Оставайся мальчик с нами (СИ), стр. 41

— Очень приятно, синьор Марко, — улыбнулся я венецианцу.

— Взаимно, ваше сиятельство, — он снова мне поклонился, и поинтересовался, — я вам не помешаю?

— На самом деле у меня разговор к вам обоим, — я показал ему жестом, что он тоже может присесть, — у меня есть много товара, который можно продать в Венеции за хорошие деньги. Вопрос только его доставки.

— Что за товар? — поинтересовался Марко Контарини.

— Пряности, драгоценности, ткани, — перечислил я главное из того, что мы забрали в Александрии.

— О каких объёмах идёт речь, ваше сиятельство?

— Десятки тонн, может быть сотни, — с лёгкой улыбкой ответил я, — и это не разовая акция, товары будут прибывать постоянно, я готов с вами договориться на то, чтобы вы были моими основными покупателями всего того, что я добуду.

— Простите, ваше сиятельство, — они оба растерялись и переглянулись, — но мы торгуем рабами, у нас нет достаточно кораблей для перевозки столь ценных товаров в Венецию.

— Забудьте синьоры о рабах, — я покачал головой, — я предлагаю вам озолотиться за тот краткий период, пока я буду здесь.

— Простите, что спрашиваю, ваше сиятельство, но откуда вы возьмете столь много товара? — осторожно поинтересовался у меня Алоизий Када-Мосто.

Я поднял руку и показал в сторону гавани.

— Это мои корабли, мои люди и именно я был тем, кто напал на порт Александрии.

Глаза мужчин округлились, а челюсти опустились вниз, и я с усмешкой увидел, как они потрясены услышанным.

— Это ваша эскадра? — переспросил Марко Контарини, с трудом веря в мои слова.

— Моя, — кивнул я, — и я планирую сделать Триполи временной базой для нападения на всё побережье, которое контролируют мамлюки. Я прибыл сюда заработать и всеми силами буду стремиться этого добиться.

Оба венецианца изумлённо переглядывались.

— Хотя конечно, если вам не нужны деньги, я поищу себе других компаньонов, — спокойно заметил я.

— Нет! — тут же ответили они оба, — конечно же мы согласны ваше сиятельство. Просто это не совсем то, чем мы привыкли заниматься, но ради хорошей прибыли, готовы на сотрудничество с вами.

— О, синьоры, прибыль будет, это я вам обещаю, — улыбнулся я, — можете обращаться ко мне просто синьор Иньиго, раз мы с вами договорились о сотрудничестве.

— Что вы предлагаете, синьор Иньиго? — поинтересовался у меня Марко Контарини.

— Я произвёл предварительные расчёты, — ответил я, — чтобы мы все были в хорошей прибыли, и вот что у меня получилось. Вы покупаете у меня товары для продажи, по цене семьдесят пять процентов от их реальной стоимости в Венеции, я также плачу ещё сверху восемь процентов вашей фактории за посредничество и итого, я получаю от вас наличные за каждую проданную партию товара, вы же получаете его от меня по более выгодной цене, чем если бы покупали его у самих мамлюков.

Оба мужчины переглянулись.

— Ваше предложение и правда выше среднего, что мы сейчас имеем, синьор Иньиго, — осторожно ответил мне Марко Контарини, — но насколько вы уверены? Что ваши поставки будут регулярными? Нам придётся привлечь много партнёров, чтобы обеспечить логистику товаров из Триполи в Венецию.

— Поставки будут, синьор Марко, — кратко ответил я, — или думаете я привёл сюда двадцать четыре корабля и почти две с половиной тысячи человек просто проветриться на солнышке?

Они оба улыбнулись, представив себе подобное.

— Вы знаете, я друг Венеции, так что узнав, что здесь фактория Светлейшей, поспешил к вам первым, — заметил я, — но я уверен, что и местные купцы с удовольствием у меня всё купят.

— Простите нашу нерешительность, синьор Иньиго, — тяжело вздохнул Марко Контарини, — но я обычно более осторожно веду дела, а синьор Алоизий Када-Мосто так и вообще здесь оказался больше по случайности. Но зная вашу репутацию, я думаю рискнуть стоит.

