Нулевой Отряд (СИ), стр. 35

Я распахнул дверь ветром. Коридор был пуст, но снизу уже доносился отчётливый металлический скрежет.

Вейс достала короткий пистолет и первой направилась к выходу. Оставаться в комнате не имело смысла: если Косьянов действительно управлял металлом внутри здания, запертое помещение защитой не являлось. Сайто и Дмитрий пошли с нами, держась позади.

Первого человека нашли возле лестницы. Он был мёртв. Металлическая дверь лежала в нескольких метрах от проёма, а сотрудника Нулевого отряда буквально впечатало ею в стену. Второй лежал на лестничной площадке ниже. Из груди торчал обломок металлического крепления.

Косьянов не пытался вывести их из строя. Он убивал. Вот теперь всё окончательно вставало на свои места. Скверна не тратила усилия без причины. Каждая смерть приносила ей пусть ничтожную, но всё-таки крупицу силы, и если носитель уже перестал сопротивляться, оставлять противников живыми она не собиралась.

Вейс задержалась возле первого тела всего на мгновение, после чего двинулась дальше. Судя по её реакции, объяснять ей причины поведения заражённого не требовалось.

Аура Косьянова находилась этажом ниже. Скверна в ней выглядела гораздо заметнее, чем несколько минут назад. Чёрные нити больше не прятались среди обычной энергии, расползались всё шире и проникали глубже, словно то, что до сих пор скрывало своё присутствие, больше не считало это необходимым.

В моём мире подобное означало ускорение процесса подчинения. Вот только я понятия не имел, насколько здешняя Скверна соответствовала той, с которой приходилось иметь дело раньше.

Мы спустились на один пролёт и увидели Косьянова в конце коридора. Он не выглядел раненым или испуганным. Рубашка оставалась застёгнутой, на лице не было крови, дыхание спокойное. Если забыть про выгнутые стены, сорванные двери и два трупа этажом выше, можно было решить, что полковник просто вышел прогуляться.

Вейс подняла пистолет и приказала Сергею Андреевичу остановиться, держать руки на виду и не делать резких движений. Косьянов послушно замер, но смотрел не на неё. Его взгляд почти сразу нашёл меня.

— Я так ждал тебя Куросава Дейчи.

Теперь уже не оставалось сомнений, что раньше мне не послышалось.

— Моё имя тебе никто не называл. Откуда знаешь?

Полковник улыбнулся.

— Столько лет охотиться на меня и ни разу не задуматься, что однажды я сама начну искать тебя?

У меня внутри неприятно похолодело. Вейс наверняка запомнила каждое слово, но сейчас это волновало меньше другого: говорил Косьянов так, словно знал меня давно.

Я усилил поток воздуха в коридоре, разложив его вокруг полковника тонкими слоями. Руки, ноги, шея, пространство возле тела — любое движение я почувствую раньше, чем успею увидеть.

Косьянов опустил взгляд на собственную ладонь и несколько раз медленно согнул пальцы.

— Странное тело. Сильное, послушное, но слишком ограниченное.

Вот теперь сомнений почти не осталось. С нами разговаривал не Косьянов или, по крайней мере, не только он.

Вейс повторила приказ встать на колени.

Полковник тихо рассмеялся.

— Всё тот же Ликвидатор.

Я ударил первым. Воздушный таран впечатал Косьянова в стену, одновременно из потолка вылетела металлическая полоса, направленная в Вейс. Я перехватил её ветром, но следом сорвались ещё две. Одна прошла выше головы, вторая заставила нас разойтись в разные стороны. Стена за спиной Косьянова выгнулась, принимая часть удара, а затем буквально вытолкнула его обратно в коридор. Металлические панели по обеим сторонам заскрежетали и начали отрываться от креплений.

Дальше времени на разговоры не осталось. Коридор взорвался металлом: арматура выходила из стен вместе с кусками бетона, крепления срывались с потолка, стальные панели превращались в широкие лезвия. Косьянов бил сразу по всем. Вейс ушла за выступ стены, Дмитрий рванул Сайто вниз, заставив его пригнуться за мгновение до того, как над ними прошёл металлический прут.

