Изабелла. Королевское сердце, стр. 37

Но есть и несколько дружественных лиц: архиепископ Вьенский, епископ Оранжский — папские эмиссары в Англии. Также — епископы Норвичский и Винчестерский и граф Ричмонд, только что вернувшиеся с переговоров во Франции, где они пытались подлатать дипломатические огрехи Эдуарда.

Король развалился на троне, усталый и недовольный. Они с Изабеллой на мгновение встречаются глазами, и он отворачивается. Совсем как в тот раз, в Булонском соборе. Теперь она знает, что означает этот взгляд. Эдуард смущен.

Она все еще не верит в его злой умысел. Изабелла ожидала подобного от Диспенсера, но не от Эдуарда. Зачем ему так с ней поступать? Все ее слуги, те, кто не бросил ее, сейчас под замком в монастырях. Она совершенно одна.

Прежде он никогда не проявлял к ней жестокости нарочно. Если пренебрегал, то только ее любовью. Но все, совершенное им в последние полгода, проникнуто злобой. Неужели Диспенсер настолько извратил его ум?

— Дражайшая супруга! — с натугой начинает он.

— Ваше величество!

— Надеюсь, вы в добром здравии.

— Могу я сперва справиться о детях?

Эдуард краснеет от злости: как она смеет поднимать вопрос об их отпрысках перед всем собранием?

— Они здоровы и благополучны.

— Я три месяца не виделась с дочерями. Как Эдуард, преуспевает?

Вмешивается старый Хью:

— Не перейти ли нам к более насущным вопросам?

Ричмонд без прикрас обрисовывает ситуацию. Было предложено, чтобы Изабелла прибыла во Францию к своему брату-королю обсудить условия мира. Король Франции обещал сделать принца Эдуарда герцогом Аквитанским, если тот тоже прибудет во Францию и там принесет ему ленную присягу. Эти условия ратифицированы французским советом.

— Это общие принципы. Но подтвердит свои намерения король Карл только в присутствии короля или королевы.

— Невозможно! — кричит Диспенсер. — Если мы выпустим ее из страны, она будет подстрекать французский двор к вражде с нами!

— Тогда ехать мне? — спрашивает у него Эдуард, но Диспенсеру не по нраву и это.

В отсутствие короля кто будет защищать его от баронов и прочих, им ограбленных? Сопровождать Эдуарда, ступать на землю Франции он не смеет: король Карл прикажет повесить его на ближайшем дереве.

— Она — сестра короля Франции и не единожды демонстрировала свои дипломатические таланты, — замечает Ричмонд. — Ее величество королева Изабелла убедила графа Ланкастера примириться с королем, когда гражданская война казалась неотвратимой.

В зале кивают. Диспенсер хмурится.

— Как знать, что мы можем доверять своей супруге? — спрашивает у нее Эдуард.

— Ваше величество, я была вам доброй и верной женой. Как уже было упомянуто, я помогла вам с графом Ланкастером и еще много раз до и после этого. Мне понятна ваша подозрительность, ведь я — француженка по рождению, но довожу до вашего сведения, что мой долг и искреннее желание — служить вам и только вам, с того самого дня, когда мы обвенчались в Булони, дня, который навечно запечатлен в моем сердце!

Папские нунции, епископы Оранжский и Вьенский, кивают и улыбаются: ответ им понравился. У Степлдона такое лицо, будто он съел лимон. Диспенсер понимает, что верховенство в споре от него ускользает. Но что делать? Кто-то должен ехать, король Франции выразился ясно. Иначе Эдуард теряет Гиень. Выбор прост: он или королева.

Старый Хью перекрикивает всех прочих:

— Смею напомнить, что, пока мы тут рассуждаем, Мортимер в Эно [30] собирает войска для вторжения! Местный герцог разрешил ему набирать рекрутов, и на деньги своей жены Мортимер нанимает солдат и в Германии. В данный момент мы не можем позволить себе войну с Францией. Ни при каких условиях.

— Вам это известно? — спрашивает у Изабеллы король.

Ей хочется ответить: я почти пленница, откуда мне знать, что происходит в мире? Но это не совсем правда, да и не такого ответа ждет Эдуард. Она отрицательно качает головой, вздыхает.

