"Фантастика 2026-197". Компиляция. Книги 1-18 (СИ), стр. 522

Лира смотрела на Алекса с любовью и принятием.

«Она прошла свой путь, — прозвучал третий голос, древний и глубокий, как сам кристалл. — У тебя — свой. И он только начинается. Ты должен его пройти».

Тяжесть, которую он носил в своей душе годами, камень вины за их смерти, который тянул его на дно, — он просто исчез. Растворился. Он почувствовал невероятное, всепоглощающее облегчение. Он был свободен.

Алекс закрыл глаза.

В этот момент подземелье содрогнулось. С потолка посыпались камни. С оглушительным треском в своде образовался гигантский пролом, и в него хлынул багровый свет заката Пустошей.

Сквозь дыру, ломая камень, как яичную скорлупу, просунулась колоссальная металлическая рука. За ней последовало плечо, а затем и вся фигура робота. Он был огромный, покрытый шрамами от древних битв. Его единственный оптический сенсор, размером с автомобиль, сфокусировался на кристалле-сердце.

Смит, который уже подходил к телу Алекса, резко отпрянул. Он поднял свой револьвер, но тут же опустил его, понимая всю тщетность этой затеи.

— Артефакт принадлежит Создателям, — пророкотал синтезированный голос титана, от которого вибрировали камни.

Смит не растерялся. Его лицо снова стало ледяной маской прагматика.

— Этот артефакт принадлежит мне! — крикнул он, перекрикивая гул механизмов робота. — И у меня достаточно взрывчатки, чтобы превратить его и все это подземелье в пыль! Еще один шаг — и никто ничего не получит!

Робот замер. Его сенсор сузился, анализируя маленькую человеческую фигурку.

— Условия?

— Сделка! — выкрикнул Смит, чувствуя, что перехватил инициативу. — Мне не нужен этот кристалл. Мне нужны месторождения сырой маны, что скрыты под местами спячки ваших братьев. Дайте мне доступ к ним, и я отдам вам артефакт.

— Нам не нужны наблюдатели на наших священных землях.

— Вам нужна портальная технология! — голос Смита звенел от азарта. — Вы сможете покинуть этот мир! Найти новые миры и технологии! Взамен мне нужны ресурсы этого мира! Вам они ни к чему!

Наступила тишина, нарушаемая лишь треском камней и гудением сервоприводов титана.

— Договорились, — наконец произнес робот.

Удовлетворенная улыбка тронула губы Смита. Он победил. Он получит все.

Огромная металлическая рука медленно потянулась к кристаллу, чтобы забрать свою часть сделки. Пальцы, каждый размером с человека, почти коснулись его сияющей поверхности.

И в этот момент произошло нечто невообразимое.

Кристалл-сердце, казавшийся несокрушимым, внезапно покрылся сетью тончайших трещин и беззвучно рассыпался в миллиарды частиц сияющей пыли. И эта пыль, эта концентрированная энергия устремилась единым потоком, словно вдыхаемая невидимым ртом, прямо в рану на груди лежащего на полу Алекса.

Его тело выгнулось дугой. Синее сияние заполнило рану, стягивая ее края, проникая в каждую клетку его тела. Затем его тело медленно, неестественно поднялось в воздух, зависнув в метре над полом в облаке голубого света.

Алекс открыл глаза.

Но это были не его глаза. Радужки исчезли, замененные двумя пылающими сферами чистого, холодного голубого сияния. В них не было ни боли, ни гнева. В них была пустота и бесконечная, древняя сила.

Робот, ошеломленный произошедшим, инстинктивно попытался схватить его, это новое, непонятное явление. Его пальцы почти сомкнулись на парящей фигуре.

Но как только они вошли в ауру голубого сияния, они начали рассыпаться. Металл, выдержавший неумолимость тысячелетий и удары чудовищной силы, мгновенно превращался в ржавую труху, в пыль, осыпающуюся на пол. Процесс был мгновенным и абсолютным, словно сама концепция распада была сконцентрирована в одной точке.

Робот издал оглушительный рев, в котором смешались боль, удивление и первобытный страх. Он отдернул свою изувеченную руку, глядя на обрубки пальцев, продолжавшие крошиться.

