Мертвец (ЛП), стр. 39

Из-за двери в потайную комнату периодически доносились приглушенные крики. Охранники колотили в дверь и спорили друг с другом о том, как попасть внутрь. По большей части они говорили не по-английски. Охранник, который запер дверь, не смог бы ее открыть, иначе злоумышленник заставил бы его это сделать. Я улыбнулся, радуясь своему везению. Удача лучше, чем хитрость, а использовать против них защиту Святых, это был мастерский ход.

— Браво, блан, — холодно произнес Лоран. Меня не удивило, что он заговорил, а не стал драться. В конце концов, я был единственным в комнате, у кого был пистолет. — Тебе удалось добиться моей аудиенции.

Я усмехнулся.

— В чем дело? Сегодня без змей?

Лоран улыбнулся.

— К сожалению, ее придется заменить. Как и моих охранников.

— Ты имеешь в виду детей с оружием?

Намади выразил Лорану свое недовольство. Лидер Святых Костей прочистил горло и попытался обуздать свой гнев, но он прорывался наружу, как прорванная плотина. К его чести, его голос оставался ровным.

— Ты думаешь, что совершил невозможное, — упрекнул он. — Но попасть в эту комнату, только второе по сложности препятствие.

— А первое?

Его улыбка исчезла.

— Выбраться.

Да, я наткнулся именно на это препятствие. Я хихикнул и направил на него пистолет.

— Я мог бы убить тебя, — сказал я ему. — Возможно, мне следовало бы это сделать. Но, хочешь верь, хочешь нет, я здесь не ищу твоей аудиенции. — Дуло пистолета переместилось на нигерийца. — Намади, я полагаю?

Сильные брови изогнулись дугой над его глазами, обтягивая кожу на лысой голове.

— Для тебя я мистер Обазуайе.

— Давай будем произносить это легко. Может, мне стоит называть тебя просто Асан?

Маска на его лице дрогнула. Все произошло так быстро, что я едва не пропустил это. Тогда я понял, что он виновен, в этом не было сомнений.

Намади слегка повернулся на своем сиденье к своему телохранителю, стоявшему позади него. Крупный мужчина лишь на мгновение отвел взгляд, прежде чем снова посмотреть на меня.

— Что это? — потребовал Лоран.

Нигериец поднял ладонь, призывая его к молчанию. Для бизнесмена, не связанного с бандой, Намади был уверенным в себе человеком.

— И как, скажите на милость, мне тебе называть?

— Это Циско Суарес, — ответил я. — Но ты и так это знаешь, Намади.

— С чего бы мне это знать? — проворчал он. Он повернулся к Лорану. — Откуда ты знаешь этого человека?

Макс подошла ко мне на шаг ближе. Я прицелился в нее, и она отступила с лукавой улыбкой.

— Он нападал на нас. Слуга, но искусный.

Я проговорил это сквозь стиснутые зубы.

— Все кончено. Ты слышишь меня? Я никому не нужен. Если бы ты не была такой кровожадной, ты бы понял, что я пытаюсь тебе помочь.

Выражение лица Макса не смягчилось, но я видела, как закрутились шестеренки в голове Лорана. Может, я и убил его старшего брата, но он знал, что у него есть и другие враги.

Глубокий голос Намади ворвался в мои мысли.

— Мистер. Суарес, какое у вас ко мне дело? — Мужчина придвинул свой стул поближе к столу и оперся на скрещенные руки.

— По делу? — Я рассмеялся. — Это не бизнес. Это месть. Но сначала я хочу знать, за что.

Глаза Намади сузились.

— За что что?

— За то, что ты убил меня! — закричала я. — Мою семью! — Я подошел ближе к столу и направил пистолет ему в голову. — За то, что ты десять гребаных лет держал меня в рабстве.

Его телохранитель придвинулся ближе и встал прямо за спиной у Намади. Этого было недостаточно, чтобы остановить пулю. Мы с нигерийцем сверлили друг друга взглядами. Шум снаружи снова усилился, но охранники даже не пытались прорваться внутрь. Через минуту все стихло.

Намади перевел дыхание.

— Я ничего об этом не знаю.

— Чушь собачья. Я видел все глазами Мартины, Асан. Ты убил ее и пытался убить меня.

Батист грохнул ладонью по столу, демонстрируя свою решимость.

— Это возмутительно! — Он сверлил взглядом нигерийца, но не осмеливался подойти ближе к телохранителю. — хозяин этого человека? Ты, который не служит Баронам Смерти?

