Принцесса без лица. Том 1 (СИ), стр. 20

— А что я должна была сделать?

— Не знаю. Обсудить.

— С кем?

— Со мной.

— Зачем?

Калдер несколько секунд смотрел прямо на меня, потом тяжело откинулся назад.

— Вот поэтому ты зануда.

Я включила поворотник и ушла на развязку.

— Музыка красивая.

Он сразу оживился.

— Вот!

— Голос потрясающий.

— Вот!

— Сюжет глупый.

Калдер замолчал.

Я почувствовала его взгляд.

— Что?

— Ты только что испортила все.

— Я сказала правду.

— Какую?

— Опять фери заграбастали себе всех мужчин. Теперь решили, что своих мало, и добрались до сидов.

Несколько секунд в салоне было тихо. Потом Калдер засмеялся так громко, что мне пришлось немного прибавить звук рации.

— Что?

Он пытался перестать.

— Ничего.

— Тогда молчи тише.

— Подожди. — Калдер вытер глаза. — Ты сейчас серьезно?

— Да.

— Там вообще-то трагическая история.

— Именно. Был нормальный король сидов. Воевал. Почти победил. Потом появилась фери, сначала с ним подралась, потом его убила, а теперь выясняется, что еще и любила.

— Она не просто фери.

— Что существенно меняет ситуацию.

— Повелительница.

— Тем хуже.

Калдер снова засмеялся.

— Марен, ты невозможная.

— Ты уже говорил.

— Потому что ничего не меняется.

Мы проехали под железнодорожным мостом. Асфальт сразу стал хуже. Машину качнуло на выбоине, и Калдер машинально придержал лежавшую у ног папку.

— Осторожнее.

— Дороге скажи.

— Ты за рулем.

— Я не отвечаю за дорожное покрытие.

— Очень удобная система ответственности.

— Пользуйся.

Он положил папку на колени.

— И вообще, она его не «заграбастала».

— Конечно. Он просто оказался ее тайной любовью.

— Не тайной.

— В легенде никакой любви между ними не было.

Калдер повернул голову.

— Откуда ты знаешь?

Вопрос был ожидаемым.

— Потому что после вчерашнего выпуска новостей я прочитала легенду.

Это было почти правдой. Текст древней легенды я читала значительно раньше, когда выбирала основу для клипа. Но уточнять срок не требовалось.

— Ты специально полезла читать древнюю легенду, чтобы потом сказать, что Эгва всё придумала?

— Да.

— И кто после этого из нас странный?

— Ты. Я проверила информацию.

Калдер задумался.

— Ладно. Что там было на самом деле?

— Повелительница фери и король сидов воевали. Последняя битва почти уничтожила обе стороны. Она его убила. После этого остатки истинных фери и сидов ушли за Завесу.

— А когда они были молодыми?

— Никакой подтвержденной встречи в саду нет.

— А татуировка?

— Нет.

— А венок?

— Нет.

— А любовь?

— Я уже сказала.

Он некоторое время переваривал.

— Значит, вообще всё самое хорошее придумала Эгва.

— Практически.

— И ты считаешь это недостатком?

— Я считаю это отсебятиной.

— Это клип.

— Я заметила.

— Она же не исторический документ снимала.

— Тогда зачем в конце дети обсуждают именно эту легенду?

Калдер открыл рот. Закрыл. Потом опять открыл.

— Для сюжета.

— Очень сильный аргумент.

— Ты просто придираешься.

— Возможно.

— Не «возможно». Точно.

Он снова посмотрел в окно, но долго молчать не умел.

— Все равно красиво.

— Я не спорила.

— А как тебе момент, когда она снимает с него шлем?

Я чуть сильнее нажала на педаль газа. Перед нами освободился длинный участок.

— Хорошо сыграно.

— Хорошо?

Калдер произнес это с таким возмущением, как будто я назвала императорский дворец нормальным административным зданием.

— Да.

— Она там так кричит, что у меня кожа дыбом встала.

Я знала. На съемке после этого моего крика несколько секунд не двигался даже оператор.

— Значит, звукорежиссер хорошо сработал.

