Их безумие (СИ), стр. 4

Бертон пришел в движение. Именно его член терся о бусину клитора. Осознание, что сейчас во мне находятся сразу два члена, неожиданно приблизило меня к пику.

Я очень быстро поняла, что не могу больше сдерживаться. Все мышцы в моём теле напряглись, запульсировали. Их будто скрутили — я ощутила, как в ноги, в руки и в шею впиваются путы. Меня накрыло оргазмом, волной жара, что разлетаясь под кожей, ударила в затылок колкими иголочками онемения. Я стонала и извивалась, окончательно проваливаясь в темноту, в которой вспыхивали золотистые вспышки.

Обессиленно упала, обвисла на цепях безвольной куклой. Сил больше не осталось, а парни вколачивались в меня поочередно, пока и их не накрыло.

— Эй, девочка. Ты как? — Бертон спустил меня с цепей, а Джастин подхватил на руки, чтобы уложить на диван.

Говорить я была не в состоянии, но на губах моих играла улыбка.

Недоразумение выяснилось буквально через четверть часа после того, как всё закончилось. Я уже была одета и нетвёрдыми шагам шла к своему столику, где меня ожидал недопитый коктейль синеватого цвета. Оказывается, девушка, которую ждали эти двое, опоздала — застряла в пробке, и появилась только что. Каким-то образом в её жизни совпало всё сразу: пробка, разряженный телефон…

Впрочем, я даже не уверена в том, что это было важное совпадение в её жизни. Но оно стало роковым и решающим в моей жизни.

Администратор, краснея и бледнея, пригласил меня в офис руководства, где он и ещё какие-то парни в строгих костюмах умоляли меня не подавать в суд и не давать этой истории огласки.

Они что, идиоты? Огласка? Суд?

Да я в жизни никому не расскажу о том, что случилось. А от мысли о том, что пришлось бы давать показания в суде, к горлу подкатывала тошнота, а ноги сами собой подкашивались. Но даже это сказать вслух я не решалась, и только молчала, глядя на всех присутствующих перепуганными глазами.

Закончилось тем, что мне выписали ВИП-статус на ближайшие полгода, пообещали компенсацию — если, конечно, я соглашусь дать свои банковские реквизиты, то уже к утру кругленькая сумма будет уже там, а на прощание вручили бутылку шампанского «Дон Периньон».

Это было и вовсе смешно. Они что, думают, я захочу отпраздновать это счастливое событие?

Уж точно нет.

Впрочем, мне следовало бы признать: где-то в глубине души я точно не чувствовала себя пострадавшей. То, что случилось в этой закрытой комнате, когда я перепутала дверь, было необычно, странно, но я сама не ожидала от себя, что это будет так нереально захватывающе.

От сильнейшего в моей жизни оргазма ноги до сих пор были словно ватные, а в голове шумело и без всякого шампанского. Придя домой, я поставила свою трофейную бутылку в холодильник, упала в кровать и тут же уснула.

На следующий день, когда я пришла в университет, наши королевы меня обступили.

— Ну что? Ну как? Тебе понравилось? — спрашивали они вроде бы снисходительно и с издёвкой, но я слышала в их тоне явное любопытство.

— Это было интересно. И … познавательно, — проговорила я через паузу.

И улыбнулась тому, насколько это соответствовало действительности. Кое-что новое вчерашним вечером я действительно о себе узнала. Неожиданное, захватывающее, такое, что при одной мысли об этом мурашки бегут по спине.

После занятий девушки позвали меня с собой в кафе — посидеть, посплетничать. Вот это да! Вот это уж точно — удовольствие для избранных.

Я что, уже перестала быть «серой мышью» и меня взяли в звёздную команду?

Вначале я хотела отказаться. Мне нужно было остаться с собой наедине и многое обдумать, а не выслушивать их глупый щебет о том, у кого задница красивее — у Дэниэла, который поёт в рок-группе, или у футболиста Мартина?

Но отказаться я не смогла: раз уж выпала честь попасть в компанию богатых и знаменитых — лучше там и оставаться. Пару часов глупого трёпа я уж как-нибудь переживу. Впрочем, возможно, меня ждёт не глупый трёп, а допрос с пристрастием. Я видела, что их разве что не разрывает от любопытства.

Но стоило нам спуститься со ступеней университета, из роскошного лимузина, припаркованного рядом вышел мужчина, да такой, что наши красотки разом пороняли челюсти, а я и вовсе застыла, как изваяние. Потому что как раз я-то этого мужчину и знала. Очень близко.

Джейкоб.

Один из двух доминантов, с которыми меня свела судьба прошлой ночью. В его руках был роскошный букет. Мужчина направлялся прямо ко мне. Когда он остановился и протянул мне цветы, кто-то из девушек ахнул.

Чёрт возьми! Увидеть их лица в этот момент — это было что-то. Но я едва ли скользнула взглядом по этой компании. Я смотрела на него. Сейчас, в дорогом роскошном костюме он выглядел ещё круче. Я буквально облизала глазами его плечи, бёдра, и почувствовала, как мокро становится в трусиках. А от воспоминаний о вчерашнем мои щёки вообще покраснели.

— Мне кажется, нам пришла пора познакомиться, девочка, — сказал он низким хриплым голосом, от которого позвоночник словно прошило током.

Я, наверное, так и стояла бы, глотая воздух, но он всучил мне букет, а затем практически сгрёб в охапку и повёл в сторону лимузина. Открыл передо мной дверцу и усадил на сиденье. Я ничуть не удивилась, увидев там же и Бертона. Стоило дверце захлопнуться, как я оказалась в его объятиях.

— Мы подумали, — шепнул Бертон мне на ухо, — что вчерашний вечер был слишком хорош для того, чтобы его не повторить.