Правила волшебной кухни 11 (СИ), стр. 20

— Удачи вам, синьор Маринари! — крикнул третий и чиновники исчезли.

— Это конец, — прошептала у меня за спиной Джулия. — Всё. Доигрались. Теперь мы потеряем вообще всё.

— Успокойся, — улыбнулся я. — Всё нормально, и я тебе это сейчас докажу.

— Как?

— Сделаю один звонок.

Достав телефон, я налистал контакт «Курлы» и набрал моему старому знакомцу.

— Здравствуйте, синьор Голубь! — поздоровался я. — Скажите, не могли бы вы сбегать в галерею с гербами? Ту, что находится под дворцом? — а следом поставил вызов на громкую связь.

Около пяти минут из динамиков доносился сосредоточенный топот и дыхание Голубя — по всей видимости, парень нёсся со всех ног. И наконец:

— Я на месте, синьор Маринари! — отрапортовал псевдо-пернатый.

— Прекрасно. А теперь не могли бы вы посмотреть на герб семьи Бачокки?

— Момент! — отозвался Голубь. — Сейчас найду, — за чем последовало ещё пять минут топота и одышки. — Нашёл!

— А какого он размера?

— Ну… здоровенный на самом деле, синьор Маринари.

— Благодарю, — сказал я. — Вы меня очень выручили.

Голубь в ответ чуть помолчал, а затем возмущённо спросил:

— И это всё?

— Ну да, — ответил я.

— И ради этого я бегал целые полчаса⁈

— Вообще-то не полчаса, — заметил я. — А всего десять минут. И да, вы мне очень помогли, поэтому я приглашаю вас с семьёй к себе в ресторан. Столик за мой счёт, разумеется. Можем посидеть, пообщаться, познакомиться чуть ближе. Я вам семок насыплю…

— Отлично! — крикнул Голубь. — Уже бегу! Стоп! Семок?

— Шутка юмора, — я аж хохотнул. — Подождите. Давайте не сейчас. Сейчас вы при исполнении, и не хотелось бы срывать вас с работы.

— Ну да, — согласился голубь. — Правильно. Хорошо. Тогда до вечера?

— До вечера, синьор Голубь.

— И это! — опомнился парень. — Синьор Маринари, если вам нужно будет, чтобы я ещё куда-то сбегал, вы сразу же звоните и не стесняйтесь! Вообще никаких проблем!

Рассказать мне о том, что я вообще-то не стеснительный, голубь мне не дал и первым бросил трубку. Я же обернулся к Джулии и спросил:

— Вот видишь?

— Что «видишь»? — девушка похлопала глазами. — Ты только что заставил человека бегать в ростовом костюме. И?

— И раз герб Бачокки не изменился, значит у нас всё в полном порядке. Венеция верит в нас, а ты верь в меня. Я всё решу…

Сказал я это, значит, а сам задумался: может, пора искать вторую работу? Подрабатывать где-нибудь по ночам? А с другой стороны…

— Стоп!

Внезапно я понял, что даже приблизительно не знаю, сколько у меня на самом деле денег. Выручку я считал ежедневно, и не могу сказать, что все финансовые потоки проходили мимо меня, вот только сколько у нас в загашнике я никогда не считал…

Глава 10

Цифры, проценты, дебеты, кредиты. Завалив один из столиков «Марины» документацией, я всё разбирался, разбирался и разбирался в том, чем же на самом деле владею. И чем больше я разбирался, тем больше убеждался в том, что денег нет.

То есть… не совсем так. Деньги есть и их весьма много, просто все они вложены в дело, так что корректней будет называть их активами. Продукты, оборудование, непосредственно сами понтоны, рекламные материалы и так далее и тому подобное. Так уж вышло, что с самого первого дня работы «Марины», я не держал крупных сумм налички на руках. Просто не понимал зачем — чахнуть над ними, что ли?

Всё моё богатство работало, приумножалось, крутилось и едва прокрутившись минуя пит-стоп уходило на следующий круг. И что в итоге? В итоге склады ломятся от запасов, а погреба от вин. Ни единого долга, ни единого кредита, ни единой уступки поставщикам.