— Отлично, синьор Марко! — обрадовался я, — обсудите ещё раз мои условия, но уже вдвоём, посоветуйтесь, если тут ещё есть венецианские купцы, и если будете готовы, то завтра подготовьте договор, а я загляну к вам в это же время.

— Спасибо синьор Иньиго за понимание, — уже свободнее вздохнул он, — просто речь идёт о больших суммах, к которым я не привык.

— Понимая это, я и не давлю на вас, — ответил я, поднимаясь и прощаясь.

— До завтра, синьоры.

— До завтра, синьор Иньиго, — они тоже поднялись и проводили меня к воротам.

Я улыбнулся про себя, видя изумлённые глаза обоих часовых, которые видели, как оба провожающих мне низко кланяются, когда довели меня до самих ворот.

Глава 20

Подходя к таверне, я сразу понял, что дело нечисто. Там толпился народ, а главное, стояли четыре дорогих боевых коня, это я уже научился различать.

«Похоже по мою душу, — вздохнул я и пошёл внутрь».

Так и оказалось. За столом сидели четыре воина, рядом с ними сидели испуганные Юсуф и Фатима, что-то им рассказывая.

— Кто вы и что вам нужно от моих детей? — остановился я рядом, кладя руки на пояс.

Воины, одетые в знакомые мне кольчуги и шишкообразные шлемы, быстро поднялись из-за стола и стали меня окружать.

— Уважаемый господин Инико, — с большим напряжением в голосе сказал один из них, — мы прибыли сюда по приказу вали города Триполи.

— С какой целью? — поднял я бровь.

— Провести расследование о произошедшем в городе Мисурата. Вы можете ответить на наши вопросы?

Я задумчиво на него посмотрел.

— Я простой человек, эмир, — ответил я, повысив его до должности военачальника. Лестью, как известно не испортить речь, как и хлеб маслом, — мало что видел и мало что знаю.

— И всё же, один из стражей нам рассказал, что вы прибыли вместе с ним из зачумлённого города, — осторожно ответил он, — эти дети тоже нам поведали, что вы не из Мисураты.

— Хорошо, я готов ответить на ваши вопросы, — я показал на стол.

— Вы можете убрать ткань с вашего лица? — попросил он, когда мы сели.

Я, не став спорить убрал со своего лица ткань, выполнявшую роль маски, и они удивлённо переглянулись, увидев мою кривую физиономию.

— Господин Инико, — стараясь не смотреть мне прямо в глаза, продолжил воин расспросы, — как вы попали в Мисурату и что вы там делали?

— Я прибыл морем, — не стал я врать, — по торговым делам. Только зайдя в город, я понял, что в нём свирепствует чума.

— Как вы это поняли? — поинтересовался он у меня.

— Пустынные улицы, привязанные и обезвоженные животные, — я пожал плечами, — ну и куча трупов внутри мечети.

— И что вы сделали дальше? — он пристально посмотрел на меня.

— То же, что и любой другой добрый человек, — я пожал плечами, — стал спасать животных, отвязывая их и давая воду. Потом стал искать выживших, так нашёл этих детей.

Воины изумлённо переглянулись.

— Что было дальше уважаемый?

— Я стал убирать трупы с улиц и домов, унося их в ближайший овраг, а также спасать оставшихся животных, — ответил я так, будто этим занимаюсь каждое воскресенье, — вскоре ко мне присоединились остальные выжившие люди, и мы очистили город от трупов и видимо от чумы. Когда я уезжал, никто больше не умер, хотя за это ручаться не могу.

— И вы не боялись заразиться? — напряжённо поинтересовался он у меня.

— Эмир, — улыбнулся я, — я простой человек, моя смерть ничего не решит, но зато моя душа будет спасена, потому что я хотел помочь людям. Спаси их Аллах.

— Спаси их Аллах, — повторил он за мной.

— Это, собственно, всё, что произошло в Мисурате, — сказал я, — ничего интересного для таких доблестных воинов, как вы.

— Вы сами заразились? — напряжённо поинтересовался он у меня.

Я спокойно улыбнулся и ответил вопросом на вопрос.

— Проведя две недели в чумном городе, я сейчас похож на больного, эмир?

Он покачал головой.

— К тому же, если бы я был болен, я бы не притащил чуму в Триполи, — добавил я, — это было бы настоящим безумием.

Он кивнул и сменил тему.