Худшая адептка, или посмотрим, кто кого, дракон! (СИ), стр. 32
Он даже почти не моргает. Продолжает меня кружить, не замечая, что музыка кончилась. А потом, когда мы оба это осознаем, и я хочу смущенно отстраниться от него, чтобы вернуть себе способность мыслить, Мор вдруг придерживает меня. Наклоняет так, что его дыхание касается мочки моего уха.
— Я хочу рассказать тебе кое-что, — шепчет он, а его низкий голос вызывает дрожь во всем теле.
Уже сейчас я готова растаять, но замечаю еще кое-что, что заставляет собраться. Мор напрягается, и я чувствую это напряжение кончиками пальцев, расположившимися на его плечах.
— Что? — настораживаюсь я.
— Не здесь, — озираясь по сторонам, говорит Эргард, а затем вновь смотрит на меня. И наши лица оказывается так близко, что на секунду он забывает, о чем говорил, но тут же берет себя в руки. — Я зайду за тобой после праздника.
— Куда мы пойдем?
— Пока это тайна, — Мор увиливает от ответа, а затем нас отвлекают старшие.
Даже пытаются пристыдить, что мы забыли о целом мире, который нам завидует.
— А как бодались-то первое время, а потом не разлей водой стали. Я же говорил, что неспроста, — начинают обсуждать взрослые так, будто мы малые дети.
И если я себя сейчас таковой и ощущаю, то Мор, кажется, ни разу.
— Господин Бирд, давайте все же соблюдать приличия, — он умудряется еще и деликатно отчитать местного болтуна, а затем, взяв меня за руку, уводит в сторону.
А у меня сердце разрывается от одного только сплетения наших пальцев. Не уверена, что смогу спокойно провести вечер наедине с Эдгардом.
Но хочу… Безумно хочу!
Об этом и думаю остаток праздника, проводя его в кружении тетушки и ее взрослой компании, среди которых особо много говорит отец Сольвы. Светловолосый важный господин лет сорока пяти — пятидесяти, Тиран Шэрен.
Заскучав, отхожу к столам с едой и напитками, съедаю пару пирожных, как тетушка настигает меня.
— Тебя только что искал Эргард, — говорит она, и я тут же оглядываюсь, но красавца-брюнета в белоснежном камзоле не вижу.
— Где он? — волнуюсь я, а тетушка смеется надо мной.
— Сказал, что будет ждать тебя через полчаса у старого храма, — сообщает она, лукаво на меня поглядывая, а затем становится серьезной. — Отпускаю, но только до полуночи. Поняла меня?
— Поняла, — киваю я и даже обнимаю ее в знак благодарности крепко-крепко.
Не думала, что она меня отпустит, учитывая ее строгий нрав. Но Мору здесь все доверяют.
Пьянея от радости, бегу к назначенному месту встречи, но у старого храма Мора не вижу. Зато там лежит алая роза.
Одна, другая. Собираю целых тридцать цветков, пока иду по каменной дорожке, освещенной ярким белым светом луны. А затем застываю…
Последний цветок лежит у входа в склеп. Это шутка, что ли, такая? Мор ведь знает, что я не люблю места, где есть мертвяки.
— Ну чего ты? Испугалась? — появляется в дверях Эргард, и его белый камзол кажется единственным светлым пятном в темном проходе склепа.
Не хочу туда идти, но Мор протягивает руку и раскрывает ладонь в приглашающем жесте.
— Я приготовил тебе сюрприз. Ни о чем не беспокойся, — говорит он, и я заставляю себя отогнать ненужные подозрения.
Это ведь Мор, а не кто-то другой. Его уважают и взрослые, и дети. Его знаю я!
Он никогда не причинит мне зла.
С этой мыслью и переступаю порог склепа, но чувствую, что с ним что-то не так, когда хочу положить свои пальцы, подрагивающие от волнения, в ладонь Мора. Он как чувствует мое волнение, резко хватает меня, толкает вглубь зала, а сам отступает назад.
Выходит из склепа! А потом — бах! И дверь захлопывается.
— Ты что? Это не смешно! — вскрикиваю я в ужасе, кидаясь к выходу, но тот заблокирован.
Не столько технически, сколько, кажется, магией.
А позади раздается скрежет, будто кто-то из мертвяков ведет когтистыми пальцами по могильной плите… один… второй… третий…
— Линда, — голос Мора вырывает меня из воспоминания, и только сейчас я понимаю, что все это время умудрилась что-то лепетать себе под нос. — Линда, посмотри на меня!
