Афера генерала Фераро (СИ), стр. 26
Как раз в этот момент генерал подал ему чашку с кофе. Арман потянул носом, вдыхая аромат.
И вдруг я поняла, что общение полковника Роше с древним артефактом закончилось примерно так же, как и моё сегодня днём. А именно: запах кофе вернул полковнику спокойствие и ощущение счастья, тогда как использование Искателя, похоже, основательно выбило его из колеи.
А внутренний голос ехидно произнёс: «У полковника просто не было рядом твёрдого плеча генерала».
— Я вчера немного посидела с тобой, Арман.
— Я знаю. Пока ты была рядом, я ощущал твоё присутствие.
— Мне показалось, ты спал, — прозвучало так, будто бы я пыталась оправдаться. Но мне показалось, что Арман свою фразу произнёс с укоризной.
Между тем Фераро поставил передо мной чашку ароматного кофе с молоком. Сверху была пенка, немного присыпанная корицей. Это было так по-земному. Я знала, что драконы не любят подобные специи, и с благодарностью улыбнулась Фераро.
Тот взгляд, которым посмотрел на меня Роше, перехватив наши с Фераро переглядывания, мне не понравился. Но у Армана был такой усталый вид, что я решила не обращать внимания на подобные мелочи.
— Мне показалось, ты спал, — повторила я.
— У меня было странное состояние. Я не мог открыть глаз.
Я подумала, что полковнику, наверное, сложно признаваться в собственной слабости, особенно в присутствии генерала. Однако Роше продолжил:
— У меня не было сил открыть глаза, но это и не был сон в полной мере. Я слышал всё, что происходило. Сначала — всё, что происходило у меня в комнате. А когда ты ушла, я почему-то стал слышать всё, что происходило в коридоре. Потом я перестал слышать тебя.
И он осуждающе на меня посмотрел.
Я промолчала: «В конце концов я взрослая женщина и могу ночами, вне рабочего времени делать что хочу».
— Что было потом?
— Потом на какой-то момент я отключился. Проснулся оттого, что мне стало прохладно. Хотя лежать мне нравилось. Воздух был свежий, пахло рекой, травой и землёй. Однако, когда я открыл глаза, надо мной было небо. Настоящее, звёздное — а не лепнина гостиничного потолка. Сначала было хорошо лежать. Мне казалось, я сливаюсь с природой.
А потом мой дракон застонал. И я понял, что, если не встану, то я его потеряю. Что-то, гораздо сильнее всего, что я когда-либо испытывал, словно пыталось меня в себе растворить. Самое ужасное в этом то, что я не смог обернуться. Я с трудом встал. Полз, извиваясь, словно червяк, пока не добрался до воды. Вода освободила меня от этого влияния, и я смог ментально связаться с Инквизицией.
Я слышала, что у высшего руководства инквизиции есть возможность передать сигнал о своём местонахождении.
— Тебя нашли столичные ребята? — спросила я.
— Нет, — ответил вместо него генерал Фераро. — Его нашёл Гарри Фафель.
— Он что, перехватил сигнал?
— Тоже нет. Этот сигнал ему отправили из столицы с просьбой разобраться, что происходит.
— И что сейчас происходит? — спросила я.
— Гарри и его ребята разбираются, что это за место. И, похоже, уже даже разобрались.
— Ты же говорил, там ничего нет? — спросила я генерала, совершенно позабыв о том, что вообще-то решила обращаться к нему на «вы».
— Я тоже не всё знаю, Аврора. Но, похоже, что там есть что-то глубоко под землёй.
— Что, ещё один фундамент ещё одного древнего храма? — спросила я с сарказмом.
— Возможно.
— И теперь там нельзя ходить?
— Я думаю, ходить можно… пока мы не используем божественные артефакты.
Я перевела взгляд с генерала на полковника:
— Вы считаете, что проблема в том, что был использован Искатель? Он что берёт плату? Большую, чем ожидалось?
Мужчины молчали.
— Почему тогда вам, полковник, выдали опасный артефакт?! — не выдержала я.
Но вместо Армана мне снова ответил Фераро:
— Может быть потому, что кто-то очень хочет найти Венец?
Это прозвучало с усмешкой, как будто бы Фераро что-то знал, чего не знаю я и другие «простые смертные».