Для примера возьмём барный холодильничек — да-да, вон тот, забитый под завязку апельсинами и яблоками, что стоит за спиной у Конана. По идее, его можно было бы не покупать во владение. Но! В таком случае по договору аренды на нём была бы наклеена реклама какого-нибудь богомерзкого энергетика, да ещё и сам энергетик занимал всю верхнюю полку. А это что? Это удешевит всё остальное. Всё равно что доверить условной бабе Нюре разбить небольшой палисадник прямо посреди Петергофа — рядом с фонтаном Самсона вкопать в газон покрышки и развесить повсюду плюшевые игрушки, которые после первого дождя превратятся в декорации для фильма ужаса.

Но это всё лирика. А мне же остаётся лишь признать, что я уникум. Тревожный перфекционист, который ведёт дела не так, как все просто потому что потому. Ведь чаще всего ресторанный бизнес устроен таким образом, что его владельцы стараются сохранить наличку и каким-нибудь образом обременить ближнего своего.

Среднестатистический ресторан всегда берёт продукты у поставщика в долг. Или на реализацию. Или… да как не назови, главное — не платить сразу же. А существующие деньги тем временем раздать людям на зарплаты, — в конверте, мимо налоговой, разумеется, — и как-то просуществовать самостоятельно.

То есть, по сути, бОльшая половина рестораном в прямом смысле этого слова «живёт в долг».

Я же поставил дело по-другому. С самого начала я не просто расплачивался с поставщиками по факту, но ещё и некий дебет у них открывал. Мол, так и так, всё равно же придётся платить, а денежка уже имеется. Приятно ведь? Приятно.

И это всякий раз срабатывало вполне ожидаемым образом — поставщики полюбили работать с «Мариной». Конфликты были сведены к нулю и им не приходилось выклянчивать у наглого клиента свои же собственные деньги, звонить, торопить и шатать свои драгоценные нервы. Как итог: мне всегда предлагали лучшие товары по лучшим ценам. Ещё и обслуживали с искренней улыбкой, что тоже приятно.

То есть я показывал пример не только как префект, но и как ресторатор. Честность и чистоплотность в делах окупалась. Вместо крупных сумм денег на руках я зарабатывал репутацию, а репутация в Венеции стоит дороже золота. Это ж остров! Большая деревня, с которой никуда не деться.

Но вернёмся к активам! Итого: помимо ресторанки, я вложился в клинику Каролайн, ботанический сад имени синьора Сальвана и винокурню Ани. И ни в одном из своих вложений я не разочаровался — всё это было правильно, и всё приносило плоды. Но сейчас, когда меня припёрло…

Короче! Деньги как бы есть, но их как бы и нет. Однако даже если распродаться полностью по адекватным ценам, то мне бы всё равно не хватило на погашение долга Оливаресу. Слишком велика сумма. И чем ближе подходил срок выплаты, тем меньше мне хотелось её выплачивать.

Ситуация гадкая. Все, — абсолютно, блин, все! — вокруг понимают, что Оливарес лжёт. Но Венеция есть Венеция, и с её точки зрения нельзя спорить с каким-то там Судейским Камнем, ведь город стоит на традициях, тем и выживает.

Однако! Вот какое наблюдение: если откровенная сволочь сумела воспользоваться традициями Венеции в своих сволочных целях, это значит что с самим городом не всё в порядке. И потому имеет смысл попробовать выкрутиться, обращаясь всё к тем же законам.

Тем я, собственно говоря, и занялся.

Сперва пригласил к себе ребят из Ордена бухгалтеров и обрисовал им проблему. Потом озадачил дона Базилио. Потом связался с юристами. Как итог — прямо сейчас целая бригада специалистов изучала всю историю Венеции. Начиная от бегства прото-венецианцев от племён вестготов на остров Риальто и заканчивая современностью. Люди искали прецедент, который мог бы перевернуть дело в мою пользу.

Стыдно? Вообще ни капли. Оливарес безо всяких сомнений плохой человек, а плохие люди обязаны страдать.

И более того! Я использовал своё положение для того, чтобы «следственная группа» получила доступ к закрытым библиотечным архивам, в которых могли храниться забытые, но тем не менее действующие своды законов. Или какие-нибудь иные документы, которые можно использовать в деле.

Короче говоря, я как мог подготовился юридически и собрал лучших профессионалов. Дедка за репку, бабка за дедку. Вот только вместо репки Артуро Маринари, а вместо плодородной землицы задницы, из которой нужно меня вытащить.