добиться как можно большего количества смертей и при этом до последнего оставаться незамеченным.

Дмитрий медленно отложил папку.

— Значит, одиночные убийства им скорее мешают.

— Пока заражённый не раскрыт — да. Сотня смертей для Скверны ценнее одной, а тысяча ценнее сотни. Поэтому разумный носитель способен долго вести совершенно обычную жизнь, если это позволяет подготовить событие с большим количеством жертв.

Сайто до этого слушал молча, но теперь выражение его лица изменилось. Ему понадобилось совсем немного времени, чтобы связать объяснения Ингрид с событиями последних дней. Вчерашний выезд с Вейс, моё возвращение в крови, Косьянов и ночной разговор теперь получали совсем другое объяснение. Не сами события — брат был рядом и знал, что произошло. Теперь он понял, с чем именно мы столкнулись.

И почти сразу понял другое — для меня большая часть рассказанного Ингрид новостью не была.

Сайто повернул голову в мою сторону и задержался на несколько секунд. Спрашивать при всех не стал. Я тоже промолчал.

Ингрид заметила возникшую паузу, но комментировать её не стала. Она объяснила, что после раскрытия заражённого его поведение меняется. Скрытность больше не имеет смысла, и тогда носитель способен начать убивать тех, до кого может добраться, пытаясь перед уничтожением принести Скверне хотя бы небольшую прибавку силы. Это было не основной задачей, а последней попыткой получить хоть что-нибудь после срыва большого плана.

Ещё хуже оказалось то, что сам заражённый тоже становился источником силы. Его смерть также усиливала Скверну, поэтому жизнь носителя имела для неё исключительно практическую ценность. Пока одарённый мог подготовить массовую гибель людей, его имело смысл сохранять.

— Получается, у этой скверны есть единый центр, куда и поступает полученая сила и даже уничтожение заражённого усиливает её? — спросил Дмитрий.

— Да. Но оставлять его в живых из-за этого не вариант. Он продолжит усиливаться и готовить новые смерти. Поэтому наша задача — обнаружить заражённого достаточно рано, чтобы не позволить ему сделать то, ради чего Скверна его захватила.

Я слушал и сравнивал услышанное с тем, что знал раньше. В основных принципах различий почти не было. Скверне нужны одарённые, сила и смерти. Носитель оставался инструментом, пока приносил пользу. Всё знакомо.

Гораздо интереснее было другое. Нулевой отряд располагал огромным массивом наблюдений. Здесь хранились истории заражений, сорванных планов, сведения о носителях, сумевших долго оставаться незамеченными, и наверняка множество вещей, до которых в прежнем мире мы либо не успели добраться, либо просто не имели возможности собрать достаточно данных. Именно ради этого стоило слушать Ингрид внимательно.

Она привела несколько примеров того, насколько опасным становился заражённый, если его дар сочетался с подходящим положением. Управляющий металлом возле железнодорожной инфраструктуры, огневик на крупном промышленном объекте или обладатель подходящей способности внутри городской системы жизнеобеспечения не нуждались в том, чтобы лично убивать сотни людей. Иногда достаточно было один раз использовать дар в нужном месте.

Следующая часть оказалась важнее для Дмитрия и Сайто, чем для меня. Скверна могла годами постепенно увеличивать возможности носителя, но в критической ситуации была способна резко поднять их намного выше текущего уровня. Цена такого усиления оставалась неизменной — неминуемая смерть заражённого. Загнанный в угол носитель становился особенно опасен: если скрываться больше незачем, Скверна могла выжать из него всё сразу.