Бюро (не)добрых услуг. Ваши проблемы — наша работа (СИ), стр. 30
Не знаю, что показала мне книга, но я жива и это главное, и я сделаю всё, но не допущу, чтобы увиденное стало реальностью.
Сейчас же нужно выбираться отсюда. Но сперва узнаю, что произошло с Бенни и книгой.
На подгибающихся ногах обошла лабораторию, мельком заглянула в хранилище, полюбовалась на учинённую там разруху.
Какой же силы был выплеск, если он снёс не только двери, но и уничтожил защитные поля, а вместе с ними и большую часть артефактов?
Но хрустальная сфера выстояла. По прежнему сияла. Завораживала.
«Достать высших драконов не удалось. Пришлось обойтись вивернами», — вспомнила слова Бенни, на которые ранее не обратила внимание.
После случившегося со мной они уже не казались такими безобидными. Похоже, этот фанатик переместил живых существ внутрь артефакта. И ведь там есть ещё и два мира с людьми.
Меня мороз продрал по позвоночнику.
Их можно как-то вернуть?
Сорвалась с места в поисках юного гения.
Надежды найти Бенни живым у меня почти не было. Тем сильнее удивилась, откопав его под грудой хлама. С окровавленной головой, изрезанным осколками лицом, но живого. И, что особенно удивительно, едва ли не в обнимку с проклятой книгой.
— И что мне с тобой делать? — Не отказала себе в удовольствии пару раз пнуть парня по рёбрам. Синяком больше, синяком меньше. Ему всё равно.
Нужно сдать его жандармам. Но делать это лично не хотелось. Начнут выспрашивать, что да как, ещё в газетах напишут.
Только я не готова рассказывать о произошедшем всем подряд. Вообще никому не готова!
Такой позор!
И эта книга. Как поступить с ней? Такой безобидной на вид. И полезной, особенно в моём деле. Если ей правильно пользоваться, разумеется. Не давать этому Попрыгунчику больше необходимого, и всё будет хорошо.
Поколебавшись, прихватила книгу с собой и отправилась на поиски денег. А что? Кровь свою я отдала. Заказ выполнила. Всё как договаривались.
Покидала дом Бенни я уже глубокой ночью. Моего экипажа, разумеется, на месте не оказалось, да я и не рассчитывала на то, что возчик станет ждать моего возвращения на протяжении стольких часов.
Прикрыла дверь, понадеявшись, что в особняк не заглянут случайные воры, перехватила тяжёлую книгу поудобнее и, пошатываясь, побрела в сторону города. Добравшись до первого сигнального фонаря, надиктовала адрес Бенни, отправила анонимное сообщение в жандармерию, проигнорировав просьбу представиться, и с чистой совестью отправилась ловить экипаж.
Дома меня встретили оглушительной тишиной.
Маркус и Севиль стояли бок о бок со скрещёнными на груди руками и смотрели с осуждением. Огонёк фыркнул и отвернулся, задрав хвост.
Ну хоть нотации с порога читать не начали, и на том спасибо.
— Что? — Вытащила кошель, не глядя бросила его на стол и, судя по тяжёлому звяканью, промахнулась. — Никто и не обещал, что будет легко. Я выполнила заказ, получила оплату. Очень хорошую, кстати.
Цепляясь за перила, буквально поползла вверх по лестнице. Поскорей бы добраться до постели, лечь и уснуть. Навсегда.
Первым не выдержал Севиль. Отобрал книгу и, подхватив меня за талию, помог дотащиться до спальни.
— Сейчас поесть принесу, — сказал он, сгрузив меня на кровать.
Маркус лишь головой покачал.
— Что за дрянь ты притащила на этот раз? — каркнул он, указывая на книгу.
«Не знаю».
Закрыла глаза, свернулась калачиком.
— Почему ты в таком виде? Где ты была?
«На том свете».
— Надо Осборна звать.
— Нет! — Меня словно пружиной подбросило. Резко села и повторила: — Ни в коем случае. Только не его.
— Сейчас велю эльфу найти ловчего и пусть разбирается с тобой сам.
— Я сказала нет! Пообещай, что никогда не заикнёшься о сегодняшнем дне Осборну.
— Да почему, Грейс!
«Потому что мне стыдно, потому что Эдвард станет смотреть на меня как на неразумное дитя, потому что...»
— Да потому что я дура, Маркус!
Снова легла в прежнюю позу.
