Топить в огне бушующем печали. Том 3, стр. 11

Неудивительно, что ведомство Цинпин благополучно пережило взлеты и падения бесчисленных правящих родов и процветало, пока коэффициент рождаемости «особенных» естественным путем не упал до того уровня, при котором оно прекратило свое существование.

– Им повезло, – покачал головой Шэн Линъюань, и, взяв у Сюань Цзи фонарь, бросил: – Простые… обычные люди, прошу, останьтесь здесь. «Особенные» – за мной. И не трогайте тут ничего.

Впереди хранились подлинные реликвии ведомства Цинпин. И если он не ошибался, то именно здесь крылись истоки Темного жертвоприношения.

004

Из-за недавнего снегопада под землей было сыро, и в сокровищнице стояла неприятная вонь. Со всех сторон доносилось отдаленное эхо, но было неясно, откуда именно шли эти звуки, похожие на жужжание, – словно какие-то твари, перешептываясь в темноте, обсуждали, как бы схватить незваных гостей и вдоволь полакомиться их плотью и кровью.

Подняв ладонь, Сюань Цзи щелкнул пальцами, и на подушечках вспыхнуло белое пламя. С шипением оно метнулось вперед, осветив множество торчащих прямо из глиняной стены призрачных лиц, которые бесшумно вырывались наружу. Некоторые уже успели обрести форму, из уголков их губ сочилась алая кровь.

У Чжан Чжао, который стоял к стене ближе всех остальных, по телу пробежали мурашки:

– Директор Сюань, что это за…

Сюань Цзи, одной рукой сдерживая языки пламени, поднес палец другой к губам, жестом приказывая замолчать.

Из темноты раздался лязг металла. Оперативники заметили несколько боковых помещений, в которых ровными рядами были расставлены доспехи. Блестящие сабли чжаньмадао сверкали так, будто их только недавно наточили. Шлем предводителя этого «вооруженного отряда» был повернут в сторону людей, и детекторы уровня аномальной энергии завизжали как бешеные.

– Задержите дыхание, – распорядился Сюань Цзи.

Достав телефон, он набрал сообщение: «Они тысячу лет человечины не ели и уже чуть ли не проржавели от голода».

Сотрудники Центрального хранилища особо опасных объектов, сопровождавшие оперативников, всю дорогу обливались холодным потом: они наверняка даже половины этого «склада» не прошли, а смертоносных артефактов в нем уже обнаружилось столько, что те могли бы занять не один подземный этаж Главного управления!

Проход постепенно начал сужаться, в конце концов превратившись в довольно узкий тоннель, по которому могли пройти максимум двое, и то плечом к плечу. Никто и представить не мог, куда ведет этот коридор и что ждет их в конце.

Гу Юэси вдруг резко остановилась. В только что созданный рабочий чат пришло торопливо набранное ею сообщение: «Я ничего не вижу».

Ее «рентгеновское зрение» охватывало лишь первые десять метров пути. Она смутно видела какое-то широкое пространство в конце, но его застилал густой непроглядный туман. Вдруг Гу Юэси что-то почувствовала, и волосы на теле девушки встали дыбом.

Бросив быстрый взгляд на экран телефона Сюань Цзи, Шэн Линъюань вышел вперед, поманив остальных за собой.

– Не нужно бояться, – заявил он, – ничего живого там давно не осталось. То, чего ты не видишь, вероятно, скрыто под пеленой законов Неба.

Должно быть, Демон Небес был несъедобен, и оттого подземные существа, готовые напасть в любой момент, никак не отреагировали на его голос. А вот оперативники не то что рот боялись открыть, даже сообщения в WeСhat не осмеливались отправить. Пришлось, подавив в себе все сомнения, с предельной осторожностью идти след в след за Шэн Линъюанем, стараясь не задеть ни кирпичика, ни малейшей песчинки по обеим сторонам узкого коридора.

По мере того как спутники продвигались вглубь, запах сырой земли сменила тяжелая металлическая вонь вперемешку со странными сладкими нотками, от которой к горлу подкатывала тошнота, а под языком собиралась слюна. У некоторых оперативников, не успевших позавтракать, заворчали желудки. Чем глубже вел проход, тем слаще становился запах, и кто-то невольно сглотнул: вегетативная система подала сигнал первой, и людей побросало в жар.