— Да при чем тут звукорежиссер?

— При звуке.

— Это Эгва.

— Это я тоже заметила.

Калдер посмотрел на меня с явным подозрением.

— Тебе она вообще нравится?

— Как певица?

— Как Эгва.

— Я с ней не знакома.

— Марен.

— Что?

— Нормальные люди могут иметь мнение о знаменитости, не будучи с ней знакомыми.

— Тогда нет.

Он оскорбленно прижал ладонь к груди.

— Почему?

— Я сказала: музыка красивая, голос потрясающий. Чего тебе не хватает?

— Восхищения.

— Зачем?

— Потому что она Эгва.

— Это замкнутая логика.

Калдер помолчал.

— У тебя иногда очень неприятный характер.

— Иногда?

— Хорошо. Часто.

Я пропустила на перекрестке автобус, хотя имела преимущество. Водитель автобуса всё равно уже выехал, а доказывать правила дорожного движения транспортному средству в четыре раза тяжелее нашего я считала неэффективным.

За перекрестком начался уже по-настоящему бедный район. Стены домов - исписаны краской, на первых этажах почти везде стоят решетки. На углу торговали едой из металлического киоска, возле которого трое мужчин в рабочей одежде пили что-то из одинаковых бутылок. Чуть дальше двое патрульных проверяли документы у подростка, а тот разговаривал с ними с выражением человека, который очень хочет закончить свой день собственным задержанием.

Калдер проводил их взглядом.

— Тут дальше налево.

— Я знаю.

— Ты здесь была?

— Нет.

— Тогда откуда знаешь?

Я показала на навигатор.

— Технологии.

— С тобой невозможно нормально разговаривать.

— Ты уже двадцать минут справляешься.

Он потянулся к моей бутылке воды. Я отобрала и перенесла в карман водительской двери.

— Возьми свою.

— Моя пустая.

— Это не делает мою общей.

— У тебя еще половина.

— Поэтому она моя.

Калдер посмотрел на бутылку, потом на меня.

— Жадная.

— Предусмотрительная.

Он полез в бардачок, нашел там старую бутылку, понюхал и поставил обратно.

— Этой, кажется, уже можно кого-нибудь отравить.

— Оставь криминалистам.

— Кстати о криминалистах. — Он открыл папку. — Женщина, предположительно от двадцати пяти до сорока. Частей пока семь.

— По телефону сказали шесть.

— Седьмую нашли под мостом, пока мы собирались.

— Хорошо.

— Голова пока отсутствует.

— Руки?

— Одна кисть есть. Пальцы целы.

Это было лучше, чем ничего. Если жертва имеет документы, судимость, официальную работу или хоть раз попадала в базу с отпечатками, личность могли установить быстро.

— Следы упаковки?

Калдер полистал сообщения.

— Черные строительные мешки. На двух двойной слой. Пластиковые стяжки, обычные. Крови на месте почти нет.

— Значит, привезли.

— Криминалисты думают так же.

— Камеры?

— На въезде в переулок одна. Не работает.

— Конечно.

— На складе напротив есть две частные.

— Запись уже забрали?

— Патруль ждет владельца.

Я кивнула.

Калдер закрыл папку, но через несколько секунд опять вернулся к значительно более важной для него теме.

— А король тебе хоть понравился?

Я посмотрела на него.

— Какой?

— Сид.

— Я помню, что король сид.

— Актер.

— Нормально сыграл.

— Опять «нормально».

— Хорошо сыграл.

— Вот.

— Что «вот»?

— Я же говорил.

— Ты ничего про его актерскую игру не говорил.

— Теперь говорю.

Я повернула в узкий проезд. Здесь пришлось сбросить скорость почти до двадцати: асфальт местами исчезал полностью, между ямами стояла мутная вода.

— Его, кстати, раньше почти никто не знал, — продолжил Калдер. — Тарвен Рейд. Двадцать шесть. Второй уровень. Бывший гимнаст, потом какие-то единоборства. В кино в основном массовка и каскадерство.

— Ты его биографию выучил?

— Вчера в передаче рассказывали.

— Конечно.

— Все сейчас про него рассказывают.