Смит смотрел на это с широко раскрытыми глазами. Весь его прагматизм, весь его холодный расчет испарились. Он понял, что только что стал свидетелем рождения чего-то, что не вписывалось ни в одну его стратегию, ни в один его протокол. Это была не аномалия. Это была сила, способная переписывать законы физики.

Он понял, что эту битву ему не выиграть. Не сегодня. Возможно, никогда.

Не говоря ни слова, он развернулся и бросился бежать прочь из подземелья, спасая свою жизнь от силы, которую он сам же помог пробудить.

Алекс парил в тишине, залитый голубым сиянием. Он больше не был человеком. Он стал чем-то иным. Он стал сердцем Пустошей. И его путь только начинался.

Глава 21. Буря из стали и пепла

Воздух на поверхности был густым от пыли, озона и запаха раскаленного металла. Небо, затянутое серыми, неестественно быстрыми облаками, казалось низким и давящим. Алекс сделал несколько глубоких, жадных вдохов, чувствуя, как энергия этого мира, его родная энергия, наполняет его, прогоняя остатки слабости после прорыва.

Тишина была обманчивой. Она звенела от напряжения, готовая взорваться в любой момент. Где-то вдалеке слышался треск выстрелов и далекие крики, но здесь, на плато перед разрушенным бункером, было жутко тихо.

И тогда земля содрогнулась.

Из-за ближайшего скального массива, с грохотом, способным расколоть кости, вышли они. Роботы. Три гигантских, неуклюжих, но смертоносных робота, каждый высотой с пятиэтажный дом. Их корпуса были покрыты зазубренной броней, а вместо рук у них были многоствольные пулеметы и плазменные резаки. В их движениях не было изящества, только грубая, сокрушительная сила.

Они двигались в его сторону, их оптические сенсоры горели зловещим красным светом.

Алекс не стал ждать. Он раскинул руки, словно пытаясь обнять весь этот разоренный мир, и закричал — не от страха, а от ярости и восторга. Он почувствовал, как земля под его ногами отзывается, как миллионы тонн металла, погребенные в руинах базы, завибрировали в унисон с его волей.

Он сжал кулаки.

Из земли с оглушительным скрежетом вырвались гигантские стальные балки — остатки несущих конструкций бункера. Они взмыли в воздух, словно копья титанов, и повисли вокруг него, подчиняясь каждому его мысленному приказу.

Первый робот открыл огонь. Свинцовый град обрушился на Алекса. Он взмахнул рукой, и одна из балок, толщиной в метр, встала перед ним, принимая на себя удар. Пули с визгом рикошетили от нее, оставляя лишь вмятины.

— Моя очередь! — выкрикнул Алекс, и его голос, усиленный эхом, прогремел над плато.

Он направил две другие балки на робота. Они полетели вперед, как гигантские тараны. Одна врезалась в ногу гигантской машины, заставив ту пошатнуться, вторая пробила грудную клетку, где находился реактор. Робот замер на мгновение, из пробоины повалил сизый дым, а затем он с оглушительным грохотом рухнул на землю.

Два оставшихся робота переключили все свое внимание на него. Их оружие взревело, превращая землю вокруг Алекса в кипящий котел из огня и осколков. Он маневрировал, используя балки как щиты, отбивая плазменные заряды, которые испаряли камень, но не могли пробить толстый металл.

Он чувствовал, как сила течет сквозь него — дикая, необузданная, пьянящая. Он был дирижером этого апокалипсиса. Он поднял из-под обломков поверженного робота его же собственную руку-пулемет и швырнул ее во второго робота, сбив его с ног. Затем, пока тот пытался подняться, Алекс обрушил на него сверху две балки, сминая его, как консервную банку.

Остался один. Последний металлический гигант, видя участь своих собратьев, не стал стрелять. Он двинулся прямо на Алекса, намереваясь раздавить его своей массой.

Алекс принял вызов. Он поднял все оставшиеся балки, сплетая их в подобие гигантского кулака, и направил его навстречу роботу.

Металл столкнулся с металлом. Раздался оглушительный, мучительный скрежет, от которого заложило уши. Титан навалился всей своей массой, пытаясь продавить оборону. Алекс стиснул зубы, его мышцы напряглись до предела, в глазах потемнело от усилия. Он чувствовал, как его дар, его энергия, иссякает, как вода из пробитой фляги.