Принцесса без лица. Том 1 (СИ), стр. 82

– Я дойду до своего дома. Приму душ и вернусь.

Калдер кивнул на криминалиста, заканчивавшего оформление двух моих находок.

– А это?

– Отвезешь.

– Я?

– Ты мой напарник.

– Ты всегда вспоминаешь об этом удивительно вовремя.

Криминалист закончил записи, Калдер расписался в передаче и взял запечатанные упаковки.

– Вот коробку от свечей я всё еще не понимаю.

– И не надо. Главное отдай в лабораторию.

– Очень смешно.

– Я не шутила.

Калдер посмотрел на упаковки в своих руках, потом на меня.

– Ладно. Но когда ты наконец решишь, что твою версию можно знать другим, я хочу услышать первым.

– Я поняла.

– Именно этого ответа я от тебя и ждал.

Он понес вещдоки к багажнику служебной машины, но возле задней двери остановился.

– И матери я сегодня скажу, что ты согласилась прийти к нам на ужин.

– Хорошо.

– Удивительно, что ты умеешь быть благодарной.

– Я тебя не благодарила.

– Вот теперь Бренстед вернулась.

Калдер занялся пакетами и багажником, а я направилась к выходу из двора.

Ветер на улице показался сильнее. Он ударил в лицо, потянул холодом между домами и вернул мне запах собственной одежды. Переодеваться и мыться было определенно необходимо.

Глава 35. Ке-Реваль Авернель

Лиорана дождалась, пока слуга закроет дверь, и заговорила.

— Дагоберт, я хочу, чтобы клип сняли с показа сегодня же.

Брат не поднял глаз от газеты, но ответил.

— Доброе утро, Лиорана.

— Я с тобой сегодня уже здоровалась.

— Знаешь, я надеялся хотя бы позавтракать спокойно.

— Ты видел клип?

— Даже дважды.

Я перестал резать мясо. Начало показалось мне знакомым: тот же стол, те же люди, и Эгва выпустила клип, в отношении которого Лиорана требует немедленного государственного вмешательства. Если так пойдет дальше, после каждой премьеры певицы императорские завтраки можно будет начинать одной и той же репликой и экономить время на раздумьях.

Дагоберт нехотя отложил газету и посмотрел на жену.

— Что именно ты предлагаешь?

— Снять его с государственных каналов. Немедленно. И обратиться к частным.

— По какой причине?

Лиорана взглянула на мужа так, словно его вопрос был чистым издевательством.

— Ты спрашиваешь серьезно?

— Да.

— Там групповое изнасилование.

После этой фразы императрицы мое желание иронизировать над ходом семейных завтраков исчезло. Я, как и брат, посмотрел новый клип дважды, оба раза целиком, хотя понимал, что во второй раз ничего нового не покажут и приятнее не станет. На третий раз меня уже не хватило. Удивительно, потому что предыдущую работу Эгвы я до сих пор регулярно пересматриваю.

Иселла осторожно поставила чашку с кофе на блюдце и поддержала свекровь.

— Я согласна.

Тьерен отложил столовые приборы, вытер губы салфеткой и повернул к жене голову. На ней сегодня было светлое платье с высоким воротом. Волосы собраны в легкую придворную прическу, скромные серьги и ухоженные руки с обручальным кольцом. Всё как обычно, только немного излишне бледная и ела явно без аппетита.

— С чем? С запретом?

— С тем, что это нельзя показывать.

— Почему?

Иселла возмущенно вскинула глаза на мужа.

— Тьерен, ты серьезно спрашиваешь?

Племянник кивнул.

— Я хочу понять причины такого твоего мнения.

Иселла перевела взгляд на пустую тарелку перед собой и некоторое время молчала, явно собираясь с мыслями.

— Я видела предупреждение, — наконец ответила принцесса. — До клипа. Там совершенно ясно написано, что все сцены насилия постановочные, актеры и каскадеры работали по согласованной хореографии и никто не подвергался реальному насилию.

На слова девушки первым откликнулся мой второй племянник.

— Да.

— Я знала это.

— Никто не спорит.

