Альфы не делят. Кроме неё (СИ), стр. 26

— Ты переходишь границы.

— Я говорю правду.

Его дыхание стало ещё тяжелее. Лоб блестел от пота.И внезапно вся эта сцена перестала быть игрой когда он качнулся. Совсем чуть-чуть. И я поняла — дело уже не в желании. И нет в споре. Температура действительно продолжает расти. Я шагнула к нему быстрее, чем успела подумать.

Через несколько минут я всё-таки заставила его пойти в ванную. Он упрямился, конечно. Врача вызвать отказался категорически. Поэтому я просто наполнила ванную прохладной водой — не ледяной, чтобы не стало хуже.

— Если станет хуже — я вызываю доктора без твоего разрешения, — предупредила я.

— Командуешь, — пробормотал он, опускаясь в воду.

Пар от его кожи почти ощущался. Он сел в ванную, запрокинул голову к плите. Я опустилась на край рядом, касаясь его лба, шеи, проверяя температуру. Горячий. Но уже не раскалённый.

— Всё ещё высокая, — сказала я тихо. — Но хотя бы не растёт.

Он открыл глаза и посмотрел на меня снизу вверх. Мокрые волосы прилипли к вискам, выражение лица стало неожиданно спокойным. Я принесла ему стакан воды.

— Пей.

Он протянул руку, но взял не его, вместо этого он внезапно перехватил моё запястье.

— Рейн, даже не.....

Слишком поздно. Одно движение — и я оказалась в воде вместе с ним. Прохладная волна поднялась и выплеснулась через край.

— Ты с ума сошел?! — выдохнула я, захлёбываясь смехом и злостью одновременно.

Он смотрел на меня так, будто только что выиграл войну.

— Теперь не так холодно.

— Я принесла тебе воды, а не себя!

— Ошиблась с приоритетами.

Я пыталась злится. Правда пыталась. Но он выглядел сейчас настолько... нелепо. Большой, горячий, полуголый, сидящий в ванной с серьезным видом победителя. Я не выдержала и рассмеялась. Он замер на секунду, словно не ожидал этого.

Потом тоже усмехнулся. Тишина стала мягче. Вода ходила кожу. Его руки удерживали меня, но уже не резко — осторожно. И всё равно напряжение не исчезло. Он наклонился первым. Поцелуй в воде оказался другим — медленным. Глубоким. Не спором, не вызовом.

Я почувствовала, как он поднимается. В следующее мгновение он уже стоял, держа меня под ягодицы так, будто я ничего не весила.

— Рейн.... — я обвила его шею автоматически. — Я.... не готова к этому сейчас.

Он тяжело выдохнул. Его грудь напротив моей всё ещё была горячей.

— Мне нужно успокоиться, — сказал он глухо. — И без твоей помощи мне не обойтись.

Его голос уже не звучал как провокация. Это было признание.

— И как ты себе это представляешь? — спросила я тихо, всё ещё чувствуя, как с его кожи сходит жар.

Глава 36. Кто ты?

Я проснулась от тепла. Не от света, не от шума — от его рук. Рейн обнимал меня так, будто даже во сне боялся отпустить. Его ладонь лежала на моей талии, дыхание ровное, лицо — удивительно спокойное.

Во сне он выглядел совсем иначе. Мягче. Без привычной дерзости. Я осторожно провела пальцами по его щеке. Он чуть нахмурился.... и открыл глаза. Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга. Без шуток. Без споров.

А потом он притянул меня ближе и поцеловал. Сон мгновенно рассеялся. Поцелуй был тёплым, ленивым — сначала. Но слишком быстро в нём появилось больше. Его ладони скользнули по моей спине вниз, я сама потянулась к нему, чувствуя, как внутри снова разгорается знакомое пламя.

— Доброе утро, — пробормотал он в перерыве между поцелуями.

— Слишком доброе, — выдохнула я.

Мы смеялись тихо, почти шёпотом, но смех быстро растворился в дыхании. Он перевернул меня на спину — не резко, а уверенно. Его взгляд потемнел, стал сосредоточенным.

Его губы скользнули ниже. Сначала подбородок, потом шея, ключицы. Губы сомкнулись на груди. Рейн нежно посасывал мой сосок, перекатывая второй между пальцами. Провернув тот же манёвр с другим соском его рот отправился ниже, оставляя за собой мокрую дорожку.

