Ученик бога-лиса (СИ), стр. 33
Сарказм не помог. Трясло.
— Соберись, тряпка, — тихо приказал он сам себе. Прижал ладони к лицу, потер.
Помогло слабо. Если продать квартиру… да, спешная продажа — потеря в деньгах. Черт! Еще и в этом потеря. Ну, или продать без спешки. Заплатить штрафы. Что останется — на реабилитацию. Дальше — работать… пусть даже тот же фриланс, через интернет. Если после этой гнусной истории кто-то рискнет с ним связываться.
Хотелось выругаться вслух, стукнуть кулаком по столу.
В груди разлилось знакомое жжение, заставив остановиться. Что там Цинковский рассказывал — грязная ци? Мутнеет при стрессе — от сильного испуга или злости. Значит, сейчас он и комнату собственную разнесет со злости, и снова откатится в практике.
Яр заскрежетал зубами.
«Ты — просто медлительная черепаха. Ты живешь сотни лет, тебе некуда торопиться. Твоя коляска — это твой панцирь…»
Нет, готовиться каким-то особенным образом не нужно. Всё, что требуется для дыхательных практик и медитации — только сам практикующий. А штрафы… штрафы точно никуда не убегут. Вот откроет глаза — а они на месте.
Да, штрафы никуда не денутся. А наработанный с трудом прогресс — канет запросто. И придется всё начинать сначала.
Ирка зашла лишь, когда он собирался выныривать из пустоты без мыслей. Словно знала, что дергать его раньше не нужно.
— А, ты медитируешь? — она застыла возле двери. — Там Миша пришел…
— Миша? Санин, что ли? — удивился Яр.
— Сказал, что нужно поговорить, — сестра кивнула. — Это ж вроде тот твой знакомый, журналист, да? — она прикрыла дверь, подошла. — Ярик, у тебя проблемы? Что-то этот выпуск странный был, — и нахмурилась. — Ты чего, медитировал?
— Я сейчас выйду, — проговорил парень. Соображать получалось туговато.
— Ладно, я пока твоего гостя чаем напою, — Ирка слегка улыбнулась. — Кажется, Тоторо он понравился, — и вышла, прикрыв дверь.
Санин понравился Тоторо, — повторил Яр про себя, силясь добраться до смысла слов. После медитации — кажется, он даже отключился на какой-то момент от реальности — голова соображала неохотно. Впрочем, ему удалось достичь нужного для медитации состояния! Без мыслей и даже без присутствия в собственном теле. Вон, сам не заметил, как часа три прошло! Или это он так долго письма счастья изучал?
Насколько успешно он сумел подавить вспышку гнева — скажет разве что Цинковский, когда явится.
Прислушался к ощущениям — ничего особенного. Ни тяжести, ни легкости. Просто… словно спал, а теперь проснулся.
Заставил себя встряхнуться. Сонливости не ощущал, а вот реакции явно замедлены. Надо ехать на кухню — нехорошо, что Ирка развлекает Санина в одиночестве. Спихнул своего гостя на сестру.
— Неправ ты, Ярик, — поведал Санин, когда Ирина ускакала.
Заявила — какая-то встреча однокурсников. По поводу то ли курсовика, то ли лабораторных, то ли всего вместе.
Яр только брови приподнял, выжидательно уставился на собеседника. Санин с раздражением хлопнул себя по коленке.
— Да пойми ты! — заговорил он горячо. — Думаешь, ты — единственная жертва Шоу-компани? Ольга нашла еще нескольких людей, с которыми обошлись так же, как с тобой. И они все молчат, они боятся! Ну, в основном молчат по той же причине, что и ты, — прибавил спокойнее, с явным усилием давя запал. — Все они после того, как их кинули, ощущают, что остались в одиночестве. Ольга взялась разматывать этот клубок.
— Ольга забыла спросить тех, на кого это непосредственно повлияет.
— Яр, — начал Санин.
— Миш, погоди. Я сейчас кое-что тебе покажу, посиди, — он покатил в комнату. Вернулся с телефоном. — Вот, посмотри, — придвинул ему экран с перечнем штрафов, открытым в почте. — Миш, мне чтоб расплатиться с этим, придется квартиру в Питере продать! А я ее только сдал. Вот, в эту поездку арендаторов нашел.
