Забытая империя (СИ), стр. 58
— Я подумала, что апельсинов у тебя тут и так завались, — как ни в чём не бывало пояснила Кира, выкладывая гостинцы на прикроватную тумбочку. — А вот охотничьих колбасок и огурчиков точно нет.
— Кира? — Саня задёргался, пытаясь накрыть регенераторы одеялом.
Ей он ни словом не обмолвился о ранении. И очень не хотел, чтобы она видела его таким… беспомощным.
Накрыться не получилось: одеяло лежало под самим Котофеем, а приподняться было задачей практически невыполнимой.
— Ты как здесь? — сдавшись, спросил он. — Ты же должна быть на гастролях.
И попытался незаметно убрать стоявшую на специальной тумбочке «утку».
— А я и на гастролях. — Ответ Киры не внёс особой ясности, как и ей следующая фраза. — И вообще, это похищение!
Хитро переглянувшись, они с Пашей пошаманили над пультом технологичной койки и та, выдвинув колёсики, превратилась в каталку, которая, повинуясь указаниям Паши, выехала в коридор. Дежурная медсестра, к некоторому обалдению Снегова, проигнорировала столь вопиющее нарушение, проводив их странную компанию насмешливым взглядом.
Саню привезли в актовый зал госпиталя, уже забитый пациентами и свободным от дежурства персоналом. В отдельном секторе стояли койки-каталки с неходячими ранеными. Саню припарковали рядом, трансформимировав его самоходное ложе в подобие кресла.
И тут до него дошло.
— То есть ты приехала на гастроли в госпиталь? — обалдело спросил он у Киры.
— Теперь ты понимаешь, почему я был против того, чтобы ты пёрла ему огурцы? — Паша обернулся к девушке.
— Да, — ответила та, улыбаясь Сашке. — С его догадливостью действительно станется попытаться просунуть голову в банку.
— Товарищ лейтенант! — непонятно откуда рядом возник Ржавый. — Так вы что, их знаете?
И восторженно вытаращился на Киру.
— Ну да, — усмехнулся Саня. — Я ж тебе сказал, что на моей критике рок-группа в звёзды выбилась.
— И не только критике, — добавил подошедший Гарик.
Рядом с ним стояли остальные участники группы.
— Ну да, я за один день отжался больше, чем за всю прошлую жизнь, — мрачно оповестил Страус.
— Ребята! — Ржавый едва не прыгал от радости. — Я ваш фанат! Можно с вами сфотографироваться?
Пока радостный Ржавый фотографировался со своими кумирами, Котофей спросил у Паши:
— Твоя идея?
— Вообще её, — лётчик показал подбородком на Киру. — Услышала мой разговор с Саидом. Их как раз корпораты в тур собрались отправлять, так она их как-то убедила, что и для раскрутки, и для репутации Барлионы будет самое то начинать тур с концертов в военных госпиталях, а потом уж чесать по городам. Ну и начали с твоего.
Котофей замолчал, переваривая услышанное.
— Думай, разведос, думай, — Паша уселся на принесённый санитаром раскладной стул.
Между тем Киру и остальных обступили поклонники. Многие зависали в «Барлионе» и теперь, узрев «поющий кактус» вживую, спешили воспользоваться возможностью выразить восхищение, сделать фото на память, а кто-то — подарить на память нехитрые солдатские сувениры. Ржавый и тут умудрился выделиться, подарив Кире браслет из ремешка с нанизанными на него осколками, которые вытащили из самого Ржавого. О чём оповестил девушку.
— Дурак — он и в Африке дурак, — вынес окончательный диагноз Котофей, глядя, как Кира старательно пытается удержать на лице улыбку.
К счастью, вовремя появился начальник госпиталя, красноречиво постукивающий по старомодным наручным часам. Кира, улыбнувшись Котофею, подхватила Зверя за руку и потащила к сцене, сунув сомнительный подарок в карман.
Котофей устроился поудобнее и приготовился слушать.
Первая часть концерта прошла ожидаемо. «Вестники рока» исполняли свои хиты из игры, зрители подпевали. А потом Кира взяла поудобнее свою синт-гитару, тронула струны.
