Развод в 46. Любовь тут больше не живет (СИ), стр. 36

прикосновение, каждый взгляд, каждое произнесенное слово, - заявляет нагло, явно упиваясь,

тем как наносит удары по живому. – Я сначала тебя ненавидела, а потом поняла, что ты такое

ничтожество со своей любовью ко мне, к детям, как ты с нами носишься, как стараешься

угодить, что даже ненависти недостоин.

- Так зачем ты столько лет жила? Беременела от меня? Для чего все это?

- Один раз. Твой только Ромка, - широко улыбается. – Я бы и его не от тебя родила. Но один

ребенок был нужен.

Захар зарывается пальцами в волосы. Зажмуривается.

- Я не понимаю… - его накрывает эмоциями, и он изо всех сил старается с ними справиться.

- Она мстила, - отвечает за нее Андрей Степанович. – Мне, твоему отцу.

- Мстила? – Захар округляет глаза. – Объясните?

Я удивленно выгибаю бровь.

- Жаль, Василиса, я не узнал тебя раньше. Ты хорошо постаралась, замела следы.

- А если бы узнал, то что? Расправился бы со мной как с моим отцом? – шипит.

- Василиса? – мы с Захаром переглядываемся.

- Вроде бы подлая девка, но не дура. Такие схемы проворачивала, а даже не попыталась

узнать, кем же на самом деле был твой отец, - усмехается Андрей Степанович.

- Конечно, ты сейчас его оболжешь, скажешь, какой он негодяй был, а ты добродетель спас

мир! Надо же себя обелить в глазах зрителей, - фыркает.

- У меня факты, Василиса. Каждое свое слово я могу подтвердить. Даже твоя мать была в курсе

всего, но предпочла скрыть от тебя истину.

Глава 51

Захар берет стул, садится широко расставив ноги.

- Андрей Степаныч, жги…

Кристина фыркает и отворачивается, всем своим видом показывая презрение.

- Ты знаешь, как твой отец поднялся? Наверняка даже не задумывалась, - уголок губ свекра

дергается вверх. – Василий в молодости занимался торговлей запрещенными препаратами. Должен

признать, вполне успешно. Поднял нехилое бабло, и потом переквалифицировался в бизнесмены.

Вроде бы с прошлым завязал, работал открыто. Мы тогда с отцом Захара уже хорошо на ногах

стояли. Правду о нем выяснили немного позже. На тот момент нас связывало несколько очень

взаимовыгодных контрактов на большие суммы. Пару лет все шло отлично. Потом начались

заминки, недостачи. Мы копнули, и выяснили, что твой отец тырит товар, намахивает нас.

Естественно, начали выяснять. Он каялся, умолял его пожалеть, сказал, что все вернет. Мы

дали ему время, за это время, он кинул нас на огромную сумму. Натравил конкурентов. Тогда мы

стали действовать со своей стороны, щемить его сильнее. На это твоя мать, постаралась

натравить на нас все возможные проверяющие фирмы. Ходила по людям нашего круга и поливала

нас грязью. Покрывая то, что твой отец игроман. Он проигрывал все. Его фирма была в долгах,

на нем висела куча кредитов. И у нас с отцом Захара были огромные проблемы из-за него. Мы

пришли к вам в дом, чтобы он подписал документы, где сознавался в своих махинациях. Фирма,

бабки, мы этого не брали, потому что к тому моменту он был гол как сокол. Нам нужны были его

показания, инфа, как он гадил, и что еще нам ожидать. Он же просил нас еще бабла. Плакался,

чтобы мы пожалели его жену и ребенка. Но даже если мы дали ему бабки, он бы тут же их

спустил. И дом ваш уже к тому моменту принадлежал банку.

- Брехня! – выплевывает Кристина.

- У меня есть бумаги. Спроси у своей матери, которой почему-то было выгодно всем

рассказывать, как ее мужа подставили. Хоть многие на тот момент знали истинное положение

вещей. Когда же твоего отца не стало, мы с отцом Захара переводили твоей матери деньги,

чтобы вы не голодали. Когда ты повзрослела, я лично отправил ей деньги на твое образование.

- Ничего это не было! Нечего себя сейчас обелять! Я всю жизнь заботилась о маме! Она

копейки считала! Если бы у нее были деньги, она бы мне сказала! – кричит Кристина, вытирая

слезы.