Огонёк вспрыгнул на кровать. Прижался горячим боком к моему животу и заурчал, успокаивая.
Обняла кота и провалилась в сон.
Глава 27
— Грейс, ты скоро? — постучал в дверь моей спальни Севиль. — Заказчик ждёт.
— Уже иду, — крикнула я и не сдвинулась с места. Мы в любом случае не опоздаем, а приходить на званые вечера заранее в высшем свете считается едва ли не дурным тоном. Так что пускай Тавалон и дальше ожидает моего появления. Не развалится. А я пока ещё немного покручусь перед зеркалом и полюбуюсь на себя.
Жаль, зеркало маловато и рассмотреть отражение целиком не удаётся.
Ну до чего хороша! И не подумаешь, что ещё пару дней назад прощалась с жизнью.
Мастерицы дома Шармон потрудились на совесть.
Нежного, лавандового оттенка ткань платья таинственно мерцала. Туго стянутый, подчёркивающий изящество талии, корсаж украшала серебряная вышивка, юбка струилась мягкими волнами.
Волосы я уложила в высокую причёску, закрепив её невидимками с жемчужинами на концах. По бокам оставила несколько завитых прядей.
Синяки под глазами и нездоровую бледность припудрила, подрумянить. Если о них не знать, то и не заметишь.
Последний штрих — прикрыть ошейник платком, и я готова.
— Мы можем ехать, — сказала, спускаясь в гостиную.
Севиль окинул меня профессиональным взглядом и присвистнул, Маркус, расчувствовавшись, назвал милой девочкой, Тавалон, перестал опасливо коситься на призрака и уставился на меня.
Сам он, к слову, тоже выглядел очень даже достойно. Чёрный фрак, белоснежная сорочка, начищенные до зеркального блеска туфли.
По дороге к баронессе Тав успел несколько раз повторить инструкции.
— Покорить вашу бабушку и добиться, чтобы Фортуна досталась вам, — оборвала я молодого человека не выдержав. — Я запомнила.
— Простите, Грейс, — стушевался Тав. — Я просто очень волнуюсь. Я ведь не ближайший родственник баронессы. Да, внук, но лишь двоюродный.
— И всё же вы надейтесь получить артефакт? — хмыкнула я.
— Да. И хотя у баронессы есть сыновья и родные внуки, таких как я там будет много.
Отвернулась от собеседника. Вспомнилось, сколько народу толпилось на оглашение завещания тётки. Совершенно незнакомые мне люди. Им не хватило места в кабинете и пришлось предоставить в их распоряжение большую гостиную. Разумеется, основная часть наследства перешла ближайшим родственникам, но и каждый пришедший в тот день в дом покойной графини Ровендрейн получил своё.
— Я понравлюсь вашей бабушке, — пообещала я Тавалону.
В конце концов именно за это мне и заплатили.
Оставшийся путь до поместья баронессы Дартенберг мы проделали в молчании. Тавалон больше не лез ко мне с указаниями, я любовалась видом города, медленно погружающегося в сумерки.
Наконец, мы прибыли на место. Экипаж остановился у широкой парадной лестницы большого трёхэтажного особняка, утопающего в свете магических огней. Тавалон подал мне руку, и с этого момента наш спектакль начался.
Изображая влюблённых, мы прошли в бальный зал, где меня немедленно накрыло блеском свечей, хрусталя и золота. Женщины в изысканных нарядах и дорогих украшениях, мужчины во фраках. Смех, гул голосов, лёгкая музыка. И одна-единственная вальсирующая пара.
Время для танцев ещё не настало, но парочку не интересовало общественное мнение.
Вот значит, где был Осборн, пока меня убивали и пускали на корм хомякам.
Невыносимый ловчий не озаботился подбором костюма. Явился в своём чёрном, наглухо застёгнутом сюртуке. Зато его спутница, молоденькая, не старше восемнадцати лет, блондинка, нежная и воздушная, сверкала россыпью драгоценных камней, которыми были густо усыпаны лиф и юбка платья цвета слоновой кости. Ожерелье, браслеты, тяжёлые серьги, подчёркивающие изящество и хрупкость хозяйки, довершали образ, призывая окончательно добить окружающих своей стоимостью.
На ком-то другом такой наряд выглядел бы неуместно и безвкусно. Но на девушке смотрелся восхитительно и при всём блеске не мог затмить её собственной красоты.