Взгляд Сюань Цзи упал на спину Шэн Линъюаня, и дистанция в метр, которую он старался держать, сократилась. Когда директор Сюань находился рядом со старым демоном, его нервы всегда были на пределе, и это было очень кстати: он вовремя заметил, что они почти поравнялись.

Резко остановившись, он оступился, и Шэн Линъюань, не оглядываясь, сказал:

– Не нервничай. Это всего лишь остаточный запах. Он совершенно безвредный.

– Что…

Не успел Сюань Цзи договорить, как пламя в его руке яростно дрогнуло, и все смутные чувства, возникшие глубоко в груди, испарились вместе с потом.

Спутники оказались в помещении размером со стадион. Потолок, пол, стены – все было сплошь покрыто жертвенными письменами. Повсюду лежали бесчисленные трупы людей и не-людей, и лишь некоторые сохранились так, что можно было разглядеть хоть какие-то очертания. Взгляду прибывших открылись всевозможные виды смертей, превосходящие даже самые смелые фантазии из современных ужастиков. Первой реакцией оперативников стало сомнение: все это не по-настоящему, все это лишь дорогостоящие декорации для какого-нибудь крупнобюджетного фильма!

Привязав детектор к запястью и натянув перчатки, Сяо Чжэн подобрал валявшееся в углу тряпье. Ван Цзэ подошел к нему, и вместе они изучали находку полминуты, прежде чем старина Ван, побледнев от ужаса, отступил на полшага:

– Это…

– Что там у вас? – поинтересовался Чжан Чжао.

Сяо Чжэн с растерянным взглядом застыл на месте. Затем, будто в замедленной съемке, он машинально обхватил «тряпье» обеими руками и с почтением положил его на место.

Грудь Ван Цзэ то поднималась, то опускалась, будто ему было трудно дышать. Сдавленным голосом он проговорил:

– Это… человеческая кожа! Кожа ребенка!

На выделанной, словно меховой воротник, коже едва заметно проглядывали маленькие рот и нос. На экране детектора аномальной энергии высветилось небольшое число, указывающее… что, скорее всего, дитя было «особенным».

Оперативники хором загалдели.

– Вы… выходит… – с трудом забормотал Чжан Чжао, – все это правда…

Не успел он договорить, как тошнота подступила к горлу, и его чуть не вырвало прямо в противогаз.

Не обратив внимания на поднявшийся переполох, Шэн Линъюань, взяв фонарик, принялся изучать стены.

– Ваше величество… это письмена Темного жертвоприношения? – тихо спросила Гу Юэси.

– Тексты жертвенных обрядов, да… но других, – ответил Шэн Линъюань. – Темное жертвоприношение – лишь один из подобных ритуалов, а письмена… можно считать своего рода договором.

– Это и есть договор, – вмешался Сюань Цзи. – Темное жертвоприношение используется для призыва демонов и похоже на стандартную процедуру заключения контракта. В различных темных ритуалах меняются лишь жертвы, посредники и жэньмо, однако суть одна и та же. Помимо Темного жертвоприношения…

Были известны еще жертвоприношения Великому Свету и Демону Небес. В одном случае принцесса из клана демонов-яо принесла себя в жертву ради воскрешения Дань Ли, а в другом восемьдесят и один монах, лучшие из совершенствующихся, призвали Демона Небес.

Однако оба примера были неуместны. Сюань Цзи, окинув Шэн Линъюаня быстрым взглядом, закончил как ни в чем не бывало:

– …есть еще много других. В том числе единственные в своем роде. Здешние письмена я совсем не узнаю, может, они… как бы это сказать… уникальны?

– Тебе эту мерзость знать и не обязательно. – Шэн Линъюань поднял руку, и один из окровавленных иероглифов тут же оторвался от стены. Когда он уже был готов упасть старому демону на ладонь, прежде послушная черная дымка, казалось, вдруг обрела собственное сознание и, закружившись крошечным вихрем, устремилась в сторону символа. Шэн Линъюань, чье лицо не выражало и тени эмоций, лишь слегка склонил голову, и дымка с иероглифом одновременно растаяли в воздухе.

– Простыми словами, жертвенные письмена – это своего рода магнит, которым можно притягивать дурные намерения всего живого и использовать в своих целях. Остается лишь накопить достаточно зла и обменять жертву на все, что пожелаешь, – объяснил Шэн Линъюань.