— Я бизнесмен, — настаивал Намади. — Я интересуюсь лоа исключительно с научной точки зрения, но я не способен на то, о чем говорит этот человек. Я не практикую. — Он серьезно посмотрел на меня. — Если бы я сделал с тобой такое, зачем бы я стал тебя убивать?

— Потому что ты терял контроль.

— Я никогда не терял контроль. Какая мне от этого выгода? Не слушай его бред, Лоран.

Он был в отчаянии. Дрожал. От его прежней самоуверенности не осталось и следа, но перед лицом смерти с человеком такое случается. Когда его доспехи затрещали, я почувствовал в нем что-то еще. Тьму. Возможно, знакомую. Если бы Намади не владел магией, я бы не удивился.

— Я был твоим киллером, — сказал я. — Не прикидывайся дурачком, ведь тебя окружают люди, которых ты приказал мне убить.

— Это невозможно! — возразил он. — Я за мир! Я хочу, чтобы в наших общинах царил мир. Насилие со стороны банд должно быть под контролем и не бросаться в глаза. Я управляю общественными центрами. Я вхожу в совет лидеров Латинской Америки. Я возглавляю две некоммерческие организации и работаю с городскими властями над восстановлением бедных районов.

Я вспомнил, что Эван говорил о сотрудничестве с Намади, и сделал вывод.

— Ты хочешь сказать, что у тебя в кармане городские чиновники.

Он замолчал, и я понял, что был прав. Городские чиновники. Начальство Эвана. Все они получали деньги от Намади. Его глаза вспыхнули.

— Меня не интересует твое мнение. Я стремлюсь к великим свершениям на благо общества. Я многого добился, но даже после всего этого настоящий прогресс невозможен без заметного снижения уровня преступности. Нужен единый фронт. Бандитские войны разрушают все, ради чего я работал. — Он был полон энтузиазма. Хуже того, он был убедителен. Но я чувствовал, что его окутывает черная магия. Аура, которую он пытался скрыть. И было еще кое-что...

Посох Макс ударил меня в поясницу. Я пошатнулся и упал вперед. Еще один удар пришелся мне на голову, и я продолжил падение, уворачиваясь от атаки.

— Макс! — предупредил Лоран, но женщина жаждала крови. Она сделала ложный выпад и атаковала меня с моей слабой стороны, зная, что моя правая рука не защищена. Я принял удар на плечо и бросился на нее, с силой толкнув к стене.

Остальные трое мужчин наблюдали за происходящим, а Намади и Лоран кричали, чтобы мы прекратили.

Макс ударила меня коленом в бок. По сравнению с ее оружием боль была приятной. Я схватил посох и попытался вырвать его из ее рук, но она крепко сжимала его обеими руками. Через секунду посох уже прижимал меня к ней, а не отталкивал.

Черт. Эта сучка была сильнее меня.

Вместо того чтобы сопротивляться, я вывернулся из захвата и попытался проскользнуть под нее. Макс среагировала быстро и ожидала такого. Она наклонилась вместе со мной. Моя голова, повернутая к ней, уперлась ей в грудь.

Макс радостно улыбнулась.

Я не мог пошевелиться, и она, наверное, могла бы свернуть мне шею, не вставая с места. К счастью, моя правая рука взметнулась вверх, когда я попытался упасть на пол. Ее глаза расширились, когда она поняла, что мой пистолет прижат к ее горлу и упирается в мягкую кожу под подбородком.

Я нажал на спусковой крючок.

Я не знал, жива Макс или мертва, и какая магия ее защищала, но одно я знал точно: ее голова не была набита ватой. Из выходного отверстия на макушке брызнули обычные мозги. Струйка крови забрызгала стену и упала на меня.

Я втянул ее в себя, ощущая ее силу.

— А потом их стало трое, — сказал я.

Когда я встал, рядом со мной рухнуло бездыханное тело Макс. Лоран Батист был в шоке. Намади попятился к своему телохранителю, но тот стоял на месте. Его это не впечатлило.

— Пожалуйста, мистер Суарес, — взмолился Намади. — Не нужно насилия.

Я медленно подошел к столу.

— Но ведь в этом и суть, не так ли? Насилие на улицах. — Его взгляд метался между пистолетом и моим лицом. — Я должен был догадаться, что ты связан с городскими властями. Это вписывается в концепцию проектов по реконструкции. Дело не в мире, а в развязывании бандитских войн. В том, чтобы обогатить кучку политиков, скупив обанкротившиеся объекты недвижимости, стоимость которых резко упала из-за разгула преступности.