Измена. Мы (не) твои (СИ), стр. 28
У меня аж дыхание спирает.
Они согласны сделать мое имя брендом?
Я ведь медлила с реализацией своей идеи именно потому, что новичков обычно не принимают всерьез. И как бы хороша и талантлива не была работа, ее скорее припишут бренду. А самому создателю выпишут премию и оставят не у дел. И меня такой расклад не устраивал. Может показаться слишком эгоцентрично. Но конкретно с этой моей первой коллекцией я бы хотела быть связана сама. Она ведь и правда получилась слишком личной. Разве могла я ее продать за какие-то там, пусть даже щедрые откупные?
А эта женщина говорит просто о каких-то царских условиях!
Даже если мне не будет полагаться гонорар, и я начну зарабатывать только, когда коллекция начнет продаваться. Вернее если. Если начнет продаваться.
Но ради своей мечты я готова и бесплатно потрудиться. Лишь бы увидеть свое имя на бирке.
Это же просто волшебно!
— В любое время могу, — выдавливаю я, вне себя от счастья.
— Договорились, — голос этой женщины с каждым ее словом начинает казаться все приятнее. — Тогда я вышлю вам адрес и время встречи в сообщении. Всего доброго.
— И вам, — почти пищу я от восторга.
Кладу трубку и несколько секунд стою и пытаюсь осознать, что это вообще было.
Еще минут десять назад я считала этот день едва ли не худшим в жизни. Но теперь один звонок все перевернул с ног на голову и я не могу перестать улыбаться.
Боже, как хорошо мне сейчас.
Хоть бы только все получилось.
Если мне удастся пробиться в мир моды, то мой сынок точно ни в чем нуждаться не будет.
Не помня себя от счастья шагаю к лифтам, когда меня окликает консьержка:
— Васенька, а где же вы с Даней были целую ночь? — она озабоченно рассматривает меня с головы до ног. — Я волновалась, что вы так долго не возвращаетесь.
— Так ведь нельзя было возвращаться, — пожимаю я плечами. — Вот мы и перекантовались у знакомых.
— Почему нельзя? — она отмахивается. — Да та тревога была всего минут двадцать и сразу обратно все пошли.
— Правда? — хмурюсь я, вспоминая слова бывшей свекрови: — Кстати я слышала, что это нарочно кто-то включил. Правда что ли?
Вахтерша вздыхает как-то виновато:
— Раз ты уже знаешь, то и врать не стану.
— И кому же такое в голову могло прийти? Что за детские развлечения? Заняться больше нечем? — негодую я.
— Да поди ж этих богачей разгадай. Он видать считает, что раз здание его, то и все люди теперь в его власти, — сетует консьержка. — Но разве ж с таким поспоришь? Этот Руслан Алексеевич вообще ни бога, ни черта не боится. Что хотят, то и воротят! Никакой управы на него нет.
Руслан?!
Так это он устроил? Из-за… меня что ли?
Ну уж я найду управу на этого невоспитанного мерзавца!
Глава 36. Руслан
Вхожу в квартиру, стараясь не шуметь, на случай если малой спит. Но в доме так тихо, что даже будто слух режет. Подозрительно…
Сунув букет подмышку толкаю дверь в свою спальню, уже догадываясь, что никого там не найду. Так и есть. Кроватка пустая. Как и моя кровать.
Сбежала все-таки. А я как дурак понадеялся, что захочет остаться со мной по доброй воле. Потому даже Жору не стал оставлять в этот раз. Надеялся, что заинтересовал ее, хоть немного ей открывшись. Но очевидно я недооценил упрямство этой заразы.
Как же она меня бесит. Сил нет.
Хотя может я сам виноват? Напугал может? Поторопился слишком.
Я ведь обещал себе, что в руках себя держать буду. А сам набрасываюсь на нее как зверь какой-то.
Ладно. Надо остыть. Остыть и привести мысли в порядок. Я же с тех пор как ее встретил еще ни разу не включил нужную голову. Может потому и не получается нихрена.
Хотя я ума не приложу, что не так делаю? У меня-то отношений нормальных по сути не было. Но я вроде стараюсь типа романтиком быть. Ужин, свечи, кунилингус — да я просто само обаяние. Ради кого бы я еще такое делал?!
Теперь вот за цветами метнулся. И это после того, как всю ночь не спал, а на утро еще и завтрак сварганил.