Сайто не мог видеть атаку, зато слышал свист рассекаемого воздуха и скрежет вырываемого из конструкций железа. Когда следующая пластина сорвалась с креплений, брат успел определить направление и ударил широким потоком пламени. Сталь раскалилась, потеряла форму и врезалась в пол, не долетев до них.

В это время уже отбивал новую атаку Косьянова. Ветер перехватил несколько прутьев, но один прорвался. Я почувствовал его слишком поздно и успел лишь немного изменить направление. Сталь прошла вдоль бедра, распорола ткань и кожу, после чего ушла в стену. Боль пришла почти сразу, но нога держала, а Косьянов уже вытаскивал из стены следующую арматуру.

Продолжать отбиваться одним ветром было глупо. Я потянулся к дару Косьянова, и тот поддался сразу. Металлическая панель, летевшая к Вейс, замерла на полпути, вслед за ней остановился арматурный прут, направленный к Дмитрию, а ещё один я успел развернуть уже возле самого полковника. Косьянов дёрнулся в сторону, и сталь прошла мимо головы. Следующая его атака встретилась уже с собственной силой.

Металл в коридоре обрёл для меня совершенно другое ощущение. Я чувствовал его внутри стен и потолка, в дверях, креплениях и оружии. Косьянов потянул сразу несколько элементов конструкции, я перехватил их и заставил остаться на месте. Он увеличил давление, я ответил тем же, и бетон между нами затрещал. Очень быстро стало понятно, что Косьянов сильнее. Не умелее — именно сильнее. Скверна в его ауре разрасталась с каждой секундой, вливая в носителя всё новые порции энергии. Он уже давно перешёл предел собственных возможностей, но заразе было плевать, выдержит ли тело.

Я отпустил металл и ударил ветром. Косьянова бросило назад, он успел прикрыться стальной панелью, но удар всё равно сбил его с ног. Пока полковник поднимался, я забрал у него силу. Ударило сразу, будто всё, чем Скверна в этот момент могла усилить Косьянова, вместо него попытались втиснуть в меня одним рывком. Перед глазами потемнело, сердце на несколько секунд сорвалось с привычного ритма, по мышцам прошла судорога. Я едва удержался на ногах и всё-таки не выпустил металл из-под контроля. Косьянову досталось не меньше: он рухнул на колено, а чёрные нити в его ауре заметно поблекли.

Сорванная им же панель ударила сбоку, протащила полковника по полу и впечатала в стену. Арматура тут же рванулась следом, но теперь я чувствовал её движение раньше него. Косьянов попытался перехватить управление, стальные прутья задрожали, однако я продавил сопротивление. Первый вонзился рядом с плечом, второй пробил одежду и прижал руку к стене. Полковник выдернул прут вместе с куском бетона и снова атаковал.

После этого мы почти перестали двигаться сами — двигался металл. Косьянов вырывал его из стен, я перехватывал, он направлял в меня, я возвращал. Несколько раз контроль переходил из рук в руки ещё до того, как очередной кусок стали успевал пролететь половину коридора. Скверна тем временем снова наполняла носителя силой. Я видел, как чёрные нити разгораются внутри ауры и Косьянов постепенно возвращает потерянное преимущество.

Когда усиление дошло до предела, я забрал его снова. На этот раз оказался готов, но легче от этого не стало. В грудь словно ударили изнутри. Воздух вышибло из лёгких, виски прострелило болью, а во рту мгновенно появился металлический привкус. Я почувствовал кровь ещё до того, как она потекла из носа. Колени подогнулись, и пришлось опереться ладонью о стену, чтобы не свалиться.

Косьянов пошатнулся сильнее. Его атака рассыпалась, несколько вырванных из стены прутьев с грохотом упали на бетон. Я заставил себя выпрямиться раньше него. Сейчас передышка была роскошью, которую никто из нас получить не собирался.

Полковник снова вырвал арматуру из потолочного перекрытия. Несколько прутьев сорвались вниз, и перехватить все одновременно не получилось. Один направлялся к Вейс. Я развернул его, Косьянов попытался вернуть контроль, и сталь задрожала между нами.

Сайто вмешался в тот момент, когда скрежет металла позволил ему достаточно точно определить положение противника. Пламя широким потоком прошло по коридору, вынуждая Косьянова отшатнуться от жара. Этой короткой заминки оказалось достаточно. Я вырвал контроль, и арматура ударила полковника в живот, отбросив к стене.