- А ты у нее спроси. Я лично могу показать переводы. Я все бумаги сохраняю, - Андрей

Степанович говорит невозмутимо, ни один мускул на лице не дергается.

У меня даже вопроса не возникает верить ему или нет.

Верю.

- Старый козел, ты лишил меня отца, еще и мать очернить пытаешься!

- Кристина, ты хоть понимаешь, что ты натворила, своей жаждой мести? – Захар поворачивает в

ее сторону голову.

- А ты знаешь, как твой папаша подыхал? – она скалится и с жаждой садизма в глазах смотрит

на мужа.

- Ты… - Захар нервно сглатывает.

- Он корчился подо мной. Просил о помощи, нажравшись возбудителей. Так хотел быть героем в

постели со мной, что крякнул, - истерически хохочет.

- Ты спала с моим отцом, - Захар держится за горло. – Ты его… убила…

Он бледнеет. Покачивается. В какой-то момент мне страшно за него становится.

- Не стесняйся, муженек. Можешь расспросить меня про последние минуты жизни своего горячо

любимого папули, - на ее лице дико триумфальное выражение.

Даже мне хочется ее ударить. Со всей силы, чтобы нос сломать. Хотя я уж точно не жестокий

человек.

- Ты сядешь! Я тебя засажу! – рычит Захар.

- Умерь свой пыл, муженек. Он откинулся сам, сам принял таблеточки. А меня там даже не

было, - закатывает глаза. – А то, что я вам тут рассказывала, это так мои фантазии…

- Жаль, что я не пробил раньше, кого ты в жены взял, - вздыхает свекор. – Сколько я всего

упустил.

- Жаль, что я раньше с тобой не разделалась, - фыркает Кристина. – Если бы не ты, никто бы

из этих придурков ничего мне не сделал, и то, что ты забрал у отца, принадлежало бы мне!

Дверь в комнату открывается. На проге стоит Слава. За то короткое время, что я его не

видела, он кажется, лет на десять постарел.

- Я за дверью стоял. Все слышал, - говорит убитым голосом.

- Слав, вот ты хоть не поддавайся! Слышишь! Не дай им себе мозги запудрить! – Кристина

включает свой влюбленный взгляд и награждает им моего мужа.

Глава 52

Святослав

Охрана отца загнала его под дверь. Войти не давали, но он слушал. Смотрел отрешенным

взглядом, как гости жрут угощения, запивают их напитками и бесконечно обсуждают.

Так гадко.

Слава вновь ощутил себя за бортом. Он никогда не принадлежал к ним. Ненужный ребенок,

которого из жалости не выкинули. Он жилы рвал, стараясь стать своим. А итог – отец снова

показывает ему его место.

А ведь он уже взрослый мужик, не мальчик, которым можно помыкать.

Регина вместо того, чтобы поговорить, устроила представление. Вылила все грязное белье

семьи, и при этом оказалась чистой. Да такой чистой и красивой, что Слава невольно слюну

сглатывал желает ее так сильно, как никогда даже в молодости.

Его сын… такого предательства он не простит. Чем Илья думал, почему так поступил? Не важно,

он предатель.

Мысли у Славы путаются. Его кидает от одной стороны к другой.

Рассказ про Кристину. Про то, что она пережила. Даже если отец сказал правду, хотя Слава

уверен, он скрыл свои гнусности, выставив себя благодетелем. Но все же она очень многое

пережила.

Для нее ее отец был идеалом. Она любила семью, и тут оказаться на обочине. Слава понимал ее

месть, ее желание забрать свое. Он всю жизнь над этим бьется, пытаясь заслужить то, что его

по праву рождения.

Даже ее связь с его сыном… это мерзко, но Слава может понять. Кристина очень сильно вошла

во вкус мести, она уже не могла остановиться.

Сейчас он смотрит ей в глаза, глубже, в душу заглядывает. Израненную, преданную, избитую.

Она жила со своей болью. Пронесла ее через всю жизнь, как и Слава.

Они похожи, они связаны прочной нитью, которая сейчас отчетливо ощущается.

Да, он может злиться, в какие-то моменты, она может быть ему противна. Если подумать, что