Между никогда и навсегда, стр. 3

– Прошлая ночь была…

– Настоящей трагедией. Тебя не должно было быть там… – Он глубоко вздохнул и убрал руку, чтобы свернуть на подъездную дорожку. Но, заглушив двигатель, даже не пошевелился, чтобы выйти из машины. Лишь крепче сжал руль. Прислонился к нему лбом и устремил на меня свои усталые карие глаза. – Тебе невероятно повезло, что ты жива, Ки.

Я отвела взгляд, заметив слезы в его глазах. Мой отец редко плакал. Он был настоящим мужчиной, даже слишком мужественным, носил поло и фланелевые рубашки с брюками цвета хаки.

– Знаю, что повезло.

– Тем не менее весь город говорит о вас с Дексом. Мне никогда не отблагодарить его за твое спасение, но СМИ уже рисуют вас парой. Он – герой, спасший тебя, а затем вернувшийся за братом и подругой. Твой менеджер… Митчелл из Trinity Enterprises считает, что эта история получит широкую огласку и повредит твоему образу, если они не вмешаются.

– Пап, – прохрипела я, резко взглянув на него, – а ты не можешь…

– У всех вас был высокий уровень алкоголя в крови. Кайл погиб, а Габриэлла в коме. Ки, если она и выйдет из нее, то еще несколько месяцев не сможет ходить. Она встречалась с Дексом, но он спас тебя? – Отец задал вопрос так, словно уже знал ответ. Сердце забилось быстрее, мысли метались в поисках слов. Он цокнул языком. – Ты – публичная личность. И по контракту обязана встречаться с…

Это не было прописано на бумаге – всего лишь устное указание. Но мы все знали правду: Trinity Enterprises не позволили бы мне быть ни с кем, кроме Итана.

Дексу следовало спасти Габриэллу. Не меня. Потому что, сделав это, он выставил наши отношения на всеобщее обозрение. И поначалу его изображали героем – парнем, вытащившим любимую девушку из воды. Рискнувшим ради меня жизнью.

– Trinity работает над изменением версии событий, – продолжил отец.

– Пап, что это значит?

– Неважно, Ки! – Он с досадой ударил по рулю и снова уронил на него голову. – Они могут делать все, что захотят, чтобы минимизировать ущерб. И ты должна согласиться, потому что в противном случае нарушишь условия очень крупного контракта, неустойку по которому мы не потянем.

Я промолчала. Не хотела обсуждать ни контракт, ни компанию, но хорошо понимала, что значили для семьи эти деньги.

– Я поговорил с Митчеллом. – Ну разумеется, он поговорил с моим менеджером. – Они готовы дать нам небольшой бонус, если ты переедешь в Нэшвилл…

– В Нэшвилл?! – взвизгнула я. – Пап, я не могу оставить вас с мамой. О чем ты говоришь?

– Я возьму бонус и кое-что улажу. Верну тебя сюда, как только подзаработаю еще немного, – перебирал он варианты, но я уже знала, чем все закончится. Папа всегда пытался спасти положение походом в казино или ставкой у букмекера – и это никогда не приносило результата.

– А что, если я просто буду давать больше концертов? – спросила я, хотя меньше всего этого хотела.

Он помотал головой и посмотрел в окно на наш маленький домик.

– Ки, это нужно ради твоей мамы. Из-за перенесенного инсульта… она больше не сможет работать. А с этим бонусом я смогу обеспечить ей медицинскую помощь.

– Пап, – прошептала я дрожащими губами, – пожалуйста, не заставляй меня уезжать.

– Мы решили, что так будет лучше для тебя и твоей карьеры. Тебе недавно стукнуло восемнадцать. Все будет отлично. Там твой имидж будет в большей безопасности. Ты познакомишься с лучшими в своем деле. И это даст нам небольшую передышку, чтобы мама могла восстановиться.

– Передышку?

– Килани. – Он повернулся и взглянул на меня суровым взглядом, чтобы подчеркнуть серьезность своих слов. – Ты понимаешь, через какое моральное испытание мы все прошли? И после этого ты вдруг оказываешься на вечеринке и пьешь с парнями, с которыми быть не должна. – Его голос увещевал, но слова били прямо в сердце.