Мор ловит меня, касается моего подбородка. Нежно, не больно, лишь чтоб остановить мои внутренние метания, и смотрит в глаза так, что забываюсь на секунду.
— Я никогда не назначал той встречи в храме, и тем более не передал бы подобную просьбу через твою тетю, — говорит он мне, а я не знаю, чему верю больше: его словам, вполне логичным, или взгляду, касающемуся самого сердца.
Стряхивая наваждение, не хочу спешить с выводами и вновь ошибиться. Осмысливаю услышанное еще раз и… мысленно соглашаюсь.
Мор никогда ни через кого ничего не передавал. Он всегда все говорил и делал сам лично.
Но в тот вечер я была слишком окрылённая счастьем, чтобы это заметить. А потом… Потом я была слишком напугана и слишком зла.
— Но если ты не передавал этого через тетю, то кто ей сказал? — не понимаю я, а у Мора, кажется, уже есть ответ.
— Не думаю, что это вообще была твоя тетя.
— Что? — не понимаю я, а Эргард хмурится. Сжимает кулаки до хруста, но тут же успокаивается.
— В нашем поселении лишь у нескольких хватит денег для того, чтобы обзавестись настолько качественным артефактом, чтобы ты не отличила подделку от настоящего человека.
— Хочешь сказать, что кто-то использовал магию артефакта, чтобы создать…
— Иллюзию, и не одну, — заканчивает за меня Мор, когда я спотыкаюсь на полуслове.
И кажется, у него даже есть подозреваемый.
— Кто? — хочу спросить я, но Эргард опережает.
— Я это непременно выясню, — обещает он.
И судя по тому, как блеснули его глаза, тому, кого он найдет, не поздоровится. Но почему он не назовет его имя сейчас? Может, еще раз спросить?
Сбиваюсь с мысли, когда Мор перестает взглядом испепелять стену нашего каменного дома и вновь смотрит на меня. Даже невольно вздрагиваю от тех искр, что сейчас сверкают в его янтарных глазах.
— Значит, ты все эти годы считала, что я заманил тебя в склеп? — его голос переходит на хрип и резко срывается, будто в горло попал осколок стекла.
Мор корчится. Злится, но не на меня. А на ситуацию.
А я… мне почему-то становится больно на него сейчас смотреть, потому и отворачиваюсь, но слышу его следующий вопрос.
— Поэтому ты злилась на меня, Линда?
Вздрагиваю, тут же оборачиваюсь, и это становится моей роковой ошибкой.
Мор слишком близко. Еще и наклонился так, что наши лица в двадцати сантиметрах дуг от друга. Я ощущаю его дыхание на своей коже. Тело реагирует быстрее разума. Хочу отступить, но нога непослушно подворачивается, а Мор, не упуская шанса, ловит меня за талию. Притягивает к себе, и смущение волнами жара приливает к моим щекам.
— А ты бы не злился? — ворчу я, не знаю, куда себя деть.
Мысли начинают путаться, а пульс шумит в ушах.
— Ты тоже ходил злой, как гоблин, все это время. Еще и непонятно на что! — выпаливаю в свою защиту, отстраняясь от Мора, и тут же ежусь от холода.
В объятиях было куда теплее, но лучше пока так. Чтобы голова работала.
— Непонятно на что? — переспрашивает Мор. — В отличие от фальшивых тети и меня, созданных иллюзией, Кидан Гореш настоящий и пока еще, как сожалению, даже не мертвый.
— А он тут при чем? — хмурюсь я.
Сначала не понимаю, но потом вспоминаю, что ляпнула Мору про жениха со зла, и закрываю ладонью рот.
Боги! Ведь если Эргард не в курсе о случившемся в склепе, то вся эта картина выглядит вообще нелепо. Гуляли, дружили, потанцевали, а потом… Одним прекрасным утром я укатила в столицу со словами: “тут скучно, меня ждет жених”. Вот же… бездна!
— Линда? — зовет меня Мор, видимо, решив, что я малость тронулась умом, раз уж умудрилась хихикнуть в такой напряженный момент.
Но я то от нервов. Или шока? Не знаю уже от чего. Голова трещит!
— Ты решил, что мой брат — это мой жених? — спрашиваю я, и… это выражение лица Мора нужно срочно запечатлеть в памяти. На-веч-но!
— Брат? — переспрашивает Мор и почему-то вместо того, чтобы обрадоваться, хмурится еще сильнее. — Насколько близкий он тебе родственник?