— Безумие ее отпускать, — говорит Диспенсер. — Она натворит бóльших бед.

— Милорд, понимаю ваши опасения, — говорит Изабелла, — как и то, что в прошлом у нас случались разногласия. Но в этом вопросе мы единодушны. Мы оба хотим мира для Англии и короля Эдуарда, а эта война во вред как моему брату, так и супругу. Я желаю только, чтобы между нами снова воцарился мир и наша жизнь стала прежней.

Эта маленькая речь изумляет Диспенсера. Ричмонд усмехается, одобрительно кивает. Папский нунций поворачивается к королю.

Бедный, раздираемый противоречиями Эдуард! С куда большей радостью он сейчас чинил бы соломенную крышу, а не сидел тут, обдумывая эту дилемму! Он хватается руками за краешек сиденья, смотрит в потолок.

— Я подумаю над этим, — говорит он.

После чего наконец встает и выходит из зала.

Сегодня воскресенье, и Изабелла как раз молится, когда в часовню входит Элинор. Значит, есть новости! По ее лицу ничего не понять: леди Диспенсер и сама не знает, присутствует ли сейчас при возвышении королевы или при ее погибели.

— Вы едете во Францию, — говорит она.

Изабелла улыбается, благодарит за новость и возвращается к молитве. Сейчас собрать бы самых близких и отпраздновать, но никого не осталось. В Англии — никого.

Глава 41

Ветер холодный, и волны в проливе все в «барашках» пены. Говорят, в ясный день можно увидеть французский берег, но Изабелла не бывала в Дувре в хорошую погоду. Слуги приносят пряное вино и хлеб. Она отказывается от всего. Ждать осталось недолго. Наверстает, когда будет уже на корабле.

Изабеллу сопровождают тридцать крепышей, большинство — шпионы, ряженные в слуг. Джоанна Барская и графиня Уорвик даны ей в наперсницы. У Изабеллы чувство, будто ее вот-вот выпустят из узилища, и она боится, что тюремщики могут в последний момент передумать. Руки у нее трясутся, и она пытается спрятать их под накидку.

— Король Франции предложил сделать принца герцогом Аквитанским, — напоминает ей король. — За это Эдуард принесет вашему брату ленную присягу лично. Взамен вы потребуете, чтобы он вывел войска из Гиени и передал провинцию под наш контроль.

— Этого последнего пункта он не обещал, — уточняет Изабелла.

— Вам и обсуждать детали, — говорит Диспенсер. — Дети ваши остаются в Англии, в залог вашего доброго поведения и намерений.

Эдуард примирительно касается его руки.

— Не будем о залогах! Ее величество прекрасно знает, в чем заключается ее долг, — говорит он, и это первая демонстрация доброты по отношению к ней за много месяцев.

Изабелла кивает в знак благодарности, но ответ ее адресован канцлеру.

— Вы желаете Англии всего наилучшего, — говорит она, — и ваша озабоченность мне понятна. Но я сделаю все от меня зависящее, чтобы привести дело к мирному разрешению.

— Как только это произойдет, юный Эдуард присоединится к вам во Франции, дабы узаконить сделку. Не раньше!

Она смотрит на Эдуарда.

— Я дам вам повод снова доверять мне, ваше величество. Обещаю! И я очень сожалею о наших прошлых размолвках.

У Диспенсера хватает совести при этом покраснеть. Он отстраняется: спровоцировать Изабеллу не удалось. Эдуард опечален. Его терзают сомнения: что, если он заблуждался на ее счет?

И он прав. Еще как заблуждался!

Король подходит к ней уже на причале, в то время как Диспенсер остается немного в стороне. Изабелла прощается, и супруг целомудренно целует ее в щеку. Она тянет время, хотя самой не терпится оказаться на борту. Даже неспокойное море кажется желанным приютом тому, кто бесконечно бродил тенью по башням и садам Виндзорского дворца.

— Помогите мне, Изабелла! — шепчет он.

— Сделаю все, что смогу.

— Сделайте это для меня, и все между нами будет, как прежде. Вам нечего опасаться со стороны лорда Диспенсера. Вы всегда будете моей королевой.