Через мгновение его голова снова оказалась между моих ног, он провел носом по моему лобку и широко улыбнулся. Я закрыла глаза, позволяя себе раствориться в ощущениях, в этом утреннем безумии. Я уже ощутила его горячее дыхание у своего женского естества, как в дверь постучали.

Один. Второй. Мы замерли одновременно. Стук повторился. Громче. Рейн выругался — тихо, но так, что смысл был понятен без перевода.

— Игнорируй, — пробормотал он, снова наклоняясь ко мне.

Стук повторился. Настойчивее. Я выдохнула и мягко отстранилась.

— Подожди.

— Кира....

—Это семинар. Люди знают, что я здесь.

Я встала чувствуя, как его взгляд прожигает спину. Быстро накинула халат на голое тело, затянула пояс и пошла к двери. Стук снова. Я приоткрыла.

На пороге стоял Андерсон — один из знакомых адвокатов. Мы пересекались на нескольких процессах, а теперь случайно оказались на одном семинаре. Симпатичный молодой мужчина. Всегда аккуратный. Слишком вежливый. Он неловко улыбнулся.

— Прости за столь ранний визит. Мы собираемся группой на завтрак, думали зайти за тобой.

Я на секунду замялась, ощущая, как да спиной буквально сгущается воздух.

— Да, конечно, — улыбнулась я. — Спасибо, что позвали. Я скоро буду.

— Отлично. Ждём внизу.

Он кивнул и ушёл по коридору. Я закрыла дверь. Медленно. И только тогда повернулась. Рейн сидел на кровати, облокотившись на спинку. Взгляд стал холоднее.

— Симпатичный, — сказал он.

— Коллега.

— Конечно.

Я скрестила руки на груди.

— Мы и раньше собирались группой.

— Утром. В семь. Он пришёл лично.

В его голосе снова звучали те самые нотки — ревнивые, темные.

— Это профессиональное мероприятие, — спокойно ответила я. — Люди завтракают вместе.

Он поднялся. Подошёл ближе.

— А я?

Я посмотрела на него.

— Ты тоже можешь спуститься.

Он чуть усмехнулся, но в этой улыбке не было веселья.

— С удовольствием.

Через десять минут мы спустились вместе. Рейн шёл рядом, слишком близко, будто случайно касаясь моих пальцев. Потом его рука уже лежала на моей талии — не демонстративно, но достаточно уверенно, чтобы это заметили. Внизу уже собралась группа. Андерсон увидел меня первым.

— Кира, — улыбнулся он. — Наконец-то ты пришла.

Я кивнула и, чувствуя, как рядом напрягается Рейн, спокойно сказала:

— Это Рейн. Мой друг.

Друг. Я специально сделала паузу перед словом. Рейн посмотрел на протянутую руку Андерсона, после слишком уверенно пожал. Смотря прямо тому в глаза.

— Приятно познакомиться.

Тон вежливый. Но в нём слышалось: она со мной. Мы сели за стол. Я не успела отодвинуть стул, как Рейн сделал это за меня, подтянув его ближе к своему месту. Почти вплотную.

Несколько женщин за столом откровенно рассматривали его. Он это замечал — я видела. Но не реагировал. Вообще. Его взгляд возвращался ко мне снова и снова. Я потянулась к блюдам, но Рейн опередил меня. Спокойно, будто так и должно быть, наложил мне на тарелку омлет, немного фруктов и тост.

— Ты серьёзно? — тихо спросила я.

— Конечно.

Он придвинул тарелку ко мне ближе. А потом, будто невзначай, добавил:

— Ночь была длинной. Тебе нужно хорошенько поесть.

Я замерла. Андерсон поднял взгляд. Кто-то тихо усмехнулся. Я медленно повернулась к Рейну.

— Очень смешно.

— Я забочусь, — невинно ответил он.

Его колено коснулось моего под столом. Не случайно. Он продолжал поддерживать разговор с мужчинами, обсуждая вчерашние выступления на семинаре, но при этом его ладонь время от времени касалась моей спины.

Ненавязчиво. Почти интимно. И я понимала — он делает это специально. Для окружающих кто смотрит. Для Андерсона. Для меня. Чтобы я чувствовала. Чтобы помнила. Чтобы знала. Что теперь так и будет.

После очередного собрания Рейн предложил прогуляться.

— Нам нужно выдохнуть. — сказал он.

Выдох получился громким. Мы оказались в клубе. Сначала просто выпили — музыка гремела, свет резал глаза, толпа двигалась единым пульсом. Потом начались танцы.