– С парнями? Они мои друзья. Наши соседи, пап. Декс и Дмитрий…

– Но они не знают о наших финансовых проблемах и о том, как важна твоя работа для нашей семьи, не так ли? – Он приподнял бровь. – Может, они и друзья, но мы – семья. И должны держаться вместе. Этот бонус поможет. Я сделаю так, чтобы все получилось.

Тон его голоса был таким обнадеживающим. И даже зная, что мы постоянно теряли деньги из-за его увлечения азартными играми, я все равно хотела, чтобы однажды он сорвал джекпот. Хотя бы ради того мгновения счастья. Он так широко улыбался в те редкие случаи, когда возвращался домой с небольшими выигрышами. Вот только остальная часть года была не такой удачной.

– Я верну тебя обратно через несколько месяцев, если в Нэшвилле не срастется, – пообещал он, словно это было в его власти. Много лет назад отец потерял работу в офисе, но каким-то образом умудрялся растягивать наши сбережения после инсульта мамы. Я знала, что он заключал сомнительные сделки – об этом свидетельствовал внешний вид мужчин, появлявшихся теперь у нашего дома, – но не задавала вопросов. Как папа и говорил, мы были семьей.

– Пап, я собиралась поступить в университет здесь. – Я снова попыталась отговорить его. – Я очень хочу быть рядом. У других родители…

– Если это худшее, что я сделаю для тебя как родитель, ты еще поблагодаришь меня, Килани, – строго возразил отец. – Ты можешь учиться онлайн.

– Суть не в этом.

– Суть в том, что у тебя самолет через неделю. Никому не давай никаких заявлений. В твоем новом контракте есть пункт о возмещении ущерба – это значит, что ты не имеешь права опровергать ничего из того, что Trinity опубликует по поводу этой аварии.

Неужели я так сильно облажалась, что голос отца звучал настолько удрученно, настолько разочарованно? Это было невыносимо.

– Пап, я просто хочу, чтобы все наладилось.

– Я знаю, Ки. Знаю. Все наладится. Твоя мама поправится, – уверенно сказал он, и я почувствовала любовь в его голосе. – Мы должны сделать это ради нее. Понимаешь?

Я кивнула, потому что он был моим отцом, и я бы сделала что угодно, чтобы избавить от боли, которую причинила.

– И, Ки, если ты тайком встречаешься с этим Дексом, который тебя спас, покончи с этим. Покончи сейчас же.

Глава 2. Декс

Исчез огонь. Исчезла страсть. На смену им пришел лед.

Безжалостная Килани стала страстью всей моей жизни. Отстраненная. Холодная. Возможно, очень напуганная. Я, черт возьми, не знал.

Авария изменила нас, и я никак не мог вернуть ее прежнюю – несмотря на то, что каждый день торчал у нее дома и интересовался ее самочувствием.

Неделю спустя я подходил к ее дому, но увидел большой черный внедорожник перед ним. У меня уже было в крови – приглядывать за ней с ее чертовым безрассудством. Она часто слетала с катушек, когда приезжали представители лейбла, и становилось ясно: сегодняшний день не будет исключением.

Увидев, как они выкатывают чемоданы, я побежал.

Протиснулся мимо ее хитрожопого менеджера и направился прямиком в дом. Ее мать сидела за кухонным столом и тихо напевала песенку о пляже на Гавайях, где она выросла. Я знал, что это была любимая песня Ки, которую они иногда пели вместе. Голоса Анелы и Ки были настолько похожи, что я чувствовал себя лучше, когда находился на этой кухне и наслаждался мелодией.

Но сегодня эта мелодия была грустной – женщина вытирала слезы. И все же, увидев меня, она улыбнулась.

– Декс, заходи! Дмитрий тебе рассказал?

Анела и не подозревала, что у нас с Килани что-то было. Она думала, я захожу к ее дочери, когда Дмитрия нет рядом, чтобы составить ей компанию, проведать ее, как и полагается хорошему брату и соседу.

– Нет. А что происходит? Дмитрий ведет себя странно.

Ее мать попыталась встать, но после инсульта движения уже не давались с той легкостью, что раньше. Я жестом остановил ее и наклонился, чтобы обнять.

– Я знаю, что ей только-только стукнуло восемнадцать, и она все равно пойдет в университет. Но я эгоистка, понимаешь? Хочу, чтобы мой ребенок был дома.

– Ну конечно, хотите. – Сердце тяжело забилось в груди от смятения и нарастающего страха.