Средь оплывший свечей и вечерних молитв,
Средь военных трофеев и мирных костров…
Зрители, замерев сначала от изумления, постепенно обращались в слух, осознавая слова песни. Песни про них. Это их детство прошло безоблачно, в развлечениях, играх, просмотрах фильмов и чтении книг. Многие и пришли в армию именно поэтому, ведомые романтикой. Но реальность всё расставила по местам.
И когда рядом рухнет израненный друг,
И над первой потерей ты взвоешь, скорбя…
Многие отвернулись, скрывая повлажневшие глаза. Да, они теряли друзей. Кто-то погибал сразу, кого-то старались донести до врачей, а потом яростно орали, когда медик молча отходил от тела к следующему раненому. Сашка невольно вспомнил, что Ржавый, сам истыканный осколками, смог выползти, волоча за собой своего друга, которому оторвало ногу.
А песня подводила к итогу. К главной мысли.
Если, путь прорубая отцовским мечом,
Ты солёные слёзы на ус намотал,
Если в жарком бою испытал, что почём,
Значит, нужные книги ты в детстве читал [2] .
Зал молчал. Зрители сидели, погрузившись в мысли и воспоминания. Затем кто-то тихо, будто нерешительно, хлопнул в ладоши. Словно подавая команду. И зал взорвался овациями, куда более громкими, чем ранее.
После концерта, освободившись наконец от поклонников, друзьям удалось выйти в госпитальный сад. Кира и остальные рассказывали про «Барлиону», первые в жизни гастроли и казусы в дороге, Пашка и Сашка, свою очередь, разные смешные случаи из жизни. Витя похвастался, что один из концертов пройдёт в Питере, где и проживает его обожаемая Ксения, и он уже отправил ей приглашение в «вип-ложу».
— Она обещала прийти! — с горящими глазами похвастался Витёк. — Я после концерта ресторан забронировал.
— На кладбище? — хитро прищурился Паша. — Ну, чтобы обстановка была для неё уютная и родная.
— Да ну вас, Пал Андреич, — моментально надулся Зверь. — Всё б вам издеваться.
— Точно, Паш, — неожиданно поддержал басиста Котофей. — Что ты так вот. Витя проявил инициативу и фантазию.
Зверь с подозрением уставился на Снегова, ожидая подвоха. И не прогадал.
— Ну что Ксения на кладбище не видела? — продолжал тот. — Потому Витя усложнил ей задачу и выбрал кафе рядом с колумбарием!
Зверь яростно засопел, багровея.
— А вот тут не тебе говорить, — Паша усмехнулся.
— Ну, вообще да, — подал голос молчавший до этого Чарский. — Ты, герой боевика, не то что в реале, а даже в игре даму на свидание пригласить не сподобился.
— А у Ксюши твоей брата случайно нет? — как бы между делом поинтересовался Гарик. — Взял бы с собой Кирку, устроили бы двойное свидание.
— Нафига ей какой-то там реальный брат, когда она в Барлионе уже у своего Гераники в замке прописалась? Глядишь, скоро игровую свадебку сыграем.
— В библиотеке я у него прописалась, в библиотеке! — возмутилась такому поклёпу Кира. — Квест выполняю, к соревнованиям готовлюсь.
Подумав, она всё же изменила мнение.
— Хотя… Такой инфоповод в Барлионе даже в новостях бы крутили… Замуж за Повелителя Мрака! Прям хитовый женский роман получился бы.
— Нет, ну зашибись, — возмутился Сашка. — Я, значит, творим рыцарем стал, сам присягу принёс и Мурлин заставил. А ты — к Геранике? К этому пафосному хлыщу, что даже одеться нормально не может?
— Он меня хоть куда-то позвал, — подмигнула ему Кира.
— Гусары денег не берут и виртуальных свиданий не признают! — Сашка выпрямился на койке. — Но готов искупить вину, предложив романтический вечер в своей палате. Скажем… — он глянул на наручный хронометр. — Через час.
— Больничной кашки покушать? — родил остроту Зверь.
Котофей жалостливо посмотрел на него и вздохнул:
— Вот не завидую Ксюше: достался ей жених без ума и фантазии. Вить, я просто своим наберу и через час у меня будет любое заказанное меню.