— Дельран, не перебивай. А то я запутаюсь…

Принц послушно замолчал и отпил небольшой глоток от своей чашки с кофе.

Иселла повернулась обратно к мужу.

— Я знала, что император в клипе - это актер, Вальдо. Я знаю, что остальные мужчины — каскадеры из команды Эгвы. Я даже помню некоторых из них с ее прошлого шоу. И всё равно мне постоянно приходилось напоминать себе, что это съемка.

За столом все застыли, глядя на жену наследного принца, и ждали продолжения.

Иселла рассеяно провела большим пальцем по краю салфетки.

— Я не знаю, как выглядит настоящее групповое изнасилование. И надеюсь никогда не узнать. Но я поверила, что вижу именно его.

Я отложил нож и вилку, потому что у меня вчера было то же самое. За шестьдесят два года жизни и почти сорок лет службы я видел достаточно вещей, которые нормальный человек предпочел бы не видеть: сгоревшие тела, людей после обрушений, утопленников, то, что остается от машины после столкновения на большой скорости. Сексуальное насилие в мою работу почти не входило, тем более групповое, поэтому профессионального основания объявлять сцену достоверной у меня не было. Оставалась собственная реакция, и она мне не понравилась.

Эгву я никогда не воспринимал слабой. Даже когда впервые увидел ее в нескольких шагах от себя. Тогда я слишком часто смотрел на ее грудь и бедра. Но мужское желание не отменило другого ощущения: она постоянно контролирует пространство. Эгва может сидеть рядом, смеяться, брать меня под руку, касаться моего плеча, но всегда понятно, что это происходит потому, что она так решила, и навязывать ей игру нельзя. В клипе этого ощущения не было. Я знал, что вижу Эгву, и всё равно поверил в юную слабую девушку, которая просто хотела возлюбленного.

— Лэйрен Вальдо в клипе великолепен, — неожиданно заявил Тьерен.

Лиорана недовольно посмотрела на сына.

— Вот сейчас обязательно обсуждать его актерские способности?

— Обязательно.

— Почему?

— Потому что без него сцена не сработала бы.

Иселла медленно кивнула.

— Да.

Такое вступление в разговор матери с сыном перетянуло внимание за столом снова к ней. Девушка коротко поморщилась, словно уже пожалела, что придется объяснять очевидное, и продолжила:

— И самое мерзкое, что он не становится в ее клипе некрасивым до самого конца.

Тьерен благодарно улыбнулся жене.

— Именно. Полностью поддерживаю.

Я невольно согласился с обоими. Не в оценке актерского мастерства, здесь фери разбираются лучше меня, сида, а в собственном ощущении от его образа.

— Вальдо не нобель, но он талантливый актер… — задумчиво проговорила Иселла. — А ее каскадеры? Среди них есть нобели?

Принцессе ответил Дельран, это было скорее по его профилю.

— Ни одного.

Она растеряно посмотрела на брата мужа.

— Но они выглядят...

И не договорила.

— Как нобели, — закончил за нее я.

Иселла бросила на меня взгляд и тут же отвела глаза.

— Да.

Я всю жизнь нахожусь среди нобелей фери. Даже после того, как стало понятно, что из императорской линии я выпал, вокруг остались придворные и слуги, офицеры и представители старых семей, где детям с рождения объясняют, кто первым входит в дверь, кто отойдет с дороги, кто подаст вещь и почему некоторые вопросы фери их положения вообще не приходится задавать. С возрастом правила перестают ощущаться правилами. Зато образуется привычка занимать положенное место и не проверять каждую секунду, имеешь ли на это право.

Именно это я и увидел в клипе. Ничего особенного по отдельности, но вместе они выглядели не актерами, которых нарядили нобелями, а фери, которые в таком порядке выросли.

— Исторический консультант у них был? — перехватила инициативу Лиорана.

— Был, – ответил наследный принц.

— Тогда ничего удивительного, что получилось так убедительно.

— Он консультировал костюм, оружие, конную часть, формальные жесты эпохи.

— А поведение? – уточнила императрица

— По моим сведениям, это ставила и монтировала сама Эгва.