К слову о нем…
Шагаю в кухню, намереваясь проверить, соизволила ли моя коза упертая хотя бы поесть.
На столе еды не видать.
Зато посреди кухни мусорное ведро, в котором явно нетронутый завтрак. Да еще и вместе с тарелками…
Ну сучка.
У меня аж в ушах что-то трещит. Подозреваю, что это мои зубы трескаются от того, как я челюсти от бешенства сжимаю.
Значит хочешь продолжать бодаться даже после всего, что было?
Ну давай посмотрим кто кого, колючка.
Ох я тебе всыплю, как только доберусь.
Мелькает напрягающая мысль, что глупая девчонка могла бы додуматься в бега податься. Поэтому я больше не раздумываю, выскакиваю из квартиры, и влетаю в открытые двери лифта.
Не дай бог она сбежала. И тем более, если Даня окажется моим сыном… Клянусь, придушу заразу.
Мне хочется подгонять проклятый лифт от нетерпения вставить пистонов одной непослушной девчонке. Поэтому когда его двери наконец открываются в холле первого этажа, я едва держусь, чтобы не перейти на бег. Взрослые мужики вроде меня бегают только если это запланированная пробежка. В остальных случаях ни одна живая душа не способна вынудить серьезного дядю вроде меня хотя бы даже просто шаг ускорить и изменить привычный размеренный темп.
Но Вася… она же не живая душа. Клянусь, исчадие ада какое-то. Хотя нет, скорее она и есть сам дьявол в юбке.
Ненавижу ее. Клянусь ненавижу…
Преодолев парковку между нашими домами вхожу в холл ее «свечки». Консьержка при виде меня заметно напрягается:
— Руслан Алексеич, вы опять к нам? — с мало скрываемым неудовольствием говорит она.
— Вася у себя? — требую нетерпеливо.
— Кто? — теряется тетушка.
— Девочка с младенцем! — рявкаю. — Из моей квартиры!
— Ах Василисушка… вроде не выходила.
Упираю руки в стойку, за которой сидит женщина, и облегченно свешиваю голову, только сейчас наконец позволяя себе отдышаться.
— Попалась, зараза, — выдыхаю устало.
— Что вы сказали? — консьержка даже приподнимается со своего места, чтобы расслышать меня.
— Я сказал, что хрен она еще хоть раз от меня сбежит. Чокнутая.
— Простите? — тетушка явно в растерянности.
— Хорошего дня, — отстаю от стойки и вхожу в лифт.
Держи себя в руках, мужик. Держи.
Она просто дурочка молодая и до ужаса упертая.
Вчера же ясно все было...
Что хочет меня не меньше, чем я ее. Но она же до последнего отпираться теперь будет. Пока ее к стенке не припру. И не повторю все заново.
А потом снова. И снова.
Ничего. Мне не в лом. Уж раз захотел эту головную боль, то все сделаю, чтобы она всецело моей стала.
Может она засмущалась просто? Не знала как в глаза мне смотреть после вчерашнего, потому и сбежала?
А еду зачем выбросила? Я ведь сказал, что надо питаться хорошо!
Ух, как бесит меня…
Лифт останавливается на ее этаже и я вытаскиваю из кошелька ключ-карту, даже не надеясь, что эта мерзавка мне по-хорошему откроет.
Вхожу по-хозяйски в квартиру и замираю, прислушиваясь.
Тихо. Почти так же, как в моей. Но консьержка сказала, что Вася не уходила.
Значит малой спит, а моя заноза где-то притаилась.
Прохожу по просторному залу и наконец слышу плеск воды из душа.
Останавливаюсь у двери и кладу руку на ручку.
Знаю, что не должен входить. Понимаю прекрасно, что она скорее всего не одета. И что взбесится, если я вот так вломлюсь бесцеремонно.
Но я может того и хочу…
Чтобы взбесилась так же, как я взбешен сейчас. Лучше пусть скандалит и злится. Чем будет делать вид, что не знает меня.
Что ночью между нами ничего не было, и будто это не она отвечала на мои поцелуи.
Будет делать вид, что ничего ко мне не чувствует, как сделала это в прошлый раз.
Ну уж нет.
Я заставлю ее сдаться.
Поэтому не долго думая, толкаю дверь в ванну…
Глава 37. Руслан
Вхожу и кажется в первые секунды даже теряю всю свою ярость, вполне ожидаемо обнаружив Васю совершенно обнаженную под душем.