— Яр, они не имеют права…
— Миш, ты это их юристам в суде скажешь⁈ — вспылил Яр. — Приставам и коллекторам скажешь, когда меня прессовать начнут? Когда новых штрафов за просрочки накидают. И меня по твоему слову, конечно же, немедленно освободят от всех долгов!
— Яр, не психуй. Я тебе уже говорил, Ольге приходилось браться за подобные дела. И она их выигрывала!
— За чей счет, Миш? За чей счет?
Санин открыл рот, собираясь что-то сказать, но не стал. Вздохнул, покивал. Подвинул к себе остывший чай.
— Ладно, я молчу, — проговорил он устало. — Ты прав. Но и Оля права, Ярик — она работает для того, чтобы таких, как ты, становилось меньше.
— Стоило б напрягаться! Можно просто расстрелять…
— Яр, — укоризненно протянул он.
— Ладно, я тоже молчу, — признал парень. — Давай чай подогрею — остыл.
— Угум, — Санин подвинул ему кружку, и Яр принялся запихивать их в микроволновку. — А насчет Ольги — вариантов у тебя нет, уж прости. Может, ты этого и не хотел. Может, ты ее об этом и не просил. Но теперь выбора у тебя нет. Придется довериться ей и идти до конца, — он сочувственно глянул на парня. — Если нужна какая-то помощь — смело звони мне. Чем смогу — помогу. А насчет коллекторов — не суетись. Чтоб они взялись за тебя, и чтоб пошли пени по просрочке, должно пройти время. Оно пока что не поджимает. Ольга работает. И у нее все шансы добиться правды и в этот раз! Не спеши продавать квартиру, скорее всего, это не понадобится.
— Миш, ты понимаешь, что когда дело дойдет до приставов, продавать ее станет поздно? Продажа — это не дело пяти минут!
— Яр, они не могут обязать тебя выплатить долги целиком одномоментно. Это решается через суд. А ты можешь требовать предоставить тебе время и разделить платеж с учетом твоих доходов.
— Отсутствующих.
— В данном случае этот факт играет тебе на руку. В любом случае, продавать квартиру стоит лишь в том случае, если этого потребует суд. И опять же — ты можешь требовать время и деление долга на отдельные платежи. Будешь выплачивать им по дырке от бублика в год, — он ободряюще улыбнулся. — Но это, скорее всего, не понадобится. А вот платить им что-то прямо сейчас не торопись. Выбить через суд отмену этих нелепых долгов будет проще, чем выбить из этих упырей свои кровные обратно.
Яр досадливо дернул уголком рта. Вспомнив про остывающий снова чай, отпил. Печенье покупала или мать, или Ирка. Песочное, с изюмом. Но сейчас кусок в горло не лез.
— Яр, раз уж Ольга взялась за это дело и впутала тебя. Знаешь, это ее манера, — перебил Санин сам себя. — Лес рубят, щепки летят.
— Прямо в рожу спасаемым, ага, — ввернул Яр.
Журналист на это только вздохнул, стыдить за формулировки не стал.
— Так вот — ты имеешь теперь право на бесплатную юридическую помощь от ее организации. Я могу связаться, найти для тебя юриста.
«Там теперь такой мастодонт пришел на мое место, — вспомнились слова Костика. — Даже не пробуй связываться!»
Костик!
Точно. Юрист от общественников — это хорошо, конечно. Но он посоветуется с Костиком. Может, тот что дельного надумает. Максимум, оценит шансы этих излишне резвых общественников, чтоб им икалось.
— Ладно, в одном ты прав, — неохотно признал Яр. — Выбора у меня теперь нет, — помолчал, потом с досадой хлопнул себя по коленке. — Блин! Ведь всё же нормально было. Жил, никого не трогал. Работать начал, к музыке вернулся. На второй курс реабилитации собрался. С медитациями этими, будь оно неладно, что-то получаться начало. И на тебе! Не одно, так другое.
— В жизни оно так обычно и бывает, — философски отозвался Санин.
«Бывает. У идиотов, что не просчитывают последствий своих поступков!»
Промолчал. И ведь он даже просчитать ничего не мог. Познакомил его приятель с симпатичной блондинкой!
Платиновой блондинкой. Лощеной элегантной красоткой. С задумчивым, отстраненным и таким пронзительным взглядом… таким, что всё из башки вылетело напрочь. Тьфу ты! Интересно, это общий для всех правоведов талант — гипнотизировать жертву, как удав кролика?