Причём Арман Роше к «простым смертным» явно не относился.
— Я чего-то не знаю? — спросила я, чувствуя, как в груди появляется что-то злое.
Арман смотрел на меня, потом перевел взгляд на Фераро, устало вздохнул:
— Расскажи ей.
Фераро покачал головой.
— Не перекладывай это на меня, Роше. Я не имею права рассказывать то, чего официально не знаю, — язвительно сказал он.
Арман вытащил из внутреннего кармана тубус с Искателем:
— Хорошо, я сам расскажу. Ты можешь пока убрать это?
— И куда же я его уберу? — снова издевательски прозвучало от Фераро.
— В свой сейф, — тихо произнёс Роше.
Что-то царапнуло меня в этих словах. Но то ли я была настолько выбита из колеи странным разговором, то ли просто устала, но я не обратила на это внимания.
Я взяла чашку с кофе обеими руками и прямо глядя на Армана, спросила:
— Я вас слушаю, полковник Роше.
И Арман честно попытался что-то сказать, но у него ничего не вышло. Изо рта полковника не раздалось ни звука.
— Ты и вправду решил сказать? — спросил Фераро у Армана.
Тот кивнул.
— Тогда я предлагаю завтра отправиться туда, где вас нашли, полковник. — неожиданно прозвучало от генерала.
Я вопросительно на него взглянула.
А вот Роше совсем не был удивлён.
— Я предлагаю побывать там не в рамках расследования, а совместить приятное с полезным. Там шикарный, живописный берег. Почему бы нам… — Он смотрел прямо на меня. — Почему бы нам втроём не устроить там пикник?
— Втроём?! — не сказать, чтобы я удивилась, но решила уточнить.
— Непременно втроём, — с улыбкой ответил Фераро.
Глава 31.
И насколько бы бредово это ни смотрелось… мы действительно поехали на пикник.
Вернее, я убеждала себя, что мы едем на то место, которое определил Искатель. На то самое место, где каким-то непостижимым образом оказался Арман.
Если бы там оказался кто угодно — Милош, Гарри Фафель, да даже сам Фераро, — я бы приняла это как одну из странностей этого мира.
Но Арман…
Он точно не мог там оказаться.
Потому что этот дракон всегда всё предусматривает. Мне иногда кажется, что он в курсе всего, что творится в этом мире. Иногда в его взгляде мне чудится гораздо большее. И не всегда это приятно.
Тем не менее он оказался там. И тоже не знал, как это объяснить.
Я, признаться, думала, что Фераро шутит про «пикник втроём». Но когда из машины вытащили жаровни, а лейтенант Тревор, который вёл машину, поданную для меня и Армана, достал холодильник… ну, вернее, это я его так называла; на самом деле это был короб со специальными артефактами, работавший как холодильник, естественно, без всякого электричества, — я поняла, что пикник всё-таки состоится.
Генерал Фераро, приехавший на своей машине сам, отослал лейтенанта Тревора. И в итоге остались одна машина и мы втроём: я, Арман и Альберт.
И поначалу всё шло нормально.
— Пойдём, покажешь, где ты здесь оказался, — попросила я Армана.
Мы поднялись на утёс, на котором Арман пришёл в себя. Жаровня, генерал Фераро, да и машина, остались внизу.
На утёсе было мало травы. Поверхность представляла собой каменистое плато, поэтому рассмотреть следы было сложно. Никаких явных признаков того, что здесь кто-то появился, не было.
Но потом Арман показал вниз, туда, где под нависающим над берегом утёсом находилась река:
— Смотри, Аврора. Вот здесь. Здесь я полз.
И там действительно были следы того, что крупное тело с трудом пробиралось вперёд: поломанные ветки чахлых кустарников, примятая трава, вдавленные в песок камни.
Можно было отчётливо проследить весь путь, который проделал Арман, прежде чем достиг реки.
Река, которая с утёса казалась изумрудно-зелёной, вблизи оказалась совершенно прозрачной, просвечивающей до самого дна.
Меня всё больше поражал этот регион. Рядом со столицей я ни разу не видела таких рек. Такого цвета могла быть только горная река — когда в воде нет никаких примесей, а её прозрачность обеспечивается необычными камнями на дне и постоянным притоком талой воды с гор.